Я не люблю пятницу - Марек Гот

— Я ничего не слышу. Подержи так голову. Мне легче дышать.

Полина наклонилась еще ближе, положила пальцы мне на затылок и заговорила, равномерно раскачивая головой. У меня в башке взорвался паровой котел и я заорал от боли и неожиданности. Звуки вернулись и стало еще хуже, хотя, куда хуже‑то… Мышиные шажки в подземельях вызывали спазмы. Из ушей фонтаном била кровь и меня рвало. Минут через пятнадцать стало не то, чтобы легче, просто содержимое желудка закончилось и кровь, видимо, тоже закончилась.

— Виктор… как? — этот сиплый шепот не походил на мой голос, но больше говорить было некому. Остальные молчали.

— Плохо. Но ему досталось еще до сегодняшней драки. Еще через пару дней он бы просто умер. Я вообще крайне удивлен, что он на ноги смог подняться.

— Он… и… копье… кидал…

— Я видел.

— Где… Алиса?

— Где‑то в замке. Я не успел найти. Искать будем, как рассветет.

— Надо… сейчас…

— Нет. Тут сорок два тела преторианцев. А должно быть пятьдесят. Восемь человек еще где‑то в замке. Или уже на полпути к ближайшей деревне, на что я очень сильно надеюсь. Тебе и Виктору надо просто отдохнуть, мне — перевязать раны, а Полине — найти источник энергии. По крайней мере, хоть с этим проблем нет. Немного оклемаемся и найдем ее. Она точно в замке.

— Когда .. ты .. появился?

— В самом начале. Вернее — еще до этого. Просто все пошло не так, как мы с Себастьяном планировали. Молчи. Не разговаривай, не трать силы. Стерн наложил бы на тебя заклятие. Его и Шайс смог бы снять, да и я подсуетился тоже… А–а-а ч… осторожнее..

— Это он уже обратился к Полине, которая продолжала бинтовать раны.

— Извините, Александр.

— Я должен был появиться с рассветом, через пару часов. Шайс за это время осмотрелся бы.

— Где он?

— Ушел. Для него здесь слишком светло.

— Он… сказал… Стерну… что… ты появишься… завтра…

— Так и было задумано. Ты, между прочим Шайсу жизнь спас. Стерн ему не верил, пара козырей в рукаве у него была. Еще пара секунд и он бы нашего вампира прибил бы окончательно. Только не учел старикашка ни Виктора, ни Полину, ни Альфа. Главное — тебя не учел. Какого черта ты против колдуна в открытую полез? Что на тебя нашло?

— Не хотел… чтобы он… в мозгах у меня… копался… а на Виктора посмотрел… и понял… щас начнется… тут он меня по столу и поволок…

— Это я поволокла — сказала Полина.

— Да какого…

— А что мне делать было? Про Блока и Шайса я не знала, об их планах — тоже, а он уже начал на тебя заклятье накладывать. Я видела. У тебя бы не было никакого "завтра", а ты был нашим последним шансом выбраться отсюда. Так я, по крайней мере, думала.

— Вот ведь… Я хоть что‑нибудь правильно сделал?

— Успокойся. Ты все сделал правильно, хотя из того, на что я рассчитывал, ты не сделал ничего. Что все‑таки со Стерном произошло?

— Когда?

— Перед тем, как он Шайса чуть окончательно не прибил. Ты швырнул в него чем‑то. На заклятие похоже было, но какое‑то… нелепое, что ли.

— Я вспомнил Креста и захотелось смеяться.

— Заклятие. Купил на улице. У магички, или просто у торговки. Какое — не знаю. У меня два было. Одно выронил.

— Блок откинулся назад и то ли захохотал, то ли заклекотал, то ли закашлялся. Ему вторила Полина, у которой даже слезы от смеха потекли. Где‑то вне поля моего зрения слабо посмеивался Альф. Я даже обидеться не мог — настолько дурацкой была ситуация. Все равно как дракона из рогатки убить.

— Когда все отсмеялись, я сварливо сказал:

— Хорош издеваться. Сработало ведь.

— Да кто спорит. Сам придумал?

— Нет. Был один… парень — говорить Блоку, что заклятия предназначались, возможно, и для него, не стоило. — Стерна убили?

— Нет. Его заберет Шайс.

— На хрена он вампиру? — меня начало беспокоить, что очень сильный колдун может получить бессмертие… или как там это у них называется.

— Такой был уговор. Чуть позже посмотришь на него — Блок криво ухмыльнулся.

— Да я вроде уже насмотрелся…

— Такого ты не видел — Александр наклонился ко мне и серьезно спросил: — Что с Себастьяном делать будем?

— Вопрос меня озадачил.

— А что с ним делать‑то? Планы какие?

— Мне очень не хотелось бы отпускать его в Сиут. Было бы спокойнее просто похоронить его здесь и уже навсегда.

— Предложение меня не шокировало. Всяко в жизни случается. Шайс, конечно, спас меня, но это вовсе не означает, что он не отправит меня на встречу с предками, если расклад при сдаче будет другим. Пару раз я попадал в такие ситуации. Верил тем, кому верить не следовало.

— Почему ты мне это говоришь?

— Тебе решать. Ты спас его. Так что Шайс — твой должник. И он об этом скажет — даже не сомневайся.

— Мне надо подумать.

— Думал я долго. Полина и Альф перебрались к Виктору. Наконец я встяхнул головой и сказал:

— Нет. Пусть отправляется в Сиут.

— Могу узнать — почему? Из благодарности? Он тоже тебя пару раз спас.

— Благодарность тут не причем. Я ему не доверяю и боюсь. Просто сейчас не то время. Алисы нет. Эрлика нет. Полина не в лучшем состоянии. Виктор вообще вот–вот помрет. Я еле ползаю. Ты сможешь управиться один? Кроме того, его народ станет мстить.

— Может быть и управлюсь, но я не стал бы это утверждать. Возможно ты прав, а возможно — нет. Правильного ответа просто не существует. К сожалению, некоторые положения не имеют правильного выхода. Я бы попытался, но только потому, что предложение о запасном ходе исходило от Шайса. Значит они об этом уже думали. Земля — паршивое место, но другой родины у меня нет. Ты вряд ли это поймешь. Мне осталось немного, а Шайс очень опасен. Они… я имею ввиду вампиров, все опасны, но он — особенно. Мстить они не станут. У них нет человеческих чувств. Только законы. Если б они их не соблюдали, то уже выродились и их перебили бы поодиночке. Не думай, что ты ему обязан спасением жизни. Это было моим условием. Ты не должен был пострадать. В этом плане Себастьяну можно было верить на сто процентов. Но сейчас он расплатился со мной, так что я тоже начинаю бояться. Он мне не враг, но и друг. У них нет ни друзей, ни врагов. Просто нет. Как понятия.

— Да понял я уже.

— Нет, тебе просто кажется, что ты понял. Не верь ему. Он сделает только то, что обещал и так, как обещал. И того же при случае потребует от тебя. Разговаривая с ним, следи за тем, что он говорит и за тем, что говоришь ты. Если какая‑то вещь, вполне естественная для тебя, не оговорена, то будь уверен, что он ее не сделает или сделает так, как выгодно ему.