Я не люблю пятницу - Марек Гот

— Через четыре дня мы ехали из Шеботани в Альбу. "Спасибо". Это было единственное слово, которое сказала мне Алиса. Она вообще никому и ничего говорила. Выслушивала всех, кивала головой и отходила. Разговаривала она только с Альфом, но зато разговаривала постоянно, так что мне с ним побеседовать не удавалось. Виктор с Полиной разругались в брызги. Не скажу, что я именно так представлял воссоединение нашей компании. Я‑то его вообще никак не представлял, но получилось намного хуже, чем я себе не представлял. Александр с Полиной ехали впереди, Альф с Алисой — позади, а я с Виктором обосновался в повозке из которой выкинули гроб.

— Не в курсе, где Фрай делся?

— Нет.

— Разговор у нас никак не получался. У Виктора было паршивое настроение, у меня тоже. За последние двое суток это был второй вопрос, который я ему задал. Вчера я спросил, не прибавить ли хода — больно медленно мы ехали. Он тоже сказал "нет". Меня молчание не беспокоило, да и Виктора, по–видимому, тоже. Так мы и ехали медленной и печальной похоронной процессией. Внезапно Виктор безо всякого повода сказал:

— Меня Полина сдала. Меня и Эрлика. Другим бы я просто не поверил.

— Бывает. У каждого человека есть свой предел. Своя болевая точка. Что ей пообещали?

— Ей вернули способности.

— Это очень много, Карелла. До хрена, как много. Такого вы ни за какие деньги не смогли бы купить.

— Знаю.

— Вот я и говорю — у каждого есть свое уязвимое место. Чародейские способности — это не мешок денег или замок на окраине. Она как‑то говорила мне, что вы и меня и ее на алтарь поисков уложите, если вам это хоть как‑нибудь вам поможет.

— Нет.

— Ой ли?

— Нет… Вряд ли… Вас бы я сдал. Вначале. Неприятно вам это говорить, но что уж поделаешь. Более того — вначале вы для меня и были такой необходимой жертвой. Я представлял все совсем по–другому. Уже с середины этой истории я бы и вас не сдал. Полину я бы не сдал никогда и ни при каких обстоятельствах.

— Не зарекайтесь, Виктор. Раньше бы не сдали. А сейчас? Теперь? После того, что она сделала?

— У Виктора дернулась щека, он помолчал и глухо сказал:

— Нет.

— Конечно нет. Но вы все‑таки помолчали. Подумали. А теперь подумайте…

— Хватит. Я понял.

— Хорошо бы. Чтоб вас совесть не мучила, я сообщу, что о намерениях Полины знал. Давно знал. А вас специально вызволять от Стерна не собирался. Я вообще не догадывался, что вы здесь. Так что за спасение благодарите Александра, а я шел за Алисой и Альфом. О Полине, кстати, тоже не догадывался.

— Значит квиты. Чем собираетесь заняться?

— Понятия не имею. Пошляюсь по Федерации. Надо несколько местечек отыскать.

— Деньги нужны?

— Наверное. Тысячу или две.

— Почему так мало? Берите больше — займетесь чем‑нибудь. Бар свой откроете, наконец.

— Если найду то, что ищу, то больше не понадобится. Не найду… Посмотрим тогда. Что с Алисой не знаете?

— Виктор помрачнел.

— Почти ничего не знаю. Нас держали по отдельности и мы практически не общались.

— Карелла помолчал, подумал и аккуратно произнес:

— Питер, я сейчас одну вещь скажу. Только вы сразу не считайте меня сумасшедшим. Тем более, что я и сам почти ничего не знаю. Это все пока на уровне слуха, моряцкой байки… Я просто взял на заметку, чтобы после разобраться. Вначале не того было, а после… после просто не было.

— Да не тяните вы кота за хвост, Виктор!

— Дело в том, что… Короче, мне сказали, что их мать жива.

— А кто сказал?

— Да в том‑то и дело… Я даже имени его не знаю. По виду — бродяга, алкоголик, возможно, фомор бывший. К тому же он тогда основательно был пьян. Дело было в Марракеше в портовом кабаке "Красный барабан". Ну, знаете же эти притоны. Склад для всех слухов. Три четверти слухов — вранье от первого и до последнего слова. Три четверти из оставшейся четверти — вранье более, чем наполовину, но имеет под собой какую‑то основу. И лишь совсем ничтожный процент — правда. Эти слухи никому не интересны, потому, наверное, и домыслами не обрастают. Я искал совсем другую информацию. Об острове–призраке. Расспрашивал всех, а между делом и обо всякой всячине спрашивал. В частности — о Квинте–старшем. Он ведь просто пропал.

— Вам‑то это зачем?

— Никогда загодя не знаешь, какая информация может пригодиться, — Виктор неопределенно пожал плечами. — Я ведь все‑таки бизнесом занимаюсь. Не забыли? Так вот — я его даже ничего не спрашивал. Он уже порядком пьян был. Просто спал за нашим столом. Но как только услышал слово "квинт", проснулся и вывалил на меня водопад информации…

— Какой водопад?

— Ну, переборщил немного. Не водопад, а так — ручеек. Каплю из крана. Просто я этого не знал и ни о чем подобном даже не догадывался. У меня бы фантазии не хватило.. Он сказал, что жена Альфреда… Он назвал ее как‑то на "А"… Я не запомнил.