Новая Зона. Первопроходцы ада - Игорь Недозор

Небрежно протянул Арсеньеву тонкую пачку документов. Так, паспорта, пара кредиток, авиабилеты… до Праги с открытой датой. С пластиковых карточек европаспортов на Антона смотрели его и Кирино лица. И когда только успел все спроворить господин Александриди?

– Боюсь только, что наши фейсы украшают уже все контрольно-пропускные пункты Российской Федерации, – уныло сказал Антон.

– Так они вам и не понадобятся по эту сторону кордона, – улыбнулся Спиридон.

– Но как же мы пересечем границу? – удивилась Кира.

– Да проще простого, – хитро прищурился олигарх. – Я же говорю, что у меня лицензия на отстрел трех диких крупных животных. Одного я завалил сегодня, на ваших глазах. Двоих же медведей укокошил чуть раньше. Уже успел и освежевать их, подготовив трофеи к перевозке на «родину».

– И?.. – все еще не понимал Арсеньев.

– Не тормози, Антош, – расхохотался Дракон. – Быть тебе с Кирой новопреставленными медведем с медведицей. Ну, Спирька, ну, шельмец, что удумал! Не зря же ты в двадцать три года уже долларовым миллионером стал…

– Ой, – делано пригорюнился парень, – эта-то моя прыть меня чуть в могилу не завела тогда, в Полесской Зоне. Если б не ты…

– Долг закрыт, Спиря, – мягко прервал его сталкер. – Вот только ребят в безопасное место доставишь…

* * *

– А может, и ты с нами, а? – вновь предложил Антон проводнику. – Спиридон же говорил, что у него места для всех хватит. И туша кабана как раз кстати…

Прощание выходило невеселым, как, впрочем, любые проводы.

– Нет, – твердо ответил Дракон как отрезал. – Я назад, в Зону. Куда ж я без нее? Тем более, что у меня остались там еще кое-какие незаконченные дела. И… ад, Антоша, по-прежнему нуждается в первопроходцах. Так что не кипешуй. Удачи вам с Кирой. Береги ее, она стоящая девчонка.

– Обязательно, – пообещал биолог, крепко пожимая руку своего спасителя…

* * *

Глядя в иллюминатор на белое море облаков под крылом «Боинга», Антон сделал хороший глоток виски. Конечно, не «Джек Дэниэлс», но все же не самое плохое виски, какое доводилось пить. В стакане жалобно звякнул лед, небо чуть обожгло. Это уже вторая порция, на этом и ограничимся. Украдкой он оглянулся – в соседнем кресле дремала Кира. Оглянулся и не смог оторвать от спящей девушки влюбленного взгляда.

Менее чем через час рейс Стамбул – Прага приземлится в аэропорту Пардубице, господин и госпожа Марк и Лидия Туровскис сойдут на грешную землю, и у них начнется новая жизнь. Жизнь молодой семейной пары из Риги, беззаботная и сытая жизнь граждан Евросоюза, которым нет дела до каких-то там Зон, «хармов» и мутантов. Даже боевики на эту тему они не станут смотреть, такие кровавые зрелища категорически не в их вкусе.

Они попробуют найти свое место в новой жизни. А пока будут просто гулять по старинным узким и извилистым улочкам Златой Праги, мощенным камнем, углубляясь в старинные городские кварталы. (Город, на улицах которого погиб в последние дни той уже совсем давней войны прадед объявленного пропавшим без вести Антона.) Будут пить отменный кофе в маленьких кофейнях, а иногда пиво, закусывая настоящим хамоном, а не тем, что выдавали за него в российских супермаркетах.

Со временем все устроится, и у них будут работа, домик в пригороде, кошка и сын, а лучше дочка, похожая на маму. Ну а пока они просто будут наслаждаться жизнью и отдыхать…

А что им станет видеться во сне – это уже не важно. Важно, какая жизнь у них будет наяву, жизнь, по сути подаренная этим странным человеком, который, как некоторые говорили, и не совсем человек.

Нет, все это, конечно, чушь! Скорее всего, это лишь случайное сходство. И человек на фото из виденной им книги никак не может быть тем самым Дегтяревым. Тем единственным человеком, сумевшим дойти до центра Первой Зоны. Ставшим живой легендой и бесследно пропавшим. Добровольно выбравшим судьбу первопроходца ада. Неведомо что получившим и неведомо чем за это заплатившим.

Человеком, которого Арсеньев будет помнить c благодарностью всегда, хотя и не сможет ничем отблагодарить (да и что такому человеку может быть нужно?). Но видит Бог, если бы у него не было Киры, Антон бы жалел о том, что не может стать его спутником на этой его страшной и благородной дороге.

Он закрыл глаза и попробовал задремать…