Свобода на троих - Ева Никольская

– Милые картинки, – заметил аше-ар, притормозив возле пандуса. – Раньше мне их подробно разглядеть не удавалось.

– А неподробно удавалось? – проворчала я, хмуро глядя на этого полного энтузиазма типа.

– Бывало, – уклончиво ответил он.

– И часто ты тут… бывал?

– Лично? Только однажды.

– Заключать сделку с Его Светломордым Величеством приходил? – передразнивая, уточнила с грустной иронией.

– Нет. – Кир потянул меня за собой, поднимаясь наверх – туда, где то ощупывала, то простукивала каменную поверхность плиты Ырли, будто пыталась под ней клад обнаружить. Судя по выражению пятнистой физиономии, удачно. – Бракованную сейлин устранять.

Я аж споткнулась от такого заявления. Аше-ар остановился, обернулся и выжидательно посмотрел на меня, но, так и не дождавшись вопроса, который почему-то застрял на языке, сказал:

– Я наемник, айка. И у меня было конкретное задание.

– Убить беззащитную беременную женщину? – Голос прозвучал как-то глухо, а в конце фразы я даже закашлялась.

– Именно.

Прочистила горло, отдышалась и снова заговорила:

– И Светлоликий тебе позволил?

– Ну, – Кир-Кули странно улыбнулся, – скажем так, он не возражал.

– Да вы, вы… – Захлебнулась воздухом, не зная, как похуже обозвать этих двоих.

– Поверь, принцесса, в случае с этой женщиной смерть была милосердием. – Левый уголок белых губ дернулся, запечатлев на лице грустную улыбку.

– Что ты имеешь в виду? – Я нахмурилась, продолжая смотреть снизу вверх на блондина.

– Первая сейлин… вернее, невеста, которая ею так и не стала, – она с ума сошла, понимаешь? – О! Еще как понимала. Я бы и сама свихнулась, наверное, останься в этом зале одна на все время беременности. – Только поначалу помешательство было тихим, незаметным, – продолжал блондин. Он спустился ко мне и чуть наклонился, чтобы я могла хорошо слышать его тихий голос и видеть глаза. Спокойные, с толикой сочувствия в глубине черных зрачков. Или мне просто хотелось, чтобы оно там было? – Где-то на седьмом месяце беременности ее душевное здоровье ухудшилось. Она была одержима идеей убить своего младенца еще в утробе. То ли во спасение его от Неронга, то ли наоборот. И убила бы… не устрани я ее первым. Смерть была безболезненной и быстрой. Отравленный шип в шею – и все дела.

– Я тебе не верю, – сказала, продолжая вглядываться в его лицо, на котором ни один мускул не дернулся, разве что ресницы медленно опустились, скрыв на мгновение сверкнувшие льдом глаза, а потом он снова посмотрел на меня и с улыбкой произнес:

– Твое право, айка. Не верь. Идем на источник полюбуемся, пока моэра там не скончалась от энергетического перенасыщения. – И снова потянул меня за руку наверх.

– Кир! – Я даже ногой топнула от досады. Тут вопрос жизни и смерти, а он… он… про Ырли с каменной плитой.

– Да, принцесса? – мгновенно обернулся этот лис.

– Тебе неинтересно, что именно в твоем рассказе меня смущает?

– Способ убийства? – предположил он.

– Желание матери умертвить собственное дитя!

– О! – Мужчина покачал головой, потом щелкнул меня кончиком пальца по носу и ласково так сказал: – Моя добрая маленькая девочка, от большой любви люди порой и не на такое шли. – Я спорить не стала. Может, и правда доведенная до отчаяния мать таким диким образом хотела спасти своего ребенка.

– Зачем ты вообще рассказал мне про ту женщину? – спросила, немного помолчав.

– Случайно? – вопросом на вопрос ответил он.

– Да, как же! Все твои случайности – хорошо просчитанные закономерности.

– Ты такого высокого мнения обо мне? – Кир снова наклонился, почти касаясь губами уха. Я отшатнулась, уворачиваясь от очередного невесомого поцелуя, которыми после событий на озере братец крови готов был одаривать меня при любом удобном случае.

– Не уходи от темы, – пробормотала, пытаясь высвободить ладонь из его цепких пальцев. Напрасно. – Зачем ты мне рассказал эту историю?

– Чтобы ты не услышала ее из другого источника.

– То есть от Сэн? – Вопрос был риторический, ибо других свидетелей гибели несчастной попаданки явно не существовало. – А что, версии могут сильно разниться?

– Кто ж знает этого гая, – пожал плечами Кир-Кули. Он выпустил мою руку, и только я обрадовалась свободе, как меня резко подхватили на руки и понесли-таки на источник.

Брыкаясь больше для виду, чем на самом деле, ибо верхом на блондине приближаться к плите с подогревом было как-то спокойней, я пропыхтела:

– А меня ты бы тоже устранил, если б оказалась бракованная?

– Не оказалась, – сказал как отрезал, но я не унималась:

– А если б вдруг?

Мужчина остановился, посмотрел на меня долго, внимательно, а потом выдал:

– А давай я тебя поцелую?

– Н-не надо. – Теперь я задергалась по-настоящему, стараясь вывернуться из его рук и сползти на каменную поверхность источника. Потому что за Кир-Кули не заржавеет, он и правда поцелует, и вряд ли это будет легким чмоканьем в щечку, а я не готова к такому вниманию. Но испугаться как следует мне не дали, так как за спиной раздалось:

– А давайте я вас всех расцелую!

Перестав нервно коситься на аше-ара, переключила внимание на обнесенную каменным бордюром плиту. А там, по-турецки скрестив ноги, сидела моэра и с блаженной улыбкой на пятнистой мордашке жонглировала мыльными пузырями. Я даже брыкаться прекратила, впав в ступор от этого странного зрелища. Невесомые с виду шарики, переливаясь всеми цветами радуги, кружили над Ырли, повинуясь легким движениям ее когтистых рук. Они чуть светились, как тот пузырь, в котором мы плыли под водой, и то увеличивались, то уменьшались, становясь похожими на крупную каплю воды.

– Невероятно! – посмотрев на нас осоловевшими глазами, заявила лейра. – Здесь столько чистой энергии, что я могу не только управлять водой, но и создавать ее! Представляете?! Из ничего! Я! А-а-а, – улыбка ее стала еще шире, обнажив два ряда ровных чуть заостренных зубов, – я всесильна-а-а, я богиня-а-а, – покачиваясь из стороны в сторону, завывала эта… наркоманка энергетическая.

– Она здорова? – шепотом спросила и решительно обняла аше-ара за шею. По крайней мере он был вменяемым, чего не скажешь про моэру.

– Вполне, – ответил блондин. – Просто хватанула лишнего, вот и…

– Запела, – обреченно вздохнула я. В голове крутилась мысль с привкусом досады: ведь для меня это сооружение было всего лишь каменным постаментом, а для них, магов, – действительно источником. Сообразив, что магов тут больше одного, я с опаской покосилась на Кир-Кули и шепотом поинтересовалась: – А ты… тебя тоже так плющить сейчас начнет, да?