Свобода на троих - Ева Никольская

– Что ты хотел? – спросила, нарушая молчание.

– Предложить тебе кое-что.

– Очередной ритуал древних? – кисло пошутила я, но братец крови усмехнулся, а потом допил содержимое кружки и предложил нечто совсем не братское:

– Будешь моей любовницей?

Если б было чем, я б подавилась повторно. А так только воздухом захлебнулась и снова закашлялась. И опять мне постучали промеж лопаток и по голове погладили. Немного успокоившись, я плеснула себе еще сока, залпом выпила, мысленно жалея, что он без градусов, после чего с надеждой поинтересовалась:

– Это ты так пошутил, да? – Он пожал плечами. – Нет? – Кивнул, подумал и, взъерошив свою белоснежную шевелюру, проговорил:

– Почему бы и нет, Зоя?

В этот момент я поняла, что мне безумно нравится, когда меня зовут айкой или принцессой.

– Потому что страшно, – призналась честно.

– Но я…

– Подожди, Кир! – остановила его жестом, подняв руку. Пожевала нервно губы, куснула до боли и принялась торопливо объяснять: – Ты мне нравишься, очень. Но, во-первых, мы с тобой слишком разные, во-вторых, я беременна, а в-третьих, Сэн в чем-то прав: неизвестно, как может отразиться на протекании ритуала наш… наши… Короче, ты понял.

– Понял. – Немного помолчав, он тряхнул волосами и, поднявшись с постели, направился к двери.

– Кир?! – крикнула я, отчего-то испугавшись, что он… обиделся?

– Завтракай, айка. – Клыкастая улыбка была мне ответом. Не злая, не добрая, просто улыбка в стиле аше-ара. И взгляд такой ласковый-ласковый, мне аж не по себе стало. – В смысле, обедай, сестренка. Беременным это особенно нужно.

И ушел. А я осталась сидеть с недоеденным пирожным, кувшином сока и странным ощущением, что все это лишь продолжение сна. Потому что если нет, то спокойной жизни в обществе братца мне лучше не ждать.

Сидела я так минут десять, наверное, потом глубоко вздохнула, взъерошила и без того требующие расчески волосы и, решительно встав с кровати, отправилась в соседнюю комнату. Там, конечно, не было такой роскошной купальни, как в шарту Кир-Кули, но все необходимые удобства имелись. Умывшись, внимательно вгляделась в свое отражение в зеркале. Отметила и алый цвет губ, и бледный тон кожи, и серебро радужки, которое уже слабо списывалось на эмоциональное потрясение. С другой стороны, что сейчас в комнате-то было?! Потрясение, и еще какое! С чего вообще он вздумал задавать мне такие прямолинейные и несколько неприличные вопросы?

Провела кончиками дрожащих пальцев по шее, верхней части груди, чуть погладила мерцающий голубой символ и принялась с каким-то остервенением затягивать распущенную шнуровку на таком же красном, как и мой рот, платье. Вчера рубашку порвали, сегодня это… Может, я зря радуюсь, что в одежде просыпаюсь? И предложение аше-ара вовсе не беспричинное?

Закончив с корсажем, принялась за прическу. Сломала пару зубцов на деревянном гребне, но все-таки расчесалась. И даже косу заплела, только чем завязать не нашла. Перекинула ее за спину и, гордо вздернув подбородок, пошла искать Кира. Ну или кого-нибудь еще, с кем можно поговорить о странной сонливости, что накатывает на меня после ужина.

Дверь в спальню, к моей великой радости, оказалась не заперта. Первым, на что я наткнулась, переступив порог, был ярко-голубой символ в виде стрелки, который висел в нескольких сантиметрах над полом, указывая мне направление. Почему именно мне? Так здесь больше никого не наблюдалось. К тому же что-то подобное я уже видела в шарту Кир-Кули, когда он проводил ритуал Эо, и логично было предположить, что и этот знак – его рук дело.

Поколебавшись немного, я сделала шаг в направлении стрелки. Та сразу же поплыла дальше по коридору, но через пару метров остановилась, выжидая. Решив не испытывать судьбу, пошла вслед за мерцающим проводником по одетому в камень коридору. Все равно я тут ничего не знала, а так хоть ориентир появился… магический.

Поворот, лестница с чередой серых ступеней, уводящих вниз. Очередной каменный туннель с темными провалами арок и тускло горящими фонарями. Стрелка нырнула за угол, я за ней и… Громкий вскрик эхом разнесся по округе, рассыпавшись на несколько голосов.

– Я тебя чуть не утопила, мышка! Кто ж так тихо крадется-то?! – возмущенно заявила синеокая «Мальвина», демонстративно стряхивая с изящных пальцев подозрительно крупные и обильные капли воды. Где именно она взяла эту жидкость в каменном мешке, история умалчивала. Обтерев вполне человеческие ладони об подол синего платья, Ырли с некоторым самодовольством поинтересовалась:

– Ну, как я выгляжу?

– Как девушка, – честно ответила ей. Судя по скривившейся мордашке собеседницы, та ожидала большего. – Как красивая девушка, – добавила я, опять же не соврав.

– А ты куда направлялась-то? – услышав то, что хотела, поинтересовалась моэра и, странно выгнув правую конечность, почесала лопатку. Потом сдернула с уха обрывок какой-то паутины, фыркнула брезгливо и нехотя призналась: – После сонного кокона чувствую себя искупавшейся в пыли. И крылья… вернее, то место, где они были, все еще чешется.

– И хвост? – без задней мысли уточнила я.

– И хвост, – нисколько не смутившись, вздохнула «Мальвина». – А ты почему одна тут шастаешь? Это же нижний город! Тут ловушек тьма и… – Она запнулась, заметив, наконец, голубую стрелку, призывно мигающую в паре шагов от нас. – Магический проводник? – Синие глаза сузились, пристально изучая летучий символ. – Чей? – Я пожала плечами, не став озвучивать свои догадки. – Идем! Сейчас узнаем, куда приведет, – немного подумав, распорядилась Ырли.

Теперь я продолжила путь уже в компании моэры. В следующем коридоре она решила проверить, что будет, если свернуть с указанной дороги. Проверила! Стукнулась лбом о невидимую стену, закрывающую проход в темный зал, тряхнула головой и пошла ко второму проему. Повторив все то же, но с меньшим травматизмом, радостно возвестила, что Светлоликий не нас от опасностей нижнего города закрыл, а их от нас, и, потирая ушибленное место, потопала дальше за плывущей впереди стрелкой.

Мы спустились еще на два этажа ниже. Этот уровень подземелий отличался от остальных слишком высокими потолками, грубой отделкой стен и какой-то особой, пугающей мрачностью. Магический проводник призывно вспыхивал, предлагая следовать за ним и дальше, а я застыла на последних ступенях лестницы и, вцепившись в перила, сказала:

– Не пойду.

– Чего это? – нахмурилась моэра.

– А вдруг это не Ки… в смысле, не Светлоликий, нас приглашает, а какой-нибудь очередной охотник на сейлин?

– В Неронге-то? – Ырли рассмеялась. – Да в эти лабиринты ни одна мышь без ведома хозяина не проскользнет. – Она окинула меня оценивающим взглядом с головы до ног и исправилась: – Хотя одна проскользнула. Но… гай тебя сам привел. Пошли, хватит трусить, с-с-сейлин, – и в последнем слове было столько ироничного пренебрежения, что я обиделась, разозлилась и… пошла. Все равно обратно в спальню мне дорогу не найти.