Ричард Длинные Руки - князь - Гай Юлий Орловский

Впереди в прекрасных доспехах на рослых конях красиво и с достоинством приближаются двое рыцарей благородного облика, оба уже немолодые, видавшие виды. По суровым лицам со шрамами видно, что сами водят рыцарскую конницу в атаки, смотрят смерти в глаза твердо и бесстрашно.

С ними все в дорогих одеждах, на груди золотые цепи различного достоинства, у многих с драгоценными камнями. Все до единого с непокрытыми головами, но сзади везут их шлемы, цельные, без плюмажей, простые и удобные боевые шлемы.

Я вышел навстречу, довольный и царственный, оба полководца соскочили с коней достаточно резво, приблизились и преклонили колена.

— Сэр Филипп, — сказал я.

Филипп Мансфельд ответил лязгающим металлом голосом, которому никогда не изменяет:

— Ваша светлость!

— Встаньте, сэр Филипп, — сказал я и повернулся ко второму.

Тот сказал четко, словно разрубил мечом щит:

— Ваша светлость!

— Сэр Чарльз, — ответил я. — Встаньте и дайте мне вас обнять. Подробнее я расскажу о вас чуть позже, а пока, друзья мои, отдыхайте перед приемом.

Ришар спросил заинтересованно:

— Это и есть турнедцы?

— Они самые, — сказал громко, чтобы слышали все собравшиеся рыцари. — Представляю вам двух героев битвы в Сен-Мари с морским десантом, рейнграфа Чарльза Мандершайда, командующего северной армией Турнедо, и стальграфа Филиппа Мансфельда, командующего второй ударной группировкой войск королевства Турнедо. Сейчас они, отличившись в битве с пиратами, пришли в Гандерсгейм.

Ришар обронил:

— Не пришли, я бы сказал, а поспешили в Гандерсгейм.

Рейнграф Чарльз кивнул:

— Совершенно верно, ваша светлость.

Ришар сказал учтиво:

— И, как я понял, с ходу ввязались в бои с местными войсками, не успев даже добраться до центрального лагеря?

Рейнграф лишь развел руками, а стальграф Филипп, жилистый и с суровым лицом ветеран, пытался изобразить хоть какое-то сожаление, но не смог.

— Простите, ваша светлость.

Ришар сказал дружелюбно:

— Да я бы и сам так поступил!.. Прошу вас в мой шатер, друзья. Нам есть что рассказать друг другу.

Я хлопнул по плечу рейнграфа:

— Спасибо вам. Вы так моментально откликнулись на призыв помочь королевству Сен-Мари, что ни на минуту не опоздали к грандиозной битве!

Сэр Чарльз сказал с придыханием:

— Сэр Ричард, вы дали нам возможность хоть как-то очистить свое имя. Но, сказать честно, мы никогда такой грандиозной битвы не видели и никогда не встречались с таким необычным противником… Подумать только — пираты! Огромный десант с моря… Расскажи кому дома — не поверят. Чтоб с кораблей высаживались десятки тысяч… да и самих кораблей тысячи и тысячи!..

Ришар, подталкивая, уводил их в свой шатер, но стальграф задержался чуть, чтобы поинтересоваться:

— Сэр Ричард, можно вопрос…

— Слушаю.

— Если только это не военная тайна.

— Спрашивайте смело, — успокоил я. — Человек я только с виду нежный и ранимый, из деликатности разболтаю любые тайны. На самом же деле я просто совру красиво и вдохновенно!

Он спросил тихонько:

— Вы прибыли, чтобы приготовить… большое наступление?

— Большое, — подтвердил я, — и окончательное. Это не весьма, что огромные армии закованных в стальные доспехи рыцарей увязают здесь, как в песке, в мелких стычках, что не дает нам стратегического преимущества!.. Вы могли заметить, что варваров уже прижали к морю!.. Но я не уверен, что у нас за спиной в их стойбищах не садятся в седла новые тысячи молодых отважных удальцов. А этого допускать нельзя!

Ришар кивнул мне, дескать, эти двое выглядят настоящими воинами, они поймут необходимость тех крутых мер, о которых я говорил.

Вечером в моем шатре все знатные и знатнейшие толпятся вдоль стен, потом будут с гордостью рассказывать, что присутствовали, видели собственными глазами, а их с горящими глазами будут уговаривать рассказать еще и еще раз.

Я на троне, для этого у одного из кресел спинку заменили более высокой, Арчибальд Вьеннуанский, веселый и белозубый, я вообще его не видел иным, подошел со свитком в руке, свернутым в трубочку, встал справа от трона, элегантнейший красавец, всегда в изумительно подогнанных по фигуре доспехах, но для этого случая снял, заменив роскошным кафтаном, от воротника и до краев расшитым золотом.

— Ваше высочество, — прошептал он, дохнув на меня винными парами, — все готово!

— Справишься? — спросил я.

Он сказал горделиво:

— С чем угодно!

— Хорошо, — сказал я. — Не будем тянуть, а то вино в бочках перегреется.

Он заулыбался во весь рот, выступил вперед и прокричал торжественно:

— Стальграф Филипп Мансфельд!

Стальграф выступил вперед, с достоинством преклонил колено. Арчибальд развернул лист, но, прежде чем читать, окинул взглядом присутствующих, отмечая жадное любопытство на лицах.

— Стальграф Филипп Мансфельд, — сказал он громко и ясно, — вы, командующий первой ударной армией королевства Турнедо, быстрым маршем провели ее через Армландию и Тоннель под Большим Хребтом в Сен-Мари, где с ходу, не выстраивая за неимением времени в боевые порядки, ударили высадившимся пиратам в тыл и тем самым помогли спасти Тараскон с его верфями!.. За этот подвиг, воинское мастерство и ту роль, которую вы сыграли в нашем общем деле, его высочество сэр Ричард жалует вас титулом лорда Галекширского с пожалованием вам королевства Жемчужных Ключей!..

У стальграфа не только язык отнялся, но и остановилось дыхание, я не только вернул ему смысл жизни, но и полностью реабилитировал его воинскую славу и умение полководца в глазах турнедцев.

Не в силах выговорить ни слова, он молча поклонился, но взглянул на меня с такой благодарностью, что мне стало неловко, будто я и его в чем-то да обманул, хотя вроде бы подарил аж целое королевство!

Арчибальд снова развернул лист, явно гордясь такой ролью и таким жадным вниманием, сказал с тем же подъемом:

— Рейнграф Чарльз Мандершайд!.. Вы, командующий второй ударной армией королевства Турнедо, немедленно откликнулись на предложение сэра Ричарда идти в Гандерсгейм… но на выходе из Тоннеля узнали про вторжение армады пиратских кораблей и несметных десантов, потому вместе со стальграфом Мансфельдом без колебаний и потери времени мгновенно ударили по высадившимся пиратам, уничтожили крупные отряды и, прорвавшись к кораблям, сожгли несколько десятков, что вызвало панику среди высадившихся!.. За этот подвиг его высочество сэр Ричард, властелин королевства Сен-Мари, гроссграф Армландии, пфальцграф Фоссано, гранд Варт Генца, маркграф Гандерсгейма и фюрст архипелага Рейнольдса… жалует вас землями королевства Сильверланд!