Клинок его Величества - Василий Горъ

— Что вы собирались с ним делать?

— Я? Я — ничего! — глядя сквозь своего сюзерена, буркнул Ратский. — Его купил граф Бивер Галарад. И на днях подарит Ленивцу…

— Белая Смерть… — еле слышно прошептал король. — Белая Смерть — и мне в подарок?!

— Слабостей у Нардириена немного… — не услышав его восклицания, продолжил Дартэн. — Кони — одна из них. Наездник он неплохой, но с Зайчиком ему не совладать…

— Что вы планировали дальше?

— Если Ленивец сломает себе шею — хорошо… Нет — его до смерти залечит собственный лекарь…

Услышав пренебрежительное «Ленивец», король еле слышно скрипнул зубами и… промолчал.

А Илзе, дав Ратскому перевести дух, продолжила допрос:

— Почему вы так уверены, что лекарь выполнит ваш приказ?

— Потому, что когда Галиэнна Нейзер перестанет сопротивляться, в Онгароне останется только одна воля… — осклабился граф. — Моя…

— Что вы планировали сделать после смерти короля?

— Короновать его ублюдка: он — законный наследник, значит, должен посидеть на троне хотя бы полгода…

Принц Гаррид владел собой гораздо хуже отца. Поэтому, услышав слово «ублюдок», вцепился в рукоять меча, наполовину вытащил его из ножен, и, наткнувшись на бешеный взгляд отца, нехотя вернул его обратно.

— Что вы планировали делать в течение этого времени?

На этот раз Ратский обошелся без грубостей:

— Создать видимость начинающихся отношений с Мелисентой…

— С кем?! — воскликнул Бадинет Нардириен.

Его голос Ратский не услышал. Поэтому вместо него ответил я:

— С вашей супругой, сир…

Монарх посмотрел на меня и криво усмехнулся:

— Это уже чересчур! Вы перестарались, граф: в такое нагромождение нелепостей я бы не поверил даже…

— Отец! Простите, что перебиваю, но это — не нелепость! — покраснев, воскликнул принц Гаррид. — Я слышал, как эта тварь описывала фигуру мамы… и… мне кажется, что он видел ее обнаженной…

Лицо Бадинета Ленивца налилось дурной кровью, а в глазах замелькали молнии:

— Даже так?

Я кивнул:

— Если у вас есть такое желание, сир, то леди Янина может заставить его повторить…

Монарх скрипнул зубами:

— Если это описание соответствует действительности, то… то я поверю в то, что он нес…

Принц Гаррид жестом попросил Илзе не торопиться:

— Ваше величество, позвольте это сделать мне?

— Зачем?

— Его описание было… слишком эмоциональным… Боюсь, вы его зарубите…

Король подумал… и согласился.

— Родинки на левом колене, на сгибе правого бедра, чуть выше пупка, на крестце и между лопаток… Небольшой шрам под левой грудью… — начал, было, принц, и замолчал, увидев, как изменился взгляд его отца.

— Она…

— Нет, сир! — поняв, о чем он хочет спросить, буркнул я. — Граф Дартэн оказался любителем подглядывать…

— А…

Второй не заданный вопрос был не менее понятным, чем первый, поэтому я кивнул Илзе.

— Как вы относитесь к королеве Мелисенте?

— Я ее ненавижу! Я готов был бросить к ее ногам весь Диенн — а она меня оскорбила!! Назвала меня похотливым боровом и запретила подходить к себе ближе, чем на десять шагов!!! Ничего, когда она родит мне наследника, я покажу ей, что такое унижение…

— Леди Янина! Пусть он расскажет, чем все это закончится… — попросил принц Гаррид, видимо, не желая по второму разу выслушивать рассказ о собственной смерти.

Илзе вопросительно посмотрела на короля, и, дождавшись высочайшего соизволения, задала Ратскому очередной вопрос.

Тот облизал языком пересохшие губы и едва заметно улыбнулся:

— Когда Мелисента снимет траур по Ленивцу, я сделаю ей предложение. Отказаться она не сможет, и в королевстве появится принц-консорт. А когда королева понесет, я избавлюсь и от Нардириена-младшего…

— Он что, юродивый? — спросил у меня монарх. — В случае смерти королевы принц-консорт все равно не станет королем!

— Он — нет. А его сын — станет… — вздохнул принц Гаррид. — И в Онгароне появится новая династия. Ратских…

Король мрачно уставился в противоположную стену зала и замолчал. Надолго.

Понять, о чем он думает, я не смог — его лицо абсолютно ничего не выражало. Поэтому смотрел не на него, а на Илзе. И… среагировал на ее жест «опасность» раньше, чем понял, что он означает!

Полное расслабление мышц, незаметное смещение вправо — и я занял положение, из которого мог успеть сбить с ног супругу, зарубить обоих телохранителей короля и взять Ленивца на залом.

Да, оставались еще стрелки в нишах, граф Ратский и принц Гаррид. Но от первых, прячущихся за спиной короля, меня должно было прикрыть его тело, Ратский без команды Илзе не мог даже пошевелиться, а его высочество… его можно было упокоить метательным ножом. Хотя не хотелось бы…

…Взгляд Бадинета, брошенный на Илзе, чуть не сорвал меня в атаку: он пытался решить, что делать с моей женой!!!

«Взгляд — это половина поступка. Но не доказательство! Поэтому, если тебе важно то, что о тебе скажут свидетели — дождись начала действия…» — вспомнил я одну из рекомендаций Кузнечика. И заставил себя остаться на месте.

И совсем не зря:

— Граф Аурон! Вы спасли мою жизнь и жизнь моего единственного наследника. Вы сохранили честь моей супруги и не дали прерваться правлению династии Нардириенов!

Я учтиво склонил голову. На самую малость. Так, чтобы видеть и короля, и его телохранителей.

— Честно говоря, не представляю, чем вас наградить! Земли? Вы — подданный Вильфорда Бервера! Деньги? Вы — Утерс, то есть представитель рода, о щепетильности представителей которого ходят легенды… Оружие? Кони? Так они не стоят и сотой доли того, что вы для меня сделали!

— Я сделал то, что был должен и не жду от вас награды…

— Вы спасли мою династию! — возмутился монарх.

— Это получилось само собой. На самом деле я прибыл в Маллар с единственной целью: убедиться, что граф Ратский действует по собственной инициативе…

Бадинет Ленивец нехорошо прищурился:

— А если бы он исполнял мою волю?

Я неторопливо расшнуровал камзол, вытащил из внутреннего кармана свиток и протянул его королю:

— Прочтите, сир!

Бадинет Ленивец прочитал первое же предложение и… помрачнел:

— Клинок его величества… Серьезно…

— Да, сир! Если бы я пришел к выводу, что вы планируете ударить нам в спину, то… в Онгароне появился бы новый король…