Без гнева и пристрастия - Павел Корнев

— Куда едем? — уточнил тот, выключая радиоприемник, по которому шла трансляция матча регби.

— Подожди, — попросил я и закрыл глаза. Какое-то время посидел так, затем достал блокнот и левой рукой сделал пометку выяснить имя курьера, которому кандидат в прокуроры доверил возврат киноафиши. А еще стоило протрясти ближний круг его помощников и узнать, не снимал ли кто-нибудь из них в последнее время квартиру.

Не давать повода нажаловаться Моржу?

Я только усмехнулся. Боюсь, скоро на меня ополчится половина городского истеблишмента. Алекс Бриг от такого развития событий в восторг точно не придет, а капитан… О реакции капитана не хотелось даже думать.

— Останови рядом с телефоном, — попросил я, открывая глаза.

Водитель пробудил заточенную в движок сущность, по кузову прокатилась легкая дрожь, и автомобиль выехал на дорогу, но почти сразу прижался к обочине. Я выбрался наружу, зашел в телефонную будку и позвонил в контору Алекса Брига.

— У нас проблемы, — сообщил, когда меня соединили с медиатором.

— Нет имени? — предположил Бриг.

— Хуже, — вздохнул я. — Сразу два имени. Пока неизвестно, какое из них верное.

— Что ты предлагаешь?

— Надо устроить очную ставку.

— Между кем и кем?

— Нас никто не слушает? — уточнил я на всякий случай.

— Повиси на проводе, — попросил медиатор. Раздался приглушенный стук, когда он положил свою трубку на стол, затем послышался шум открывшейся двери, а пару мгновений спустя Алекс сообщил: — Теперь точно никто. Так что с именами?

— Гардин и Мориц.

Послышалось недовольное сопение, потом Бриг откашлялся и заявил:

— Виктор, проблемы куда серьезней, чем тебе кажется! Ты хоть понимаешь, кого собираешься обвинить?

— Меня просили найти преступника, а не разводить политесы!

— Я не могу пойти с этим к мэру!

— Ты втравил меня в это дело, Алекс. И ты с самого начала знал, что от него так и смердит проблемами!

— И возможностями! — пробурчал медиатор, надолго замолчал, потом сдался. — Черт с тобой, Виктор. Будь по-твоему. Но мне нужно только одно имя. Понимаешь, Виктор? Одно правильное имя. И я обещал озвучить его завтра, до начала заседания городского совета. Времени у нас — до полудня.

— Ты молодец!

— А ты сказал, что имя будет к вечеру! И заметь, ни словом не обмолвился о подозреваемых. Ты хоть представляешь, какой разразится скандал?!

— Плевать!

— Тебе — возможно. Всем остальным — нет. Поэтому дай мне имя, Виктор, и мы умоем руки. Пусть мэр дальше разбирается со своими проблемами сам, такой был уговор.

— Одно имя? Это будет непросто… без очной ставки.

— Это твоя работа. Просто сделай ее хорошо.

— Завтра, — вздохнул я. — Имя будет завтра.

— До полудня.

— Хватит выкручивать мне руки, Алекс!

— И не начинал еще даже, — хмыкнул Бриг. — Что у тебя с Коганом? Его услуги обходятся нам в кругленькую сумму. Мы такие траты позволить себе просто не можем.

— Разберусь с этим, — пообещал я и утопил рычажок аппарата, сразу отпустил его, сунул в прорезь новый четвертак и набрал номер казино «Колесо Фортуны». — Сола Когана, — попросил я, когда на том конце прозвучало томное: «Алло».

Минуту в трубке слышался лишь шорох и отзвуки шагов, затем раздался раздраженный голос гангстера:

— Кто это?

— Виктор, — представился я и спросил: — Не вовремя?

— Есть немного, — пробурчал Сол.

— Что у тебя с секретаршей?

— Это не секретарша, — заявил Коган и вспылил. — Виктор, хватит рыться в моем грязном белье!

— Есть что-нибудь новое от твоих людей?

Гангстер сразу сообразил, о чем речь, и односложно ответил:

— Тишина.

— Пусть будут начеку, собираюсь ускорить развитие событий.

— Хорошо, присмотрю за ними. Кстати, если на вечер нет никаких планов, можешь и сам к нам присоединиться.

— Видно будет.

— Заехать вечером?

— Заезжай, — решил я и повесил трубку. Вернулся в служебный автомобиль и попросил водителя: — В больницу Святой Катерины.

Парень покосился на мою забинтованную ладонь и ничего говорить не стал, просто вывернул руль, разворачивая машину. Раздраженно рявкнул клаксон, мимо промчался выскочивший на полосу встречного движения родстер. Водитель выругался, завершил разворот и утопил педаль газа, до предела увеличив впрыск алхимического реагента. Движок взревел, и мы помчались к больнице.

В клинике я задерживаться не стал. Прошел через приемный покой к служебному выходу, немного поплутал по глухим переулкам и вскоре вывернул к ювелирному салону «Двадцать четыре карата». Встал на крыльце и закурил, высматривая подручных Когана. Первый наблюдатель стоял в парадном дома напротив, второй топтался в конце улицы неподалеку от телефонной будки. А машину они, должно быть, загнали в один из соседних дворов.

Толкнув весело звякнувшую колокольчиком дверь, я прошел в ювелирный салон. Надо сказать, при моем появлении никакого веселья на лице старого знакомого не отразилось.

— У тебя есть что-нибудь для меня? — не здороваясь, спросил я прямо с порога.

— Виктор, с пистолетом вышла небольшая накладка, но уверяю, мой поставщик всегда держит слово…

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Меня интересует не столько пистолет, сколько имена. Имена, понимаешь?

— Но, Виктор…

— Был уговор, что к следующему моему визиту ты запишешь их на листок. Так?

— Ничего нет, — просипел старик.

— Имена, адреса, телефонные номера. Ничего нет?

— Виктор…

Но я оборвал ювелира:

— Я последний раз пришел сюда как Виктор. Завтра сюда придет комиссар Грай. И придет он с ордером. У комиссара собачья работа, ему приходится выворачивать людей наизнанку. Так вот — он узнает все, что ему нужно знать. Но лично мне не хотелось бы доводить до этого.

— Виктор, ты не понимаешь, в какое положение ставишь меня!

— А ты не понимаешь, в какое положение поставил меня. Мне будет жаль, если придется утопить тебя, чтобы выплыть самому, но поверь: я это сделаю. И не сомневайся, прижать тебя получится без особого труда. Так что либо говори, где искать твоего поставщика, либо организуй нам встречу. Все ясно?

— Я услышал тебя, Виктор, — отстраненно произнес ювелир. — Я тебя услышал.

Больше я ничего говорить старику не стал, вышел на улицу и зашагал обратно к больнице Святой Катерины. На душе было неуютно, но об угрозах я нисколько не сожалел. Затевалось нечто крупное, и мне категорически не хотелось участвовать в этой партии на правах пешки. И если для того, чтобы стать игроком, придется прижать кого-то из старых знакомых, что ж — так тому и быть. Правда, и радости мне это не доставит. Скорее наоборот…