Обладатель-шестидесятник - Юрий Иванович

Хорошо, что на стороне Ивана были все остальные соратники, возглавляемые Игнатом Ипатьевичем, Романовым, Сабуровой и ведданой Авиловой. Общими стараниями как-то удалось уговорить Ольгу повременить с посвящением родителей во все тайны до рождения детей.

Ну а со всеми остальными грозными просителями Загралов разобрался не в пример быстрее. И уже к концу вторых суток имел в своей команде семьдесят два фантома. После чего, поругавшись со всеми недовольными, отправился спать, сжимая сигвигатор в ладони. У него тоже накопилось немало претензий к школе восьмидесятников.

Поэтому, осознав, что он уже в том самом сне, Иван быстро сориентировался в знакомом месте и помчался в нужное здание. Но не стал подниматься в двадцать восьмой класс, а ввалился в тот, самый первый, где ему вначале дали от ворот поворот.

Опять послышалось злобное шипение, утверждающее, что он ошибся и что ему не сюда. Но никакой боязни у Ивана уже не было:

– Сюда мне, сюда! И чтобы не учиться повторно уже пройденному мной материалу, требую сразу дать мне список всех тем обучения. Немедленно!

Минут пять в густой, не просматриваемой темноте ничего не происходило. Видимо, здешняя канцелярия сверялась, консультировалась и размышляла. Потом вдруг прямо перед глазами настырного ученика вдруг высветился длинный список, в котором перечислялись темы обучения.

– Ага! – обрадовался Иван, начав читать с первой строчки. – Хм!.. Однако!.. И вот это весьма полезно… А тут вообще… О-о-о! – возопил он, дочитав весь список до конца и тыча пальцем в предпоследнюю строчку. – Оно! Самое оно!

Там высвечивалось:

«Терраформирование планет. Упокоение вулканов. Отбор энергии взрывов и разложение дымного выхлопа на составляющие».

– Иди в двадцать девятый класс и жди! – приказал шипящий голос. – Учитель прибудет в течение часа!

– Хорошо, уже иду, только дождусь ответа на один-единственный вопрос.

Невидимый собеседник прошипел с какой-то странной безысходностью:

– Ну разве что на один…

– Что случится с женским фантомом, выносившим ребенка и благополучно его родившим? – спросил и перестал дышать, ожидая решения судьбы самых близких ему сущностей.

– Да ничего особенного… И мать, и младенец навсегда останутся физическими телами в физическом мире. А вот своими фантомами-двойниками, появившимися у них после этого, они уже будут управлять только сами.

Иван тут же развернулся и с ликующим воплем вырвался на усаженный цветами двор между домами. Затем минут пять порхал ласточкой в небе, не в силах как-то угомонить в себе бурлящую через край радость.

И только минут через десять поднялся в указанный ему класс.

Учитель, совершенно лысый гуманоид с четырехпалыми конечностями, прибыл намного раньше, всего через двадцать минут. И с ходу довольно любезно пояснил:

– Оказался на удивление свободен, потому сразу и откликнулся. Ну, кто тут у нас? – В его громадных глазах, занимающих треть лица, замелькала информация, считываемая с невидимого виртуального экрана. – Интригующе… Но не будем терять времени, приступим к обучению.

Далее последовал такой поток информации, что у Ивана голова стала раскалываться от боли. Не выдержал уже в самом конце, когда поток сознания истончился, а потом и схлопнулся:

– Кошмар! Я же во сне! Почему такая боль в мозгах?

– Иначе никак. Все-таки это не прыщ на теле, а вулканы. Хотя ассоциации, конечно, прослеживаются.

– Ну да… Хорошо… Спасибо! – плохо соображающий ученик уже встал и собрался уходить, когда гуманоид его неожиданно обрадовал:

– Кстати, ты отныне тоже учитель. Твой класс под номером тридцать первый. Специально из-за тебя здание надстраивается на один этаж. Так что будь готов по определенному сигналу, через час оказаться на рабочем месте.

– Что?! Вы о чем?! – изумился Загралов, массируя раскалывающуюся голову.

– А ты как думал, коллега? – знаток по вулканам явно веселился. – Научился уничтожать «серую беду»? Значит, будешь отныне делиться этим умением со всеми восьмидесятниками. И не переживай ты так, плюшки за твою работу тоже перепадают уникальные. Например, тебе сразу дадут устройство, которое в инструкции именуется «номер четыре». Причем устройство жутко оригинальное, подстраиваемое по каждой расе. А? Стоит ради такого делиться знаниями и умениями?

И сон на этом месте прервался. Окончился, скорее всего.

А вот голова болеть не перестала. Постанывая, проснувшийся Иван сел на кровати, увидел напрягшуюся и замершую у двери Ольгу и жалобно попросил:

– Дай попить… Квасу… Да чего угодно! Башка сейчас лопнет!

Она метнулась к столу в прихожей, принесла целый кувшин напитка и вручила мужу. Пока он пил, не в силах даже разобрать по вкусу, что употребляет, старшая супруга стояла молча. Но когда перехватила опустевший кувшин, пальчиком ткнула Ивану за спину:

– А что это такое? – в ее тоне звучало обвинение. – Ты это там вместо меня уложил?

Загралов оглянулся, и слова у него застряли в глотке. На кровати возлежала, прикрытая простыней по самый подбородок, вполне симпатичная дама. Глаза закрыты, вроде бы спит.

Шумно сглотнув какой-то комок в горле, семидесятник присмотрелся к даме внимательнее, после чего вздохнул с облегчением. Хмыкнул, оглянулся на замершую в нарастающем гневе супругу и резко сдернул простынь с тела.

– О-оп-ля!

Тотчас глаза незнакомки раскрылись, она довольно гротескно встала с кровати, замерев по стойке «смирно», и механическим голосом доложила:

– Устройство номер четыре готово к передаче энергии! Суточная норма накоплена на девяносто семь процентов!

Казалось бы, все ясно, но пальчик великой артистки продолжал тыкать в сторону странной механической куклы:

– И каким способом будет проводиться «передача»? Половых органов я у этого не заметила, но…

– Не пугайся, дорогая, все намного проще, чем ты себе нафантазировала. Ну и шутники эти восьмидесятники! – Иван со смехом вскочил с кровати, подскочил к устройству и наложил руки на торчащую, довольно крупных размеров грудь: – Вот так… И вот так…

После чего невинным поцелуем чмокнул напичканную электроникой даму в губы. И тут его здорово встряхнуло. Он резко отстранился от робота, да так и грохнулся с перекошенным лицом на кровать. Сложилось впечатление, что его карачун схватил. Или судорога по всему телу, если выражаться проще.

Вскрикнувшая Фаншель бросилась к мужу, ухватила за лицо ладонями:

– Ванечка, любимый, что с тобой?!.

– Уф… Ах… – запыхтел он. – Такой порции удовольствия я еще не получал… Ну разве что с тобой, – вовремя спохватился, начав поглаживать задергавшуюся Ольгу. – И голова перестала болеть… И с тобой мне захотелось еще большего удовольствия… Давай?