Трое в песках - Юрий Никитин

Всадник молниеносным движением выдернул меч — длинный,блистающий, с затейливыми клеймами ближе к рукояти.

— В моей Степи я хозяин!

— Но послали тебя другие, — ответил Олег громко. Он нарочитоповышал голос — пусть слушают и остальные. — Другу бы объяснили, а рабу лишьприказывают.

Среди всадников пошел говорок. Всадник зло оглянулся, лицоустрашающе налилось кровью, вот-вот лопнет от ярости. Вдруг меч со стуком ушелобратно в ножны.

— Мне никто не приказывает, дурак! Мне заплатили, оченьмного заплатили. Но я все равно пальцем не шелохну, пока не узнаю, что и зачем.Вас всего трое…

— Четверо, — поправил Олег вежливо.

— Женщина, — сказал всадник презрительно.

Мрак гулко расхохотался:

— Эта девка одна размечет ваш отряд! Самых пригожих не убьетсразу, сперва поимеет, потом зарежет. А нам и рук утруждать не придется.

Всадники переговаривались уже громко. Один подъехал квожаку, что-то настойчиво прошептал на ухо. Тот раздраженно отмахивался,наконец сказал с кривой усмешкой:

— Я никому не служу. Увидите, когда посетите мое племя.

— У нас другая дорога, — сказал Олег осторожно.

Воин предостерегающе поднял ладонь.

— Едете к Дереву? Мое племя живет у подножия. Правда, ссеверной стороны.

Олег колебался. Мрак поднял руку, привлекая внимание.

— По рукам. Но не приближайтесь. У нас парни пугливые, чутьчто — зашибут с перепугу.

Всадники пустили коней с двух сторон. Вожак, он назвалсяРатмиром, поехал рядом с Олегом, явно сочтя его главным. Олег напрягся,чувствуя на расстоянии вытянутой руки опасного противника, остро пожалел, чтоне в состоянии исполнить даже простейший трюк: заставить птицу сесть ему наплечо или прицельным взглядом поджечь кончик стрелы. Такое с легкостьюпроделывал Гольш, но то был Гольш…

— Не нравится мне это племя, — сказал Мрак подозрительно. —Ох, не нравится!

— И мне, — сказал Олег нервно. — Ноги кривые, немытые…

Мрак покосился с таким удивлением, будто на говорящего коня.

— Остришь? Во даешь…

— Со страху, — признался Олег. — Во мне все трясется.

— Тебе хорошо, — позавидовал Мрак. — Согреешься.

Всадники держались ровными рядами с двух сторон. Когдаподскакали на взмыленных конях еще два мелких отряда, Ратмир с ними короткопереговорил, те поехали сзади, начисто перекрыв дорогу к бегству.

— А мы туда и сами перли, — сказал Мрак философски. —Взгляни на Тарха!

Тот ехал задним, наигрывая на дудочке веселые песенки.Лиска, для которой игралось, покрутила пальцем у виска. У певца Олега в головене хватает, одни таргитаи, с негодованием хлестнула коня и поехала впереди рядомс Мраком.

Воины, напротив, с интересом слушали, подъехали ближе.Таргитай не возражал, он редко вообще возражал, зато Мрак от беды подальшеотдалился от них насколько мог.

По дороге присоединились еще две группки — побогаче, вкрепких доспехах, все как на подбор в блестящих шлемах. Эти вовсе окружилиТаргитая, дальше ехал в кольце стражников, словно почетный гость. Мракдергался, оглядывался, Олег успокаивал: на Тарха, мол, даже собаки не кидаются.

Он привстал, оглядывался, но не узрел кибиток, домов илихотя бы шалашей — Дерево поочередно охраняли приходящие отборные отряды издальних племен.

Далеко впереди показалась группа всадников. Олегнасторожился. Едут не спеша, по-царски. Если не верховные вожди, то все же те,от которых зависит их судьба.

В томительном молчании сблизились. Мрак и Олег выехаливперед. Всадники невозмутимо ждали, кони обнюхивались, пытались щипать траву. Всередине переднего отряда высился в седле грузный человек. Дорогая одежданиспадала по обе стороны, сапог не было видно, как и оружия. Он был бездоспехов и с непокрытой головой.

Мрак поднял руку:

— Доброго здоровья и хорошей охоты!

Голос его был мощным, с волчьей нотой. Кони испуганнозахрапели и попятились, а под вожаком встал на дыбки, едва не сбросил. Всадникихватали за удила, тревожно и с удивлением посматривали на чужаков.

Кое-как совладев с дрожащими животными, передние всадникиснова поставили их в ряд. Старший вяло вскинул руку:

— Приветствуем и мы, ежели пришли с добром.

— Мы с добром, — поспешил сказать Олег.

Всадник скривил тонкие губы:

— Что добро, а что зло — решаем мы. В каждом племени своипонятия о добре и зле.

Олег порывался возразить, расхрабрился, Мрак предостерегающепридержал его за локоть:

— Нишкни, мудрая голова. Мы идем с добром, но это добро недля себя, а для других людей!

Предводитель сказал тем же раздраженным голосом, явносердясь за испуг своего коня:

— Меня зовут Богдан сын Хмеля. Я прожил долгую жизнь, знаю —наибольшее зло от тех, кто гребет не для себя, а для других. Самые кровавыевойны развязываются теми, кто расшибается в лепешку для своего народа… Своего,конечно. Мы теперь знаем, как с вами поступить.

— Погоди! — вскричал Олег. Он сразу понял то, почемувсадники расступились, а в передний ряд выдвинулись лучники. Стрелы уже лежалина тетивах. Похоже, проделывали такое не раз, а Богдан говорил так, словноповторял давно заученную молитву богам. — Мы еще не все сказали!

— Не все, не все, — подтвердил Мрак. Он неспешно вытащилогромную секиру, заходящее солнце заиграло кровавыми отблесками, словно слезвия уже капала кровь. — Еще не все…

Таргитай нехотя спрятал дуду, так же медленно, как Мрак,вытащил из ножен меч. Длинный, с широким лезвием, он сразу словно сгустилвокруг себя воздух, и странные лилово-оранжевые отсветы заиграли на лицеТаргитая. Он стоял в окружении солнечного света, в котором коротко и страшноблистали молнии.