Лиарха - Марина Эльденберт

— Сядешь со мной? — спрашивает малышка.

— Я сижу там. С Кьяной и Харом.

— Тогда я сяду с вами. — Тай деловито направляется к нашему столику для въерхов, влезает между Лирой и Кьяной и обнимается с последней, а после к ним присоединяется Митри.

Уверен, такого миротворцы еще не видели!

Их лица вытягиваются, а кулаки сжимаются. Они следят за каждым нашим движением, но, если честно, мне уже плевать. Я возвращаюсь, сажусь рядом с Мит, вполоборота, чтобы видеть вход в столовую.

Зал понемногу заполняется миротворцами, конечно же, среди них только люди, но я этому не удивляюсь. В какой-то момент вкатывают тележки с башнями тарелок и большими контейнерами, стоит подняться крышкам и умопомрачительному аромату поплыть по комнате, общий интерес сосредотачивается на еде. Я пытаюсь вспомнить, что и когда ел в последний раз, и вспоминаю только энергетический батончик перед вылазкой в Подводное ведомство. Мне тогда нужны были силы, но его вкуса я не почувствовал. У миротворцев простая еда: лапша с расплавленным сыром, овощные оладьи, хлеб, и это самое вкусное, что я ел за последнее время. Моя тарелка становится пустой за несколько минут.

— Жду не дождусь, когда ты познакомишься с Лэйс, — говорит Тай, кажется Кьяне. Они вообще успели подружиться за один вечер и утро, но сейчас это проходит мимо меня. Все мои мысли исключительно о Вирне и о том, где она. — Она тебе понравится.

— А я ей понравлюсь?

— Конечно!

— Уверена? — вклинивается в разговор Лира. В отличие от остальных, она поковырялась в лапше и съела только оладьи. — Мы все-таки въерхи.

— Ну и что? — вздергивает нос Митри. — Вирна встречается с Лайтнером, а он хороший человек, пусть даже въерх.

Я усмехаюсь этому сравнению. Что бы сказал отец, когда узнал, что меня назвали хорошим человеком?

Друзья заканчивают обед, и не только друзья: все миротворцы понемногу складывают тарелки на специальную тележку и расходятся, а Мэйс все не появляется.

Где она?

— Митри, — обращаюсь к девочке, — где Лэйс? Ты можешь отвести меня к ней после того, как закончишь?

— Конечно, — кивает она и отодвигает тарелку. —  Я уже закончила.

Я поднимаюсь, но Хар перехватывает меня за руку.

— Уверен, что не стоит подождать ее здесь, брат?

— Нет. Я нужен ей, пусть даже Вирна в этом ни за что не признается.

Проходя мимо тележек с едой, интересуюсь у разносчика:

— Я могу взять что-то с собой? Вирне Мэйс тоже нужно поесть, но кажется никто об этом не догадался.

Тучный парень смотрит на меня неприязненно, но все-таки отвечает:

— Я заверну хлеб.

— И оладьи. Они у вас остались, я видел.

— Хорошо, — он вытаскивает термоконтейнер и складывает туда большую порцию еды.

— Спасибо.

Когда мы с Митри выходим, нас не останавливают, хотя и цепляют хвост в виде высокого и тощего, как палка, миротворца. При желании я его одним ударом перешибу, если захочу. Но я не хочу. Я хочу к своей Мэйс.

— Вирне с тобой повезло, — говорит Мит, кажется, она ориентируется в этих коридорах даже лучше меня.

— Почему?

— Ты красавчик.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Все равно здесь неинтересный потолок.

— Заботливый и бесстрашный. Я бы тоже хотела, чтобы меня спасли из Подводного ведомства!

— Я не бесстрашный, Митри. Мне до едха было страшно за себя.

Средняя Мэйс раскрывает от удивления рот:

— Тогда почему ты туда пошел?

— Потому что за Вирну мне было страшнее.

Равно как сейчас страшно за наши отношения.

Она ведь по-прежнему не верит, что из-за нашей едховой несовместимости у нас что-нибудь может получиться. Смогу ли я доказать, что она ошибается?

В медотсеке нас, в частности меня, ждет неприятный сюрприз — Лэйс спит, а по словам медика, Вирна давно ушла.

— Вместе с Вартасом.

Кто бы сомневался, что белобрысый едх от нее не отходит. У него есть своя Мэйс, которую он так торопился сюда привезти, какого он привязался к моей?

— Куда?

— Откуда мне знать, — пожимает плечами женщина.

«На помощь» приходит наш молчаливый сопровождающий:

— Они или у Гордона, ну или в гостевой, — ухмыляется он. — Мы ее используем, если надо пообщаться всем вместе или побыть с кем-то наедине.

Учитывая, что среди миротворцев я видел девушек, а судя по благоустройству этих пещер, здесь многие живут, то намек более чем прозрачен.

— Проводи меня.

— Куда?

— Для начала в гостевую, и если Мэйс там нет, то к Уиллу.

Я говорю спокойно, насколько это вообще возможно, вежливо, но кажется, этому человеку все равно.

— Тебя не приглашали к Гордону, К’ярд! — Он складывает руки на груди. — Тебя вообще сюда не приглашали.

— Я заметил, что у вас с гостеприимством напряженка. Не волнуйся, я только заберу свою девушку, и мы уйдем. Все уйдем.

Бледное лицо миротворца наливается красным.

— Если она захочет с тобой идти.

Запас моего спокойствия практически исчерпан. Его осталось на донышке. Я слишком устал от всего этого.

— Мне искать ее самому?

— Ты мимо меня не пройдешь, — уперся этот самец маруны, а мне стало смешно.

— Парень, я въерх, и мы сейчас в скале. Проводи меня к Вирне Мэйс, или я сделаю так, что тебя потом долго будут выпиливать из камня.

Теперь он бледнеет и косится на стены.

— Это угроза?

— Предложение устроить незабываемые впечатления.

Миротворец кривится, но все-таки кивает:

— Пойдем.

Я двигаюсь следом.

— Напряженненько, — взволнованно шепчет Митри за спиной. — Ты крут, Лайтнер!

Я едва не забыл про среднюю сестричку, которая теперь в моей команде.

— Возвращайся в столовую, — прошу я.

— И пропустить шоу, как ты закатаешь Вартаса в скалу? Ни за что!

— Я не собираюсь никого закатывать в скалу.

— Правда?

— Не знаю.

Я действительно не знаю. Я доверяю Вирне, но не этому белобрысому едху.

— Тогда тем более остаюсь, — хмыкает девочка.

— Ты бойкая, Мит. Надо тебе познакомить с моим братом, ты бы его немного растормошила.

— А сколько ему?

— Одиннадцать.