Продажная шкура - Джим Батчер

— Тогда, если меня уберут из игры, найди Мёрфи, — посоветовал я. — Ей известно по этому делу все, что и мне. Слушайся ее. Она умна, и ей можно доверять.

— Идет, — сказала она.

Я забросил трос на палубу катера.

— Давай двигай.

Я уже отошел на десяток шагов, когда Молли окликнула меня еще раз:

— Гарри? А какой сигнал вы мне дадите?

— Сама поймешь, — отозвался я.

И сошел с причала в поисках орудия, способного разрубить всю эту паутину подозрений, лжи и убийств.

Я нашел его на стоянке у порта.

Телефон-автомат.

Лара сняла трубку после второго гудка.

— Рейт, — сказала она.

— Это Дрезден. Что вы можете мне предложить?

— Вот бы все было так просто, — отозвалась она сухим тоном. — С чего это вы думаете, что у меня есть, что вам предложить?

— Потому что мне есть, что предложить вам в обмен.

— Мужчины вообще, как правило, склонны думать точно так же. Большинство их сильно переоценивает предлагаемый ими товар.

— Мисс Гормональный Шторм, — произнес я. — Не могли бы мы посвятить остаток этого разговора тематике выше талии?

Она издала свой фирменный гортанный смешок, на который с готовностью отозвались все мои соответствующие гормоны. Я не стал обращать на них внимания. Дурацкие гормоны.

— Что ж, — сказала она. — Возможно, вам будет интересно узнать, что деньги на счет Стража Моргана переведены фиктивной корпорацией под названием «Ветровик».

— Фиктивной? — переспросил я. — И кто ею владеет?

— Я, — как ни в чем не бывало ответила она.

Я даже зажмурился.

— Поскольку вы делитесь со мной этой информацией, я так понимаю, это произошло без вашего ведома.

— Вы совершенно правы, — согласилась она. — Управляющим компанией является мистер Кевин Арамис. Помимо меня, он один обладает полномочиями распоряжаться подобной суммой денег.

Я лихорадочно думал. Тот, кто ухлопал Ла Фортье, не просто хотел взорвать Совет изнутри. Он — или они — приложили максимум усилий к тому, чтобы разжечь вражду еще и к Белой Коллегии.

Блин-тарарам.

Воображение услужливо рисовало мне кошмары. Морган, тщетно пытающийся отбиться от несправедливого приговора. Разрастающиеся конфликты между различными фракциями чародеев. Следователи Совета, которым удается наконец проследить денежные счета — и след этот приводит к Ларе. А ведь это идеальный способ объединить враждующие фракции — указать им на общего врага. Вражда к вампирам распространится и на Белых. Красная Коллегия, выждав, пока плохо организованный Совет погрязнет в войне с Белой Коллегией, нанесет решающий удар. А потом — только отдельные всплески героического сопротивления. И конец.

Еще какой, блин, тарарам!

— Нас натравливают друг на друга, — сказал я.

— Я тоже пришла к подобному заключению.

Еще пара кусков мозаики с щелчком встали на свои места.

— Мэдлин, — произнес я. — Она добралась до этого вашего Арамиса, или как там его, и совратила, заставив предать вас.

— Да, — прошипела Лара. Ее ровный, хорошо контролируемый голос переполнился едва сдерживаемым нечеловеческим гневом. — Когда я наконец доберусь до нее, я своими руками у нее все потроха вырву.

Слава богу, эти слова разом решили все мои проблемы с гормонами. Я поежился.

Я видел, какова Лара в деле. Я так и не решил, что это: один из самых прекрасных ужасов, которые мне приходилось видеть, или же одна из самых ужасных прекрасных вещей.

— Можете попробовать поискать в гостинице «Сакс», номер двести тридцать три, — предложил я. — Если не ошибаюсь, тело мистера Арамиса вы найдете именно там. Мэдлин работает на кого-то, на мужчину. Правда, не говорит ничего такого, что могло бы помочь идентифицировать его. Вам стоит знать еще, что она пользовалась наемными услугами типа по прозвищу Вязальщик. Не ученый-ракетчик, конечно, но достаточно хитер, чтобы представлять собой опасность.

Секунду Лара молчала.

— Как вы это узнали? — спросила она наконец.

— Как это ни удивительно, с помощью магии.

Я услышал, как она разговаривает с кем-то, находившимся в помещении. Потом она вернулась к телефону.

— Если Арамис мертв, Мэдлин ликвидировала еще одно слабое звено своего плана. Невозможно будет представить убедительные доказательства того, что это не я платила за убийство Ла Фортье.

— Угу. Потому она это и сделала.

Лара издала звук, полный неодобрения, но даже он получился у нее совершенно женственным.

— И что мы с этим намереваемся делать, Гарри?

— У вас есть парадное платье?

— Пардон?

До меня дошло, что я ухмыляюсь как идиот.

— Я устраиваю вечеринку.

Мне пришлось ждать пятого гудка, прежде чем телефон Томаса ответил. Последовала секундная тишина. Потом послышался голос Томаса, хриплый, усталый.

— Гарри?

При звуках его голоса сердце у меня в груди едва не застыло.

— Томас? Как дела?

— Ох, — прохрипел он. — Так, ничего особенного.

Мне приходилось видеть Томаса, когда ему больно. Голос у него тогда был точь-в-точь как сейчас.

Из трубки послышались какие-то случайные звуки, потом мяукающий голос Перевертыша.

— Он здесь. Он жив. Пока жив. Отдай мне обреченного воина.

— Идет, — сказал я.

В трубке замолчали — Перевертыш явно обдумывал мою реплику.

— Привези его мне, — произнес он.

— Нет. Этому не бывать.

— Что?

— Придешь ко мне сам.

— Ты желаешь, чтобы я оборвал его жизнь немедленно?

— Говоря честно, Волосатик, мне плевать, — сообщил я, стараясь напустить в голос как можно больше скуки. — Было бы даже приятно вернуть одному из вампиров все, что причитается, по крайней мере было бы о чем вспоминать. Но мне-то этого не нужно. — Я помолчал секунду. — А вот тебе Томас нужен живым, если ты надеешься обменять его на Моргана. Поэтому я скажу тебе, как все это произойдет. На закате с тобой свяжутся по этому номеру. Тебе скажут, где мы с тобой встретимся. Когда ты туда прибудешь, ты продемонстрируешь мне вампира, живого и невредимого, и когда его вернут мне, ты получишь Моргана. Без проблем.

— Я не какой-нибудь смертный ублюдок, чтобы ты мог мною командовать, мелкий чародеишко! — возмутился Страшила.

— Нет. Ты ублюдок бессмертный.

— Ах ты слепой, питающийся падалью червяк! — взорвался Страшила. — Кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать?