Искушение - Трейси Вульфф

– Хм-м, спасибо, но раз меня сюда поднял ты, я летаю не сама. – Я подавляю смешок, представив себе, как мы болтаемся в воздухе, точно пара аэростатов. Хадсон теперь вовек от меня не отстанет.

– Тогда тебе лучше полететь самой, не так ли? – говорит он. – Иначе я еще долго буду напоминать тебе об этом фиаско…

– Скоро я перестану поддерживать тебя. – Джексон отпускает меня. – Теперь попробуй лететь сама.

Я смотрю на землю, от которой меня отделяют футов пятьдесят, и не знаю, хочется ли мне делать это на такой высоте. Но на земле у меня ничего не вышло, к тому же я уверена, что Джексон не даст мне упасть. А раз так, то что я теряю?

И я закрываю глаза и думаю о хорошем – думаю о полете. Не знаю, сама ли я лечу, но мои крылья впервые начинают двигаться – они делают это, хотя я не принимала осознанного решения махать ими.

Это странное ощущение, не неприятное, но определенно чудное. На земле я ничего такого не чувствовала, когда махала крыльями, но теперь, когда я нахожусь высоко над землей, я ощущаю под ними сопротивление воздуха и при каждом взмахе чувствую легкий толчок.

– Ты все еще поддерживаешь меня, верно? – спрашиваю я Джексона, начав двигаться вперед.

– Само собой, – отвечает он с улыбкой, которую изо всех сил пытается скрыть.

Я знаю, почему он улыбается – потому что я выгляжу нелепо, поскольку двигаю руками, как при плавании брассом, как будто это может мне как-то помочь.

Если я сейчас не пойму, что именно нужно делать, чтобы лететь самой, то так и буду барахтаться в воздухе, будто пловец – при виде меня даже мой бойфренд с трудом сдерживает смех. Могу представить себе, что обо всем этом думают Флинт и Мэйси, стоящие внизу.

– Думаю, с меня хватит, – говорю я Джексону после нескольких минут в попытках остаться в полувертикальном положении и при этом лететь. – Я никогда не врублюсь, как это делать.

– Это не так. У тебя уже теперь получается намного лучше, чем прежде.

– Если учесть, что прежде я просто падала с бортика стадиона, можно предположить, что ты приукрашиваешь действительность.

Он улыбается мне, и, хотя нас разделяет несколько футов, клянусь, что я чувствую, как он гладит мое лицо.

– Попробуй еще раз, – говорит он. – Ради меня. У меня есть идея.

– Какая идея?

– Я скажу тебе потом. Просто попробуй еще раз.

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Но после этого я пас. Мне надо будет найти другой способ помочь нашей команде. Например, разносить остальным игрокам воду и кровь.

Он смеется.

– Я уверен, что до этого не дойдет.

– А я не уверена.

Но я пообещала, что попробую еще раз, и я сделаю эту попытку. Я опять машу крыльями и стараюсь продвинуться вперед, не двигая руками, как при плавании брассом.

Поначалу мне кажется, что я сейчас начну двигаться назад, но затем я вдруг дергаюсь вперед.

– О боже! – визжу я, вне себя от радости… пока несколько секунд спустя не лечу прямо вниз.

Джексон подхватывает меня, а затем я неожиданно чувствую, что лечу. Вперед. По прямой.

– Я лечу! – кричу я Джексону, который, широко улыбаясь, все еще парит на том же месте, с которого мы начинали.

– Вижу, – отвечает он.

– Я лечу, Флинт! – кричу я, глядя вниз.

Флинт тоже улыбается и показывает мне два больших пальца.

– Хадсон! У меня получилось! Я лечу! – шепчу я, зная, что он услышит меня на любом расстоянии.

– Да, летишь. – Он вдруг оказывается в воздухе рядом со мной, паря на спине. – Может, полетим наперегонки к тому концу поля?

– Только если ты не будешь мне поддаваться.

Он приподнимает бровь.

– Ты плохо меня знаешь.

– В этом ты прав. – Я начинаю махать крыльями изо всех сил, чтобы посмотреть, что будет. И восторженно верещу, двигаясь вперед.

Хадсон смеется, поравнявшись со мной.

– Готова? – спрашивает он.

Я киваю.

– На старт.

Он переворачивается.

– Внимание.

Я встаю в позицию и кричу:

– Марш!

Мы мчимся вперед, и, хотя я знаю, что на самом деле он вовсе не летит рядом со мной, сейчас у меня такое чувство, будто он в воздухе – и это невероятно. Это ударяет в голову, пьянит.

Мы несемся по воздуху все быстрее, быстрее и быстрее, пока вместе не долетаем до линии ворот. Я останавливаюсь, быстро делаю мертвую петлю, задыхаюсь и смеюсь, а Хадсон делает сальто вперед.

Внизу Мэйси, Флинт и Мекай аплодируют, как и все остальные. Я машу им рукой, затем оглядываюсь, чтобы разделить свою радость с Хадсоном, но вижу, что он исчез. А если точнее, его вообще тут не было.

И наш полет наперегонки вдруг перестает казаться мне таким уж невероятным. Как и все остальное, хотя я не понимаю почему.

– Хадсон? – Может быть, он опять ушел туда, куда уходит, когда ему не хочется со мной говорить?

Я здесь, – отвечает он на мои мысли. – Ты смотрелась классно.

– Мы смотрелись классно.

Может быть.

Я чувствую, что он хочет сказать что-то еще, но не успевает он это сделать, как прямо передо мной оказывается Джексон и обнимает меня.

– Поздравляю. Это было великолепно.

Я поднимаю взгляд на его улыбающееся лицо.

– Правда? Поверить не могу, что я это сделала. А ты можешь?

– Конечно, могу. Мне начинает казаться, что ты можешь все, Грейс.

– Хм-м, нет. Но скажи мне правду – сколько из этого делала я, а сколько ты?

Джексон ухмыляется.

– Это на все сто процентов была ты.

– В конце? – спрашиваю я, думая о сделанной мертвой петле.

– Нет, все это время. Это была только ты. Это и была моя последняя идея. Отпустить тебя и посмотреть, что будет, если я не буду тебя держать.