Королевская Академия Магии. Четвертый факультет - Наталья Самсонова

— Твой отец велел не доверять советнику, — я прищурилась, — может, это он подсказал? А почему, кстати, мы не можем их выкинуть?

— Каждый дракон, человек или оборотень, обнаруживший клинок тайного мастера рода Ларовирр, обязан вернуть клинки или, если вернуть нет физической возможности, то сообщить о них в канцелярию.

— Мы можем сделать финт ушами и вернуть клинки через канцелярию, — предложила я.

И вместо Арта ответила Ссерша:

— Негоже подставлять родную кровь.

— А?

— У нас спросят, откуда они, — мягко напомнил Арт. — И придут к Берлевену. Он дурак, но все же… У нас одна мать.

В Академию мы возвращались несколько подавленные. Цветы, кстати, я оставила на столе. Ссерша выбрала из них несколько съедобных и, дождавшись нашего отказа, с удовольствием их слопала.

— А ведь я не дарил тебе цветов, — внезапно выдал Арт, когда мы прощались у входа в человеческое общежитие.

— Ты подарил мне гораздо больше, — улыбнулась я и с удовольствием поцеловала его в уголок рта. — Гораздо, гораздо больше.

Стилеты Арт забрал и сказал, что разберется со всем этим ночью. Как и положено порядочному непорядочному дракону.

— Безумец я или нет? — нехорошо улыбнулся он.

И я как-то сразу поняла, что спать этой ночью буду очень плохо.

Закрыв за собой дверь гостиной, я медленно опустилась в кресло. Релье где-то черти носили и в кои-то веки можно было спокойно посидеть.

Ссерша устроилась во втором кресле и предложила кофе.

— Я и так сегодня не усну, — вяло отмахнулась я.

— Доркас переживает за дракона?

Подавив очередной тяжелый вздох, я сбросила туфли и забралась в кресло с ногами. Мне можно, я, в конце концов, не потомственная аристократка.

— Понимаешь, Арт очень импульсивен. Он умен, силен, красив и… И рубит с плеча. Но мне кажется неразумной идея отрубить что-нибудь будущему Драконьему Императору.

— Ссерша согласна с Доркас, — покивала моя ши-тари.

— Но что мы можем? Я даже не знаю, как выглядит наследный принц. Или как его правильно называют?

— Кронпринц? — предположила Ссерша, после чего пожала плечиками, — Ссерша не знает, Ссерше не интересно.

— Вот и мне было неинтересно, — вздохнула я.

После чего вылезла из кресла, подобрала с пола туфли и медленно поплелась в спальню.

— Ссерша может найти Артаганна, — сказала вдруг моя подруга. — Где бы он ни был.

— Но он может прочесть твои мысли, — возразила я, замерев в дверях спальни.

— Может, — согласилась Ссерша, — если увидит. Ши-тари немного иначе устроены. В этом слабость и в этом сила.

— Ты могла бы проследить за ним? И переместить меня к нему?

Я не считаю себя великим переговорщиком или психологом, или коучем по преодолению конфликтов. Но просто… Просто я всем своим существом ощущаю, что должна быть там. Что не зря именно мне передали букет с этими стилетами.

«Готова поспорить, что кронпринц выдаст какую-нибудь гадость вроде: «Продай мне свою невесту, императорскому роду искра нужней», и Арт взбесится».

Просто, ну действительно, зачем через меня передавать эти стилеты? Артиэнн с тем же успехом мог бы написать письмо Арту от своего имени. Тут же сразу понятно, что Берлевена выбрали исключительно из-за родства с Кауленом. «У нас одна мать», сказал мой дракон. Значит, любого другого он бы сдал канцелярии.

Чем больше я об этом думала, тем сильнее себя накручивала. Конечно, всегда можно поверить в лучшее и счесть, что Арт будет сдерживать свои порывы, вот только… Мой дракон проник в личный кабинет действующего Императора. У Артаганна своеобразное понятие о преклонении перед властью, так что кронпринц рискует получить в глаз. И даже если это будет честная дуэль, то где гарантия, что Ларовирр младший не затаит зло?

Доведя себя до полноценного приступа паники, я успокоилась. Вот и все, перепсиховала, представила самые худшие расклады, теперь можно и волосы переплести, и одежду поудобнее выбрать.

— А еще Доркас могла попросить Ссершу принести успокоительное зелье, — прошипела моя ши-тари, наблюдавшая за всем этим цирком, — целители сейчас бесплатно дают. Перед балом все девицы нервничают и, чтобы снизить количество драк, последние двадцать лет закупают успокоительного из расчета три флакона в день на каждую.

— А парням не положено? — удивилась я.

— Считается, что мужская часть студентов не подвержена стрессам, — лихо завернула моя подруга. — Артаганн по-прежнему находится в своей комнате.

— Я не спрашивала, — смутилась я.

— У Доркас выразительный взгляд, — моя змейка шелестнула языком. — За лестницей присматривают другие ши-тари. Им нет входа в общежитие, но лестница не считается частью общежития.

— Почему?

— Ши-тари хотят быть полезными, Гнездо хочет еще вкусной силы, — ответила Ссерша.

— Я спрашивала, почему лестница не считается частью общежития, но да ладно.

— Потому что кто-то должен ее постоянно очищать, — прошипела Ссерша. — Ректор решил обойти запрет. И ши-тари тоже стали этим пользоваться.

— Готова поспорить, они оказывают мелкие услуги студентам, в обмен на малую толику силы? — прищурилась я.

— Ссерша этого не говорила, — с выразительной ухмылкой отозвалась ши-тари.

— Доркас этого не слышала, — в тон ей ответила я.

Закончив с плетением тугой косы, я со смешком отметила, что мой гардероб серьезно увеличился. Арт как-то исподволь, совершенно незаметно, накупил мне кучу вещей. Некоторые из которых я вижу впервые.

— Откуда это? — я взяла в руки юбку-брюки, — не помню такой вещи.

— Сильный дракон передавал вещи Ссерше, — чуть сконфуженно призналась подруга, — Артаганн боялся, что Доркас оскорбится тем, что он покупает ей вещи.

— С чего бы?

— Как будто Доркас содержанка, — Ссерша зевнула, — ши-тари не понимает, что плохого в том, что самец окружает самку теплом, уютом и материальными ценностями.

На «материальных ценностях» меня взял смех, но, чтобы не обидеть подругу, я скрыла его за кашлем.

— Вот-вот, Артаганн тоже кашлял. Ссерша не глупая, знает, так двуногие скрывают смех. Что смешного сказала Ссерша?

— Что самое странное — ничего, — улыбнулась я.

Переодевшись в юбку-брюки, я обула туфельки на самом низком, почти отсутствующем каблуке, и выбрала темную рубашку в тон темному же жакету.

— Маскировка бессмысленно, — выразительно прошипела Ссерша. — Хтонька начинает светиться.

Сняв с волос насекомыша, я убедилась — ши-тари права. Как всегда. Черт.