Академия безмолвия - Ефимия Летова

Непривычно.

Однако, какие деликатные... хозяева. Стучат перед входом в собственную комнату.

Я торопливо спрыгиваю с кровати и встаю около окна с максимально независимым видом.

Дверь открывается, и я вижу мужчину - молодого, нет, скорее, моложавого, средних лет, с золотистыми густыми волосами и приятным, гладковыбритым лицом, высокого, статного, одетого дорого и просто. Даже если бы я не видела его изображения в портретной галерее Академии, все равно бы узнала - и Габ, и Эла очень на него похожи, только волосы светлее на порядок... Это что же, Габриэль привёз меня к себе домой?! Сволочь разноглазая...

"Можно подумать, не об этом ты сама его просила. Нет, девчонок мне не понять. А вот и папаша нарисовался, как мило"

Я не могла прочитать ни чувства, ни мысли Джеймса, просто во все глаза смотрела на сэра Энтони Фокса. Сравнивала. Нет, не Габриэля и его. Я сравнивала своего отца -лысоватого, приземистого, вечно взмыленного и красного - с этим привлекательным, импозантным аристократом, магом, пытаясь найти хоть какие-то опровержения собственной теории о том, что и я, и мой отец были нисколько не нужны моей матери, что мы являлись лишь прикрытием, то есть, отец был прикрытием, а я - укрытием. Я хотела найти возможность поверить, что все было иначе, и Корнелия действительно могла полюбить мясника Джона Ласки, доброго, отзывчивого, самоотверженного, хранившего ей верность все эти годы, заботившегося обо мне за двоих. Хотела, но... не находила.

"Не суди, не зная"

Я склонила голову, приложила руки ко рту в традиционном жесте приветствия - и тут же вспомнила о том, что сейчас я не в Академии.

- Кто ты? - сэр Энтони смотрит с любопытством. Голос у него низкий, бархатистый, приятный. Некоторое время он рассматривает меня.

- Джей Ласки, сэр. Я учусь...на одном факультете и курсе с Габриэлем в Академии.

- Маг огня?

- Да, сэр, - я немного тушуюсь, но все же спрашиваю. - Простите, но как я здесь очутился?

- Габриэль тебя и принёс. Но особо ничего не объяснил.

Да уж, могу представить эту душераздирающую сцену - Габриэль неожиданно появляется в дверях с почти бездыханной мной (то есть, для всех - парнишкой Джейми) на руках. Пожалуй, зря я недавно предположила, что Г абу будет тяжеловато меня таскать. Отчего-то хочется извиниться перед его отцом: хрупкие родительские нервы могут и не вынести такого зрелища. Но, кажется, сэру Энтони действительно безразлично то, что Г аб внезапно оказался на внеплановых каникулах, да еще и ⁶таскает на руках однокурсников. А вот на меня, именно на меня, он смотрит с нескрываемым интересом. И это раздражает невероятно. Внезапно я понимаю, чего мне на самом деле хочется в данный момент: стереть с его лица эту снисходительно-заинтересованное выражение.

- На тебе лежит заклятие изменения внешности.

- Знаю, - нарочито небрежно пожимаю плечами. - Но та...те, кто мне об этом говорили, не смогли его снять, хотя это были сильные маги. Думаю, очень сильные. Мне сказали, что снять его может лишь тот человек, кто его наложил, а этот человек... не может.

- Просто нужно знать некоторые нюансы. Мне кажутся знакомыми эти плетения, - отец Габриэля протягивает ко мне руки и вдруг улыбается. - Можно посмотреть ближе?

Его улыбка так похожа на улыбку его сына. И разбивает вдребезги тот образ холодного, равнодушного и жестокого мужчины, который сложился у меня по скупым замечаниям Габриэля. Мужчины, который бросил мою мать с годовалым ребенком ради другой, мага, сотрудничевшего, пусть даже и давно, с такими...как леди Сейкен. Я просто киваю.

"Джейма, шли его к демонам, - яростно возмущается Джеймс внутри меня. - Не будь такой... глупой бабой! Он предал...маму. Он предал меня. Не верь ему! Не позволяй!"

"Речь идет о снятии заклятия. Не более. Я...я хочу его снять, Джейси. Хочу признаться во всем Габриэлю "

"Да почему он?!"

"А кто, если не он?!"

Джеймс замолкает, обиженный, словно он и в самом деле - брошенный ребенок. Но я больше не хочу спешить с обвинениями, пока не разберусь во всем.

***

Сэр Энтони запускает руку мне в волосы, закрывает глаза.

«Говорить, не исторгая ни звука, слышать в глухоте, видеть с закрытыми глазами», -вспоминается мне глуховатый голос профессора Джордаса.

- Кто накладывал заклятие? - улыбка пропадает мгновенно, и сэр Энтони резко поворачивается ко мне. - Кто?!

- А то вы не поняли, - я устало складываю руки на коленях. Моя это тайна? Или не моя?

Если бы женщина, давшая мне жизнь, хотела бы, чтобы я молчала... леди Адриана уже знает. Ректор. Габриэль знает. Какой смысл скрывать теперь.

- Этого не может быть...

- Корнелия Менел, - в конце концов, мне уже действительно наплевать. - Моя мать.

- Твоя мать? - он ошеломлен. Глаза вспыхивают и темнеют. Но более ничем себя не выдает - сильный маг. Сильный человек. Медленно опускается на стул, стоящий рядом с кроватью.

- Не похож? - я по привычке говорю о себе в мужском лице. - Не бойтесь, отец у меня есть, к вам тут никаких претензий. А мать я никогда вживую не видел. Узнал случайно.

- Сколько тебе лет?

- Семнадцать. Восемнадцать исполнится через два месяца.

Да, двадцать пятого мая. Хорошо хоть, не двадцать четвертого - что-то я начала искренне ненавидеть это число.

Он замирает, видимо, считает в уме.

- Это просто не может быть. Ты ошибаешься, мальчик. Корнелия умерла двадцать один год назад!

- Как видите, нет, - я отворачиваюсь. - Мне, собственно, без разницы, верите вы мне или нет. Вы первый спросили, а я ответил. Я сам долгое время ничего не знал, думаю, мой отец тоже не знал. Ни о вас, ни о Джеймсе. Он даже понятия не имел, что моя мать была магом!

- Откуда ты знаешь о Джеймсе? - вкрадчиво спрашивает сэр Энтони. - Не было никакого Джеймса, не было!

- Мать... оставила мне .. .письмо, - я вру, потому что правда безумнее вранья. И потому, что Джеймс - сердито и глухо молчащий, словно его голос и не звучал никогда в моей голове - не дал мне разрешения на разглашение его тайны. - Подождите, как это - не было Джеймса? То есть, он погиб, но...

- Я был уверен, что она умерла. - бормочет сэр Энтони. - Она сбежала от меня после того, как потеряла ребенка, а потом я узнал о ее смерти. Мы хотели назвать его Джеймсом, это так, но он даже не родился.

"Сам ты не родился"

- Я в любом случае ничего не знаю, - пожимаю плечами я. Мне не жаль этого человека. Хотя. теперь и вовсе ничего не понятно. Я почему-то была уверена в том, что он бросил Корнелию. А если нет.. .если нет, то.

- Я не верю тебе, - тихо говорит мужчина, который может улыбаться, как Габриэль. Мужчина, который знал и, видимо, все же любил мою мать. Из-за которого, возможно, я ее так и не узнала...