Солдаты Армагеддона - Станислав Сергеев

— Командир, они нас сейчас расстреливать будут!

Мгновения — и принятие решения.

— Импульс в сторону линкора.

— Понял.

Включились маршевые движки и мы рванули в сторону вражеского корабля.

— Сержант, один из зарядов на ударный подрыв или десятисекундную задержку!

Время летело, но я все равно с трудом дождался ответа.

— Сделано.

— Просто отпускай. Летуны, сразу маневр и уход в сторону, спрячемся за изгибом корпуса линкора.

Пилот невесело прокомментировал:

— Если нас не собьют. Вижу старт трех истребителей.

— Всем приготовиться к ядерному взрыву! Все равно уходим, и жмись к обшивке, сейчас их всех тряханет. Сержант, время!

— Прямо сейчас…

Мы успели проскочить за изгиб корпуса, и вспышка взрыва нас почти не задела, хотя на несколько мгновений пропала связь, и корабль завертелся, потеряв управление. Что было с истребителями, которых выпустили по нашу душу, как-то не было времени думать. Надеюсь, мы их не увидим. Я забрал один ранцевый заряд у бойца и обратился к сержанту:

— Сержант, забирай второй заряд, и прыгаем на линкор. Остальным — валите отсюда и прячьтесь в обломках станции. Если успеем, выпрыгнем, и вы нас подберете, а если нет — значит, не повезло.

Пилот попытался что-то вякнуть, пришлось прикрикнуть:

— Сейчас после взрыва на время все ослепли, у вас есть возможность, валите!

Трудновато прыгать с крутящегося катера, но мне удалось выгадать момент, и, крутясь, я полетел в сторону громады линкора. Несколько корректирующих импульсов встроенной в скафандр маневровой системы, и вроде как полет стал более стабилизированный, но мощности системы не хватало, и я слишком быстро несся к вражескому кораблю. Подсветив встроенным в шлем скафандра дальномером цель полета, я услышал истошный визг системы, которая быстро просчитала скорость сближения, мощность маневровой системы и заверещала, предупреждая, что если в таких условиях достигну цели, то только в виде мешка с переломанными костями. Сержант, система которого дала такой же результат, закричал:

— Командир, слишком быстро!

— Цепляйся за меня, будем вместе тормозить.

— Как?

— Увидишь, давай быстрее, а то не успеем…

Пару боковых коррекций, и сержант уцепился за меня, и, убедившись, что сцепка жесткая, я перехватил пулемет, который с самого начала был принайтован к амуниции, и, направив в сторону корабля, дал короткую очередь из трех выстрелов. Нас немного закрутило, но скорость сближения немного уменьшилась. Я все равно был так напуган перспективой превратиться в лепешку, дико закричав, выпустил длинную очередь в сторону драконовского корабля.

— А-а-а-а-а-а!

Остановился, когда услышал крик сержанта:

— Командир, хватит! Нас и так сносит в сторону!

Я немного успокоился и стал уже более осмысленно использовать переделанный ПКМ в качестве средства космического маневрирования. Теперь приходилось лупить осторожнее, выбирая и крутящийся момент и направление, с интересом наблюдая вспышки попаданий в обшивку линкора. В космосе звуков не слышно, но вот удары приклада в плечо ощущались вполне, но и система сближения перестала повизгивать и после, наверно, пятидесятого выстрела уже показывала вполне неплохие параметры. Расцепившись, мы с сержантом уже воспользовались системой торможения скафандров, и через десять секунд ноги ощутимо приложило о заветную обшивку драконовского корабля.

Несколько мгновений и один из зарядов был сразу установлен, причем на комбинированный режим — подрыв либо по сигналу, либо по таймеру, и у нас оставалось не более десяти минут.

Снова движемся, делая небольшие прыжки, и благодаря магнитным вставкам хоть как-то удерживались на обшивке. Три, четыре минуты, вот она приличная точка постановки заряда, но, видимо, не мы одни такие умные. На связь выходит катер:

— Командир, вас видим, по обшивке в вашу сторону идет контрабордажная команда.

— Вас понял, спасибо.

Пока есть время, я ставлю заряд, программирую таймер и дистанционный взрыватель, и мы делаем ноги, уводя драконов, которые неслись к нам, в сторону от места закладки. Над головой пролетело несколько сгустков плазмы, сержант пару раз пальнул в ответ. Я тоже приостановился и, присев возле какого-то устройства, выступающего над обшивкой, дал несколько коротких очередей, к своему удовольствию увидев, как один из драконов вспух облаком красных брызг и поплыл в космос, слабо дрыгая конечностями. А время-то истекало, и мы успели удрать на несколько сотен метров от места закладки второго заряда. Я в душе молился и несся, и несся. Рядом вспух взрыв, сержанта подбросило, и он, разбрызгав вокруг себя сгустки крови, поплыл вперед, в направлении нашего движения.

— Твою мать, сержант!

Но он молчал.

— Ну, залетная, вывози!

Подпрыгнув и перехватив тело сержанта, я включил на всю мощность ранцевый двигатель скафандра, который успел остыть после недавнего экстренного торможения и заполнить накопители. Нас понесло немного вдоль обшивки в сторону планеты, но как-то медленно, а я все кричал и вызывал сержанта. Через несколько мгновений он прохрипел:

— Да, командир.

— Разгонные на всю мощность, быстрее!

Слабое движение, но нас ощутимо тряхнуло, и я почувствовал увеличение ускорения. Но время истекало, а мы были все еще слишком близко от линкора. Как раз по нам открыли огонь еще несколько групп контрабордажных команд драконов. Чтоб не быть пассивной мишенью, я повернул пулемет в сторону преследователей и вдавил спусковой крючок, расстреливая остатки ленты и придавая нашему полету дополнительное ускорение. Я с тоской смотрел на экран терминала и уже обреченно отсчитывал мгновения до синхронного подрыва наших зарядов.

Вспышек взрывов я не видел, специально смотрел в другую сторону, но мгновенно все экраны погасли, работа разгонных двигателей прекратилась, дикая судорога скрутила тело, и через мгновение что-то очень сильно ударило в спину, и весь мир погрузился в темноту. Последняя мысль, промелькнувшая в моей голове: «Наконец-то, как я устал…»