Знак Лукавого - Борис Иванов

– Не стоит снова затевать этот маскарад! Этим ребятам возвращаться назад не придется! Их дорога – к себе, на Большую Землю! Берите лучше под уздцы их лошадок и – марш-марш вперед через топи! К Вратам! Только к Вратам!!!

На минуту-другую в темноте воцарилась неразбериха – звон амуниции, ржание лошадей, топот и переругивание бандитов и доносящиеся с неба крики неизвестных, но весьма горластых созданий. Затем все наконец устаканилось, и длинная цепочка конников и спешившихся проводников растянулась неровным зигзагом, углубляясь в промозглую даль болотистой равнины. В гаснущих отсветах далекого пожарища вид эта колонна имела вполне инфернальный.

Ромка с прицепившимся к нему сзади Тагарой обогнал меня и некоторое время двигался рядом со своей подругой. Но рядом же вел под уздцы своего коня и сам атаман. Мрачный как туча. Так что разговора у Ромки с Аманестой, видно, не получалось.

* * *

Да, впрочем, и не до разговоров было. Над всей нашей процессией витал дух нервозности и ожидания дальнейших неприятностей. И неприятности не заставили себя ждать,

– Огни, – тихо произнес кто-то в цепочке. – Факелы…

Я завертел головой, пытаясь узреть огни, о которых шла речь. Вдали, там, где воды «гнилого моря» упирались в непроницаемую стену ночного леса, действительно частой вереницей неверно мерцающих светляков стремительно мчались огни. И, скорее всего, это были огни факелов.

«Всадники, – определил я для себя. – Довольно много всадников с факелами. Сотня, может, больше… И нетрудно предположить, что это за всадники…»

– Зепп, – отозвался из цепочки кто-то в ответ первому голосу. – Огненная охота… Ночная огненная охота! Любимое его занятие! Ну мы, братцы, попали…

Вспоминая то, что успел узнать о Болотном Графе, я мысленно согласился, что если тот хоть немного в курсе связей Хирама с Темными, то мы и правда попали.

В рядах сдвоенного отряда Хирама и его партнеров тем временем уже началось какое-то движение.

От нашей кавалькады неожиданно отделились и торопливо направились в тонущую во тьме глубь болотистой долины сначала две конные фигуры, потом – четыре… шесть…

– Темные смываются! – выкрикнул кто-то.

Вдоль каравана пополз все более ощутимый шепот. Я напрягся. Поймал себя на том, что подсознание подсказывало насторожиться. Что-то в происходящем было не так… не сама надвинувшаяся на нас угроза, а что-то в том, как отозвался на нее наш отряд. В его поведении…

Ах да! Конечно!

Не слышно было каркающего голоса Сизого Хирама! Ведь кому, как не ему, атаману разбойничьего воинства, было сейчас самое время брать ситуацию в свои руки? Решительно пресечь начинающуюся в рядах этого воинства панику. Наказать самих паникеров. Отдать необходимые распоряжения. Указать пути отхода и меры безопасности. Но старик словно сквозь землю провалился.

«А может, и действительно – сквозь землю? – подумалось мне. – Ухнул старик в неожиданно попавшуюся под ноги трясину – и охнуть не успел? Да нет, чушь это… Чушь! Вот только что маячил рядом со своим конем почти в голове колонны, по правую руку от Аманесты…»

Но все смешалось в охватившем колонну беспокойстве. Впрочем, и без этого в темноте было трудно разобрать что-либо. Где, собственно, Аманеста? Где Роман с Тагарой? Куда ломанули затесавшиеся в наши ряды Темные и их пособники?.. И что ждет меня самого при встрече с Зеппом и его дружинниками?

Однако хоть кое-что в проклятой темноте определить все-таки можно было. Отряд явно разбился на две части. Одна, лязгая затворами и перекидываясь короткими фразами, готовилась занимать круговую оборону. Другая суетливо мельтешила, готовая по первой же команде пуститься наутек и рассеяться по долине. Сдерживало их, скорее всего, лишь опасение утонуть в трясине, путь через которую был известен лишь единицам.

Маленькая рука ухватила меня за стремя и потрясла его. Я глянул вниз. Там тревожно переминался с ноги на ногу Тагара.

– Ты лучше бы слез с коня… – робко посоветовал он. – Сейчас стрельба начаться может… А эти – дружинники Болотного Графа – они не разбираются, кто есть кто… Схватишь пулю за здорово живешь…

– Где мой брат? – спросил я его, примеряясь спрыгнуть с коня.

– Он с этой… С дочерью атамана, там… – Он показал подбородком. – Впереди. Она дала ему автомат…

«Час от часу не легче…» – с тоской подумал я, упираясь в стремя, чтобы перенести тяжесть своего тела через седло.

И тут вспыхнули факелы.

* * *

Вспыхнули сразу, словно электрические фонари. Что и говорить, горазды были люди Болотного Графа на различные спецэффекты. Огни загорелись совсем рядом – меньше чем в сотне метров от нас. И сразу стало ясно, что мы взяты в кольцо. Вдоль берега выстроился отряд, явно превосходящий по численности болотное воинство Хирама.

С противоположной стороны дорога в глубь болот была перекрыта второй группой весьма решительно настроенных всадников. Отделившаяся от цепи и пытавшаяся уйти в болота кучка беглецов застыла прямо перед этой цепью дружинников. Впрочем, застыли мы все. И в этот момент прозвучала громкая команда:

– Ребята, бросайте оружие! Сдавайтесь! Это я, Аманеста, приказываю! Хирам сбежал! Драться не за что!

Последовало замешательство. Но оно было минутным. В болотную грязь по обе стороны неровной цепи Хирамова воинства полетели все виды огнестрельного оружия – от каких-то доисторических берданок до вполне современных «узи» и «абаканов». В воздух поднялись десятки рук. Не вняла голосу разума только кучка беглецов, лицом к лицу оказавшаяся перед всадниками Болотного Графа.

В воздухе прозвучали короткие очереди. Все было кончено за несколько секунд. Даже быстрее. В гнилую воду рухнули с десяток наших бывших попутчиков и трое или четверо людей из дружины Графа. Несколько вооруженных факелами всадников спешились и занялись ранеными. На этом военные действия себя исчерпали.

Прозвучали короткие команды, и цепь всадников стала теснить сбившихся в толпу бандитов к берегу. Меня кто-то придержал за плечо. Я оглянулся. То были Аманеста и Роман. Оба держали горизонтально над головами автоматы, подавая знак кому-то в графской дружине. Никто и не думал отнимать оружие у этих двоих.

«Вот, значит, какой у них план был… – сказал я себе. – Неплохую дочку выбрал себе в наследницы старый Хирам. Папины методы она вполне усвоила. „Слила“ атамана не моргнув глазом. Как пить дать, базу на Ничейном острове она же и сдала графской дружине без боя. А взрыв и бегство с острова – всего лишь хорошие элементы инсценировки…»

Что до Хирама, то его нигде не было видно. Да и вообще увидеть хоть что-то на просторах болот было делом безнадежным. Атаман пожертвовал и своими людьми, и богатствами Темного Арсенала. Так попавший в капкан зверь предпочитает лишиться захваченной стальными зубьями лапы, чем оставаться в ловушке, дожидаясь появления охотников. Старик был хитер именно этой мудрой, звериной хитростью. Мне оставалось только гадать, бродит ли он сейчас с самыми близкими подручными по мглистым лесам, ущельям и болотам Странного Края, или все-таки бездонная трясина поглотила его в ту ночь. Я пожелал: если старик и явится ко мне снова, то пусть это будет только во сне.