Чужая кровь - Василий Горъ

– Нашли время болтать! – Джамшер, мечущийся среди дико ржущих лошадей и бьющихся в агонии солдат, бестолково размахивал мечом, пытаясь дотянуться хоть до кого-нибудь, но безуспешно: враги, оказывающиеся в пределах досягаемости его клинка, уже находились за той тоненькой гранью, которая отделяет жизнь от смерти.

– Дурное влияние мужа… – опустив руку с так и не брошенным ножом, Оливия захлопала ресницами и притворно вздохнула: – Я вообще была тихой и примерной домохозяйкой, пока не попала в его загребущие лапы. Представь себе – мышку обидеть не могла. Не говоря уже о человеке…

– Да ладно врать-то! – добив упорно не желающего смириться с поражением командира гошшарцев, я схватил волочащийся по земле повод ближайшего ко мне коня: – Эй, что встали? Лошадей ловите! Эй, Будильник, под ноги-то смотри… Мало ли, кого не добили…

– Все нормально, Эрик. Эти уже допрыгались… – Оливия, заметив, как Джамшер отскочил от дернувшегося в агонии тела, хихикнула и, присев около одной из своих жертв, деловито вытащила из его глазницы свой метательный клинок. – Эй, Рыжик! Ты еще тут или уже свалила куда?

Майке, выскользнув из-за дерева, окинула взглядом дорогу и испуганно посмотрела на своего мужа:

– Вы уже все? Джамшер, тебя… не задело?

– Заденет меня, как же… я вообще ни разу никого не ударил… Не успел… – стараясь не глядеть на жену, пробормотал парнишка. – Чувствую себя щенком без имени.

– Как говорит Вовка, не спи – замерзнешь… – хихикнула Оливия, и, вспомнив о ребятах, сразу же помрачнела: – Как они там, а? Не надо было тебе уходить, Эрик…

– Не начинай, а? – у меня мгновенно испортилось настроение. – И так тошно. Подбери рюкзак и марш в седло. Давай резвее – до Милхина еще ехать и ехать…

Оливия, протерев от крови очередной клинок, вложила его в перевязь, потом провела пальцами по рукояткам и, убедившись, что собрала все, неторопливо двинулась к опушке:

– Сейчас, пару минут подождите… Кстати, я бы осталась с Ольгердом…

– Это я уже слышал… – разозлился я и, не дожидаясь, пока она сходит в туалет, вскочил в седло и заставил своего коня сдвинуться с места…

До границы Симинорской империи мы добрались через двое суток и почти без приключений – несколько стычек с мелкими, человек в пять-семь, отрядами гошшарцев нисколько не улучшили нашего настроения: в одной из них легко ранили Джамшера, а в другой Рыжик, грохнувшись с коня, здорово ударилась головой и ненадолго потеряла сознание. Кроме того, горцы не умеющие ездить верхом, отбили себе задницы и с трудом держались в седлах. Да и пешком ковыляли не лучше. В общем, к моменту, когда нас пропустили через ворота крепости, перекрывающей единственную дорогу к Милхину, мы были, мягко выражаясь, не в себе.

А в крепости царило безудержное веселье – симинорцы, ликуя, праздновали окончание так и не успевшей начаться войны, пили за убийцу Иггера Завоевателя и радовались жизни как могли. Все, кроме солдат, несущих службу на стенах и в карауле. Удостоверившись, что подорожная грамота, предписывающая оказывать нам любую необходимую помощь, подписана самим императором, начальник караула долго сокрушался, что не может отметить с нами великую победу «в лучшей таверне крепости», и долго уговаривал подождать, пока он сменится и сможет проявить «настоящее симинорское гостеприимство». В общем, если бы не военное положение, все еще не снятое комендантом, то вряд ли мы смогли бы выехать из крепости так быстро: желающих выпить с теми, «кто только что вернулся из логова врага», было предостаточно. А желающих познакомиться с Оливией и Рыжиком – и того больше. В итоге пришлось воспользоваться административным ресурсом – потребовать себе сменных коней и десяток воинов сопровождения.

По территории Симинорской империи мы практически летели – не надо было дергаться при виде встречных всадников и постоянно находиться в боевой готовности, поэтому я смог сконцентрироваться на решении проблемы с порталом на Элион: по моему мнению, его надо было обложить камнями и залить раствором. Причем раствора надо было очень много, так как для того, чтобы остановить Эола и Мериона, надо было очень постараться…

– Ни хрена это их не остановит… – мрачно буркнула все еще дующаяся на меня Оливия, когда я попытался поделиться с ней своими сомнениями. – Вряд ли Эол будет ковырять монолит киркой. Притащит какой-нибудь лазер – и испарит его на фиг. Так что надо придумать что-нибудь понадежнее.

– Что? – поинтересовался я. – Мне не хватает знаний. Будь тут Ольгерд – он бы, наверное, смог что-нибудь придумать… А от меня толку, как от крысенка в голодный год.

– А я тебе о чем твержу? – моя супруга снова села на любимого конька. – Если бы ты, срываясь в погоню за Иором, сообразил немного подумать, то не ушел бы без меня…

– Да пойми же ты, что мы не думали уйти так далеко…

– Думали – не думали… Сейчас мы с тобой бы сторожили долину Серого песка, а Ольгерд решал бы вопрос с изоляцией… Или вообще сожгли бы эту падлу на месте…

– Мы не смогли его вырубить… – вспомнив бесплодные попытки Беаты и Вовки, вздохнул я.

– А я бы смогла… – поглаживая пальцами рукояти своих метательных ножей, Оливия слегка повысила голос. – В общем, придурки вы последние… Такого воина загубили…

– Не хорони его раньше времени… – рявкнул я. – Он Избранный, а значит, выживет!

– Он-то Избранный, а вы – придурки. Не смогли за ним присмотреть… Ненавижу…

– Меня? – растерялся я.

– И тебя тоже… – взбеленившаяся Оливия пришпорила идущего рысью коня и унеслась куда-то вперед, обогнав едущего первым десятника…

Помириться с женой мне не удалось – Оливия упорно не желала понять, что у меня не было выбора, и к моменту, когда на горизонте показались стены Милхина, я окончательно ушел в себя. Рыжик с Будильником тоже старались молчать – пять дней, которые оставалось жить Ольгерду, давно прошли, и осознание того факта, что, вероятнее всего, его уже нет, здорово действовало на нервы. Поэтому, въезжая в городские ворота, мы без особого энтузиазма отвечали на приветствия знакомых солдат, а по дороге к императорскому дворцу отказались перекусить. Я очередной раз прокручивал в голове придуманные аргументы, с помощью которых должен был убедить Митриха начать строительство на месте портала, и сам никак не мог поверить в их весомость. Видимо, поэтому на вопль «Эрик!!!» первой среагировала Оливия:

– Ой, Клод! Они уже здесь… – завопила она, и, слетев с коня, повисла на шее у баронессы Золиа. – Эрик, демоны тебя забери, смотри, Клод!!!

Ошалело глядя на улыбающуюся баронессу, я растерянно посмотрел по сторонам, сполз с коня, сделал шаг к обнимающимся девушкам и… расслабился: наши были уже тут, а значит, проблемы, которые казались мне не решаемыми, должны были решиться!

– Рад тебя видеть, Клод! – кинув повод спешившемуся Джамшеру, я вдруг сообразил, что если мы не найдем способа защититься от эпидемии, то кроме нас умрут и те, кто прошел сюда через портал, и грустно поинтересовался: – А кто еще? Дед здесь?