Чужая кровь - Василий Горъ

– И Дед, и Нейлон, и Арти… – начала перечислять баронесса, потом запнулась, посмотрела мне в глаза и, помрачнев, спросила: – Что случилось, ребята, а?

– Долго рассказывать… Пошли к нашим… У нас большие проблемы… И я не знаю, что с ними делать…

– Где остальные? – растерянно переводя взгляд с меня на Оливию и обратно, Клод побледнела, как полотно, и, собравшись с духом, спросила: – С ребятами все в порядке?

– Когда мы уходили, Беата и Вовка были в полном порядке. А вот Ольгерд… – я скрипнул зубами и, проглотив подступивший к горлу комок, кое-как выдавил из себя окончание фразы, – был болен. Ему оставалось дня три…

– До чего? До чего оставалось? – схватив меня за отвороты куртки, баронесса Золиа встряхнула меня так, что я прикусил себе язык.

– До смерти… Там эпидемия, Клод…

– Я сейчас сбегаю за Эолом. Марш за ворота! И чтобы не показывались во дворце, пока я не прибегу! – зарычала она. – Еще не хватало, чтобы это услышала Маша… Ну, что встали?

Растерянные и не понявшие ни слова в нашем разговоре Джамшер, Майке и солдаты сопровождения послушно повернулись кругом и вслед за нами выехали за ворота дворца, а гвардейцы, только что радостно впустившие нас внутрь, непонимающе чесали затылки…

– Все, спасибо за помощь. Вы свободны… – подозвав к себе десятника, я протянул ему небольшой кошелек с деньгами и, заставив его принять, добавил: – У вас есть сутки на отдых. Выпейте за наше здоровье.

– И за победу над Гошшаром! – рявкнул вояка.

– И за победу… – поддакнул я. – Потом выезжайте обратно…

– Будет сделано, господин! – Десятник молодцевато кивнул, развернулся на месте и, вскочив в седло, кивком приказал своим солдатам следовать за ним. Через минуту на улице остались только мы вчетвером. Ну если не считать нескольких зевак и стоящих у дворцовых ворот гвардейцев…

Бот Эола завис над поляной где-то за час до рассвета. Растолкав дремлющих спутников, я кивнул в сторону слабо мерцающего дверного проема и, удостоверившись, что все проснулись, забросил внутрь наши с Оливией рюкзаки. Изнутри раздалась приглушенная ругань и тут же зажегся свет.

– Извини, Маныш… – поняв, что бросил свои вещи прямо в лицо начальнику Хранителя, я виновато отвел взгляд. – Тебя не было видно…

– Ладно, бывает… – буркнул он и посторонился, пропуская запрыгивающую внутрь баронессу. – Иди в кабину. Будешь показывать дорогу. Ну же, давай быстрее…

Я запрыгнул внутрь, перешагнул через вытянутые поперек салона ноги Мериона и забрался в кресло рядом с эоловским. А через мгновение темный лес в обзорных экранах провалился куда-то вниз и изображение, мигнув, сменило спектр.

– Давай к городу, сориентируюсь… – попросил я, вглядываясь в проносящиеся под ботом деревеньки. – Так не очень понятно…

Через пару минут под нами возникли северные ворота Милхина.

– Спасибо, Эол! Все, можно лететь… Вон там где-то должны быть горы… Полетели…

До пограничной крепости особых проблем с ориентацией в пространстве у меня не возникало – широкий по местным понятиям тракт служил прекрасным ориентиром, и Хранитель гнал бот на максимальной скорости. А вот дальше пришлось снизиться и искать место, откуда начиналась тропа в сторону Стены Большой Крови – сверху все окрестные горы казались одинаково проходимыми, и на то, чтобы найти нужное место, мы убили почти полчаса. Потом полет снова ускорился – до временного поселения клана Вепрей мы долетели за каких-то минут десять и, зависнув над ним, долго ждали реакции Деда.

– Нету. Ни Ольгерда, ни Беаты, ни Глаза… – перестав прислушиваться к своим ощущениям, мрачно пробормотал он. – Совершенно точно. Летим дальше, Эол!

Хранитель, расстроенно посмотрев на экраны, перевел взгляд на меня и вопросительно кивнул головой.

– Вон туда… Только помедленнее – тут я рискую потеряться…

…Долина Серого песка нашлась на удивление быстро – с высоты километра в полтора-два это место смотрелось, как кратер вулкана, которые я видел по телевизору, будучи на Земле.

Чем ниже опускался бот, тем меньше мне хотелось смотреть на обзорные экраны: скалы, окружающие центры двух смежных долин, казались залитыми жидким стеклом; от испарившихся от чудовищного жара ледников остались только жалкие остатки; на внешних склонах прилегающих к долинам гор виднелись потеки от растаявшего снега, следы лавин и камнепадов. Вообще в радиусе доброго километра обрушилось все, что могло обрушиться: обломки камней, отколовшихся от ближайших скал, перегораживали речки в десятках мест, создавая новые запруды, а тропа, по которой снайпера сволокли Иора в долину, местами практически исчезла с лица земли.

– Охренеть… – пробормотала Клод, глянув обзорные экраны. – Что за фигня тут рванула?

– Испепеляющее пламя в соприкоснувшихся мирах сожжет людей, расплавит камень… – пробормотал Мерион Длинные Руки.

– Хрен он сгинет, Дед, слышишь? – прошипела баронесса.

– Опять Пророчества? – потухшим голосом спросила Оливия.

– Угу, мать их за ногу и через косяк… – зарычала Золиа. – Как они меня достали…

– Ладно, Эол, давай-ка вон туда… – сориентировавшись, я показал в сторону склона, на котором, предположительно, должны были остаться Беата и Щепкин.

– Стоп!!! – рявкнул Дед где-то через минуту, и бот, дернувшись, замер на месте.

– Долбаные компенсаторы! – Маныш, потирая затылок, растерянно посмотрел на Эола. – Что-то я не понял! Как это ты так затормозил?

– Внизу и чуть левее – Глаз и Хвостик! – рявкнул Мерион. – Ну же, спускайся! Вон там, Эол!!!

– Угу, вижу… – Пробежав пальцами по сенсорам, Хранитель, видимо, определил их местонахождение, потому что бот, сорвавшись с места, практически упал в указанную Дедом точку.

– О, черт! – взвыла Клод, высунувшаяся из дверного проема и, еле дождавшись, пока бот замрет над двумя распростертыми на камнях телами, спрыгнула вниз.

– Глаз, падла, очнись, а? – услышав голос Беаты, я похолодел: в голосе Хвостика было столько отчаяния, что мне захотелось умереть на месте.

– Что с ним? – голос Деда вывел Беату из ступора.

– Позвоночник. В двух местах. Камень под рукой провернулся. Третий день без сознания…

– А что автомед? – одновременно спросили Маныш и Эол.

– А хрен его знает. Я не понимаю и половины того, что они пишут…

– Они? – Маныш, присев над Щепкиным, задрал куртку на его животе и удивленно присвистнул: – Ты поставила на него и свой?

– А что мне было делать? – Хвостик, вскочив на ноги, покачнулась и забилась в руках подхватившего ее Деда.

– Тащим обоих в бот. Быстро. Срочно на Элион. Эта аппаратура не потянет… – Маныш, вскочив на ноги, мотнул головой и требовательно посмотрел на меня и баронессу.

– Осторожно!!! – взвыла Беата. – Беритесь за мои мечи! Я зафиксировала его шею… Сделаете ему больно – убью!