Поцелуй тьмы - Райчел Мид

Меня охватило чувство ликования. Дмитрий был прав. С этогомомента наш мир начнет меняться. Но не на протяжении ближайших четырех часов.

— Новые стражи прибывают, — объяснил мне Дмитрий,заметив, что я снова в ярости.

— Четыре часа! Стригоям, может, уже понадобилосьподзакусить!

— Мы должны существенно перевешивать ихколичественно, — ответил он. — Должны использовать все доступные нампреимущества. Да, возможно, стригои убьют одного-двух, прежде чем мы до нихдоберемся. Поверь, я не меньше тебя не хочу этого. Однако, ринувшись в бой бездолжной подготовки, мы можем потерять гораздо больше.

Кровь кипела. Я понимала, он прав, и, главное, осознавала —от моего вмешательства ничего не зависит. Меня буквально трясло от этогоощущения беспомощности.

— Перестань, — мягко сказал он. — Пойдемпрогуляемся.

— Куда?

— Не важно. Просто нужно, чтобы ты успокоилась, иначебудешь не в форме, когда дело дойдет до схватки.

— Да? Ты боишься, что моя темная, безумная сторонапроявит себя?

— Нет, я боюсь, что проявит себя нормальная сторонаРозы Хэзевей, та самая, которая способна действовать без раздумий, еслиубеждена, что права.

Я криво улыбнулась.

— Тут есть какая-то разница?

— Да. Эта вторая пугает меня.

Мне захотелось двинуть его локтем, но я удержалась. На мгновениемной овладело желание закрыть глаза и забыть обо всей боли и кровавой бойневокруг. Мне хотелось нежиться с ним в постели, смеяться, поддразнивать его ичтобы ни он, ни я не беспокоились лишь друг о друге. Это было невозможно.Невозможно.

— Разве ты не нужен здесь? — спросила я.

— Нет. Сейчас в основном дожидаются остальных, а чтокасается планирования атаки, тут и без меня хватает, кому этим заняться. Воглаве твоя мать.

Я проследила за его взглядом. Мама стояла в окружениистражей, резкими, быстрыми движениями показывая что-то на карте. Мое отношениек ней по-прежнему не вполне сформировалось, но, глядя на нее сейчас, я не моглане восхищаться ее преданностью делу. И не испытывала никакого неоправданногораздражения, которое обычно охватывало меня в ее присутствии.

— Ладно, — согласилась я. — Пошли.

Он повел меня по кампусу, описывая большой круг. Последствияслучившегося встречались повсюду. Больше всего пострадал, конечно, не самкампус, а люди, но там и здесь остались следы атаки: повреждения зданий, пятнакрови в неожиданных местах и тому подобное. Заметнее всего были изменения внастроении. Сияло солнце, и все же казалось, вокруг сгустилась тьма, тяжелаяскорбь, такая плотная, что она ощущалась почти физически. Она была на лицахвсех, мимо кого мы проходили.

Я отчасти ожидала, что Дмитрий поведет меня туда, гденаходились раненые. Он, однако, избегал этих мест, и я догадывалась почему. Тамтрудилась Лисса, в небольших дозах используя свою силу, чтобы исцелять раненых.Адриан тоже находился там, хотя от него толку в этом смысле было гораздоменьше. В конце концов, они решили, что стоит рискнуть тем, что все узнают одухе. Слишком велика случившаяся трагедия. Кроме того, во время судебногоразбирательства о духе многое узнали, дальнейшее распространение этих сведенийбыло лишь вопросом времени.

Дмитрий не хотел, чтобы я приближалась к Лиссе, потому чтосейчас она использовала свою магию, а он все еще не был уверен, «захватываю» яее безумие или нет. Но, по-видимому, предпочел не рисковать.

— Ты говорила, у тебя есть теория о том, как былиразрушены защитные магические кольца, — сказал он.

Мы продолжали прогулку по кампусу и сейчас оказалисьнеподалеку от того места, где прошлой ночью встречалось тайное общество Джесси.

А я почти забыла об этом. Когда же сложила вместеразрозненные куски, все стало совершенно очевидно. Пока, однако, никто незадавался этими вопросами. Первейшей задачей было наложить новые защитныекольца и позаботиться о людях. Детальное расследование будет произведено позже.

— Группа Джесси устраивала свои инициации прямо околозащитных колец. Ты же знаешь, как кол может разрушить защитные кольца, потомучто эти стихии вступают в противоречие друг с другом? Думаю, здесь то же самое.Во время их инициации использовались все стихии, и, по-моему, они тем жеспособом разрушали защитные кольца.

— Вообще-то в кампусе все время используетсямагия, — заметил Дмитрий. — И все стихии. Почему ничего такогоникогда не происходило прежде?

— Потому что обычно никто не занимается магией прямонад защитными кольцами. Они проложены по краю кампуса, тут не возникаетконфликта. Кроме того, мне кажется, играет роль то, как именно используютсястихии. Магия — это жизнь, вот почему стригои не могут пересекать магическиезащитные кольца: она их разрушит. Магия в колах используется как оружие. Иточно так же она использовалась в этих пытках. Магия, используемая негативнымобразом, разрушает магию добра, так мне кажется.

Я содрогнулась, вспомнив мучительное, тошнотворное ощущение,которое испытывала, когда Лисса прибегла к духу, чтобы мучить Джесси; такое…противоестественное ощущение.

Дмитрий посмотрел на разрушенную ограду на одном из участковграницы Академии.

— Невероятно. Никогда не думал, что такое возможно, ноэто имеет смысл. Действительно, принцип тот же самый, что в случае сколами. — Он улыбнулся мне. — Ты много размышляла об этом?

— Не уверена. Просто как-то все сложилось вместе вголове.

Я почувствовала прилив злости, вспомнив идиотское сборищеДжесси. Подумать только, как они измывались над Лиссой! Одного этого хватало,чтобы у меня возникло желание дать им хорошего пинка под зад (хотя желанияубить больше не было — с прошлой ночи я определенно стала сдержанней). Ноучинить такое? Позволить стригоям проникнуть в школу? Как могло что-то стольглупое и мелкое привести к такому ужасному бедствию? Я даже скорее поняла бы,если бы они именно это ставили своей целью. Но нет. Все произошло, потому что всвоих поисках славы и популярности они затеяли глупейшую игру.

— Идиоты, — пробормотала я.

Поднялся ветер. Я вздрогнула, на этот раз просто от холода,а не от внутреннего беспокойства. Весна была не за горами, но определенно ещене наступила.

— Давай возвращаться, — сказал Дмитрий.

Мы повернули, и, когда направлялись к кампусу старших, яувидела ее. Ту самую сторожку. Мы не замедлили движения и вроде как откровенноне разглядывали ее, но я знала — Дмитрий так же остро осознает ее присутствие,как я. Что он и доказал, когда чуть позже заговорил.

— Роза, насчет того, что произошло…

Я застонала.

— Я знала! Знала, что так и будет!

Он с некоторым удивлением и испугом посмотрел на меня.