И в аду есть герои - Вадим Панов

– Думаю, да.

– Мы должны немедленно допросить его. Он во дворце?

Девушка густо покраснела.

– Я…

Милана удивленно изогнула красивую тонкую бровь:

– Ты его отпустила?

– Я… я не была уверена… – пролепетала фея. – Я не подумала…

– М-да… – Воевода Дочерей Журавля скептически посмотрела на девушку. – Ты говорила, что взяла у него кровь на анализ. Найдем его по генетическому коду.

– Нет. – Рада не сводила глаз со своих туфель. – Я задействовала всю кровь во время экспериментов. У меня ничего не осталось.

Всеслава тяжело вздохнула, Мечеслав крякнул, Милана в бешенстве скривила полные губы:

– О чем ты думала, идиотка?

– Воевода, выбирайте выражения! – резко осадила ее королева.

– Извините, ваше величество, – отрывисто произнесла Милана. – Я просто вне себя.

– Мы все несколько удивлены легкомысленностью Рады, – заметила Всеслава. – Но это не повод для оскорблений.

– Я хочу принести этой… фее свои извинения, – громко сказала Милана, глядя в окно. – Уверена, она их примет и не захочет вызвать меня на поединок.

Желающие связываться с воеводой элитного боевого подразделения не встречались даже среди жриц Зеленого Дома.

– Вы правы, вы абсолютно правы… простите меня… – Рада почти рыдала. – Я виновата… Но я смогу… Я найду его!

– Как?

– Я читала его память! Я знаю, где он будет сегодня вечером!

– Воевода Милана, – холодно приказала королева. – Вы будете сопровождать Раду. Необходимо доставить сюда этого чела и узнать, где именно производится Золотой Корень.

– Да, ваше величество, – по-прежнему глядя в окно, ответила Милана.

Фея горько вздохнула.

– Идиотка! Глупая малолетка! – Когда за подданными закрылась дверь, Всеслава позволила дать волю чувствам. – Как могла эта крыса забыть обо всем?! Даже у Красных Шапок хватило бы ума притащить чела в Зеленый Дом!

– Девушка просто растерялась, – поморщился Мечеслав. – Уверен, она уже видела, как ты надеваешь на ее пустую голову диадему благородной фаты.

– Если бы навы узнали о таком проколе, они бы подняли нас на смех!

– У них еще будет повод посмеяться.

Королева замолчала и подошла к фавориту:

– Ты чем-то обеспокоен?

– Чуть-чуть.

– Мы стоим на пороге величайшего этапа в истории Зеленого Дома, – тихо сказала Всеслава. – Наши имена впишут в нее золотыми буквами. Не обращай внимания на глупость вассалов – так было всегда. Мы должны быть выше.

Рука королевы скользнула по щеке барона. Он машинально обнял ее гибкий стан, притянул к себе и заглянул в огромные зеленые глаза:

– Я думаю не об этом.

– Тогда что тебя беспокоит?

– Сантьяга упустил Ктулху, – нехотя произнес Мечеслав.

– Ну и что? – пожала плечами Всеслава. – Ктулху – иерарх Кадаф, один из учеников Азаг-Тота. Нет ничего удивительного, что ему удалось ускользнуть.

Барон покачал головой:

– Не обижайся, любовь моя, но это не аргумент. Если бы погонщика рабов упустила ты или великий магистр, я бы не задумывался об этом, но Сантьяга… – Мечеслав помолчал. – Комиссар участвовал в Большой Войне Кадаф. Я читал, что он лично расправился с Шаб-Ниггуратом.

– Прошло много времени.

Барон молчал.

– Кроме того, погонщик рабов явно не желал драться. Бегство было единственным выходом для него, и он приложил все силы, чтобы спастись.

Мечеслав покачал головой:

– Сантьяга упустил Ктулху…

* * *

МГТУ имени Баумана

Москва, улица 2-я Бауманская,

1 августа, среда, 16.54

Самую ужасную память о себе скудная фантазия коммунистических градоначальников оставила в названиях московских улиц и площадей. Конечно, строителям светлого завтра было далеко до пиршества нью-йоркского примитивизма: Первая стрит, Пятая авеню, далее по порядку, как баксы в бумажнике; но и собственные достижения красных выглядели весомо: Первая Бауманская улица, Вторая Бауманская улица, просто Бауманская улица, станция метро «Бауманская», МГТУ им. Баумана… Создавалось впечатление, что в тысяча девятьсот пятом году по местным подворотням шнырял всего один-единственный недоучившийся студент. Да и тот Бауман.

– Оно и сразу, типа, было ясно-понятно, что тута мы, типа, ничего путного однозначно не унюхаем! – Контейнер смачно сплюнул и почесал вспотевшую подмышку. – Типа, лето.

Из всей десятки Красных Шапок Контейнер был единственным, кто в свое время посещал воскресную школу и твердо знал время наступления каникул. Правда, вспомнил он об этом только сейчас, когда бойцы уже покинули институт.

Уйбуй Копыто недовольно кашлянул, присел на подножку квадратного джипа «Мерседес» и злобно посмотрел на здание МГТУ:

– Зато мы теперь знаем, что здесь о Веронике слыхом не слыхивали.

– Хорошо поработали, мля, – поддакнул Иголка.

– Не нравится? – угрюмо осведомился уйбуй. Он достал из кармана кожаных штанов плоскую фляжку и сделал большой глоток виски.

– Я тебе такую классную наводку дал! – осмелился выступить скандалист Иголка. – Только мы знаем, что девка теперь бритая! А ты, вместо того чтобы искать ее, привез нас в эту дыру!!

Глухое ворчание справа показало, что Контейнер в принципе согласен с заявлением Иголки.

– И где мы должны искать бритую девку? – издевательски спросил Копыто.

Убивать смутьяна уйбуй не хотел: Иголка не раз доказывал свою полезность, а его дерзость никогда не выходила за определенные суровым вожаком рамки.

– В Москве восемь миллионов челов. Будем бегать по улицам?

Внятного ответа у возмутителя спокойствия не нашлось – так далеко его мысли не скакали.

– Ну… – замялся Иголка.

– Мы, типа, все правильно делали, – неожиданно произнес Контейнер и мотнул головой на противоположную обочину улицы, у которой остановился «Навигатор» Кортеса.

Приемная деканата была обставлена простенько и незамысловато, чувствовалось, что оформлением занимались еще в имперские времена. Кортес не спеша оглядел убогие письменные столы, дешевые занавески на окнах, пузатый коричневый сейф, грязную ковровую дорожку, покосился на таблицы, развешанные на стенах, и только затем перевел взгляд на худенькую девушку, притулившуюся на секретарском стуле.

– Добрый день.

Девица кивнула, закрыла книжку и сделала чуть потише гремящий на столе радиоприемник.