Господин Посредник - Алексей Бессонов

– Ута, спустись в сад, позови девчонок и прикажи вывести коня. Поможешь им оседлать, мне нужно забрать кое-что, это буквально минута. Иллари, не спускай со старика глаз, ему, кажется, плохо. Я… сейчас.

Через пару минут я уже стоял внизу, глядя, как Ута и девушки седлают флегматичного серого жеребца для Накасуса. В моей верной сумке лежали бумаги, привезенные от Мордира, а также послание Джардеша, перехваченное у Такео Лоррейна. Ута слишком долго, как мне казалось, затягивала подпругу, я пританцовывал на месте – сейчас все мои мысли были поглощены Энгардом и Теллой.

Как попали они в руки проклятого Сульфика? Да, Каан говорил, что торговец почуял слежку, наверное, пока я носился по Йошу, он сумел вычислить Энгарда и теперь, в преддверии близкого переворота, решился захватить его для допроса. Я подумал о том, что про бумаги Энни мог рассказать только под пыткой и, сжав зубы, коснулся рукояти меча. Ах, только бы успеть!

– Ну, все?! – нетерпеливо выкрикнул я, видя, что Ута уже помогает Накасусу вдеть ногу в стремя. – Так, вы, девочки, – навести здесь порядок и сидеть ждать хозяйку! Не высовываться за ворота, что бы ни случилось! Вечером я пришлю посыльного или приеду сам. Все, скорее!

Возле таверны «У плешивого кота», располагавшейся в узком закоулке неподалеку от рыбного порта, я с невыразимым облегчением увидел коней наших офицеров. Значит, Каана они нашли сразу и, судя по тому, что перед коновязью жевали сено еще несколько лошадей, а поодаль стояла большая черная карета, он уже ждал нас. Бросив повод Уте, я буквально вбежал в зал и был тотчас же остановлен парой мрачных молодых парней в кожаных куртках.

– У нас занято, – без предисловий объяснили мне, но я уже увидел Каана, сидящего за длинным столом в окружении моих людей, и замахал руками. Кланяясь, стражники тотчас же отступили в сторону.

Каан поднялся мне навстречу, коротко пожал руку и повернулся к вошедшему следом Иллари.

– Срочно всех людей, какие есть, – произнес тот, – чем больше, тем лучше.

– Понял, – прищурился Каан, – куда?

– Склад Сульфика на Озерной обложить полностью. Всех впускать, никого не выпускать, вплоть до Стражи. Если мы опоздаем, дело начнется сегодня ночью. Или, может, завтра… но не позже, это я тебе точно говорю.

– Так ты решил втравить меня в заговор? – отшатнулся Каан. – И ты думаешь, что меня интересует судьба этой трухлявой короны? Да я…

– А твои денежки тебя интересуют? – зашипел Иллари, вдруг хватая Каана за шиворот и встряхивая. – А ведь я знаю, что там не только твои, приятель! Даже знаю, чьи именно! И что же, ты думаешь, что если дело прогорит, то тебе удастся отмазаться заговором? Да ты будешь висеть на ближайшей придорожной осине – вверх ногами, вот так вот!

– Пр-роклятие! – Каан вывернулся из его пальцев и провел рукой по бледному лицу. – Да, ты снова прав… хоть сдохни…

– Сдыхать ты можешь не спешить. Если бы я знал, что у нас нет ни малейшего шанса, я сам помог бы тебе удрать к Белым Шапкам. Но шанс у нас есть, причем шанс золотой, это я тебе говорю! Нужно только скорее, скорее!

– Понял, – нотариус громко хлопнул в ладоши, и к нему подлетели несколько человек. Я уже не слушал, что он им говорит. Я уселся за стол и схватил бокал с вином.

– Он нашелся сразу, ваша милость, – доложил мне один из офицеров, – на Плетельщиках. Я сказал, что дело срочное, и господин нотариус не стали медлить…

– Налей еще, – я протянул ему бокал и глубоко вздохнул.

Успеть бы…

– Через час на Озерной будет полсотни человек, – сообщил Каан, подходя к столу. – Через полтора – человек двести, может, больше. Хватит для начала?

– Хватит, – кивнул Иллари. – Дело в том, что у Сульфика сейчас граф Дериц. А без него мы… в общем, сегодня же, если он еще жив, конечно, ты должен будешь открыть ворота Града. Как угодно… иначе – дупло. Для всех сразу, понял?

– Час от часу не легче, – фыркнул Каан. – Может, сразу спальню его величества?

– Не будь идиотом, Каан. У нас есть бумажки, которые наверняка завалят всех принцев одним залпом. Причем прямо сегодня, сейчас. Основания для ареста, понял? Железные, ни один суд не оправдает.

– Ничего себе… нет-нет, как и откуда, это мне не интересно. Если ты сказал, значит, так оно и есть. Хм, выходит, нам понадобится господин конюший левой стороны и, крайне желательно, господин второй канцлер. Это люди решительные. Но кто к ним пойдет – Маттер?

– Граф Дериц. Он знает все детали и может все объяснить. К тому же ты сам понимаешь – хороший род и все такое. Князю Лоттвиц-Лоер, имеющему весьма сомнительное происхождение, будут задавать слишком много вопросов, а время не терпит.

– Ничего оно у меня не сомнительное, – буркнул я в бокал.

– Хорошо, – тряхнул головой Каан, – сейчас я этим займусь. Выезжаем минут через сорок, так что я все успею…

С этими словами он вытащил из-под стола свой черный саквояж, щелкнул мудреными пряжками и разложил на столе письменные принадлежности.

– А ну, не подглядывать! – цыкнул он на моих офицеров. – Много будете знать, до петли не доживете!..

– Скажите, чтобы мне дали пожрать, – ворчливо распорядился я, с трудом скрывая бешеное волнение, – да живее, скоро ехать!

Пока я ел, в зал таверны то и дело влетали страшно озабоченные люди – подскочив к нотариусу, они получали какие-то короткие команды и исчезали. Потом появились двое посыльных, которым он вручил свежезапечатанные письма и прошептал что-то на ухо. Иллари нервно посматривал на хронометр.

– Все будет в лучшем виде, – немного рассеянно сообщил ему Каан. – Сегодня ночью нас будут ждать… я понаписывал там такого, что кишки повылазят.

– Едем, – тревожно пристукнул по столешнице Иллари.

Нотариус сверился со своим хронометром, пожевал губами, что-то прикидывая, и согласно кивнул.

– Собственно, время я брал с хорошим запасом… сбор! – громко крикнул он в зал. – Поехали!

Я оттолкнул недопитый бокал и резко вскочил. Иллари дернул подбородком, и тотчас же вокруг меня выросли четыре могучие фигуры. Сзади, не отставая, шли парни с «Брина».

– Князя в карету! – сказал Иллари, едва мы вышли на улицу.

– Моя лошадь! – запротестовал я, но Каан подтолкнул меня в спину:

– В карету!

– Погодите… снимите с лошади деревянный ящичек, вон он, видите? Это лекарства. Да осторожнее, болваны! Лошадь отправьте на конюшню, и смотрите мне… – Я помахал встревоженной Лине рукой и нырнул в темное кожаное нутро экипажа. Следом за мной впихнулись мои сопровождающие, Каан, Иллари и Ута запрыгнули на лошадей, рядом с ними то же самое проделывали еще два десятка людей.

Возница оглушительно свистнул, четверка взяла с места, и мы полетели по улицам. Один из моих телохранителей сразу же опустил стекла и задвинул все шторки на окнах. Я понимающе хмыкнул: