Судья Шерман - Алекс Орлов

– Не-е-ет!!! – совершенно неожиданно завопил часовой, извиваясь в веревочных путах и пытаясь лягнуть Рино ногой.

– Говори, что будет в этом ангаре, или я поставлю

эту ловушку, я тебе точно говорю!

– Там... Там... – Из глаз пленника покатились слезы, и Лефлер чувствовал от этого неудобство. – Там буфет нафа ма-ма!

– Ваша мама?! – удивленно спросил Рино, предполагая, что пленник свихнулся от страха.

– Д-да, роевая мать...

– Там будет ваша роевая мать, – повторил Лефлер, внимательно глядя в полные слез глаза пленника, но тот, судя по всему, говорил правду.

– Это как у муравьев, что ли?.. – недоумевал Рино. Часовой, в свою очередь, перестал шмыгать носом, и вдруг его осенило:

– Для фаваттеров это не фекрет... Фнафит, ты не фаваттер? Да, ты – арфидокф!

– Ну да... А ты, значит, как и все твои соплеменники, родился из этой своей матки. Так, что ли?

Пленник ничего не ответил и отвернулся, видимо презирая себя за то, что разговаривал со столь низким существом.

– Ну-ну, покапризничай, а я пока займусь делом.

Рино отошел шагов на двадцать, достал из-за пояса небольшое устройство, похожее на сложенный вдвое циркуль, и начал готовить его к работе.

Вытащив телескопические ножки, Рино установил треногу на землю, а затем развернул крошечную, величиной с блюдце, спутниковую антенну – в ее центре находился заряд взрывчатого вещества. Все вместе это составляло лучевой передатчик с кинетической накачкой.

Включив режим записи, Рино начал наговаривать сообщение, время от времени поглядывая на свое голозадое воинство. Дикари смотрели на своего нового вождя с восхищением, будучи убеждены, что помимо воинского искусства тот владеет еще и колдовским ремеслом.

Между тем Лефлер продолжал рассказывать о посадке на Максиколу, о том, какие были потери и в какую сторону им пришлось отходить, чтобы не попасть в лапы к врагу. Рино старался придерживаться только фактов, но ему очень хотелось дать волю чувствам и обругать всех, кто будет его слушать, последними словами.

Закончил он самым важным сообщением – о том, что члены могущественной организации размножаются, как муравьи, и для одной из своих маток строят огромный комплекс.

Когда донесение было закончено, Рино нажал крохотную кнопочку таймера и поспешил отойти подальше, пока спутниковая тарелочка изменяла свое положение и искала координаты приемника.

Как только соединение было установлено, раздался взрыв, и закодированный сигнал умчался к звездам, чтобы попасть на стол господина Смайли, а может, кого-то другого, стоящего в структуре сопротивления еще выше.

– Ну вот и все, дорогой друг, – произнес Рино, приближаясь к лежавшему на земле пленнику. – Расскажи мне, где у вас посадочная площадка, и на этом наше знакомство будет закончено.

– Ты меня убьеф? – спросил пленник.

– Скажем так, – подумав, ответил Рино. – Я отдам тебя этим людям, а уж они решат, что с тобой делать... Шанс, конечно, небольшой, но хоть что-то...

– Я согласен, – неожиданно четко произнес пленник. – В полукилометре восточнее от строительства находится посадочный терминал. Через полчаса или раньше там сядет уиндер помощника Верховного надзирающего. Это твой шанс, архидокс.

– Ну ладно, – кивнул Рино и, указав своим воинам на «языка», произнес: – Этот человек – ваш! – И жестом показал, что дарит его своим солдатам.

Рино ожидал чего угодно, даже вспарывания пленнику живота и пожирания его внутренностей в горячем виде, однако дикари сорвали с несчастного одежду и, собрав каких-то ягод и сломав на ветках деревьев острые колючки, начали татуировать его тело, нанося фирменный узор своего племени.

Кажется, Лефлер понял их. Они потеряли много воинов, нападая на него, и теперь стремились восполнить это всеми доступными средствами. Рино не знал, что будет с пленником дальше, станет ли тот воином или даже вождем. Он указал на одного из сержантов, а затем выбрал еще двух воинов и приказал им следовать за ним. Остальные остались на месте.