Обряд на крови - Джим Батчер

– Потому что, когда они узнали, это явилось для них неприятным сюрпризом, – продолжала Мёрфи. – Может, тот, кто им это сказал, сгустил краски сильнее, чем есть на самом деле. Возможно, это здорово ударило по ним, свело их с ума. Не знаю, Гарри… Неужели и впрямь нужна четвертая партия, чтобы растереть в порошок новую Артурову зазнобу?

– М-да, – согласился я и тут же застыл, широко раскрыв глаза. – Если только тем, четвертым, не нужно в результате совсем другого. Мёрф, знаешь, мне кажется, все это вовсе не из-за денег.

– Не поняла.

– Геноса влюблен, – сказал я и, сам того не замечая, встал с дивана. – Сукин сын, и это все время находилось у меня перед носом!

Мёрфи нахмурилась, встала вслед за мной и взяла за здоровую руку.

– Гарри, ты бы лучше сел. Давай, а? Ты ранен. Тебе лучше посидеть, пока Эбинизер не вернется.

– Чего?

– Эбинизер. Он считает, что может что-то сделать с твоей рукой, но ему что-то там для этого нужно было достать.

– А… – кивнул я. Голова слегка кружилась. Она потянула меня за руку, и я послушно сел. – Но ведь вот оно!

– Что «оно»?

– Трикси и две другие стреги – просто орудия в руках кого-то другого. Геноса влюблен. Поэтому он не может реагировать на Лару так, как все остальные. Они не в состоянии на него влиять, как обычно. Вот потому-то все так и закрутилось.

Мёрфи нахмурилась еще сильнее.

– О чем это ты? Кто использует их как орудия?

– Белая Коллегия, – объяснил я. – Лорд Рейт и Белая Коллегия. И не случайно и он, и его первый заместитель – оба сейчас в Чикаго.

– Но какое отношение имеет ко всему этому то, что Геноса влюблен?

– Белая Коллегия способна управлять людьми. То есть я хочу сказать, они совращают их, сближаются с ними – и те очень скоро оказываются на крючке. Они могут превращать людей в рабов, чтобы кормиться ими. И чтоб тем это нравилось. В этом источник их силы.

Мёрфи выгнула бровь.

– Но не в случае, если кто-то влюблен?

Я устало усмехнулся:

– Вот именно. И ведь это вслух произнесли при мне, хоть это и внутреннее, можно сказать, дело. Черт, да это практически первое, что она о нем сказала! Что Артуро все время влюбляется.

– Кто сказал?

– Джоан, – улыбнулся я. – Славная, заурядная, практичная, просто одетая Джоан. И чудо-шлюха Лара. Не обязательно в таком порядке. Но это точно.

Мёрфи задумалась.

– Право же, Холмс, вам стоит хоть немного ввести меня в контекст… если ты хочешь, чтобы я хоть что-то поняла.

– Ладно, ладно, – сдался я. – Будет тебе исходный расклад. Слушай: Рейт – предводитель Белой Коллегии, но за последние годы позиции его сильно пошатнулись. Основа его личной власти заметно подорвана.

– Чем?

– В основном Томасом, – ответил я. – У Рейта имелась славная привычка убивать сыновей прежде, чем те дойдут до мысли скинуть его и самим заняться семейным бизнесом. Он послала Томаса на верную смерть на маскарад к Бьянке, но Томас пристроился к нам с Майклом и вышел из этой истории живым. Тогда Рейт назначил Томаса секундантом к Ортеге, но Томас и это пережил. И насколько я понимаю, папаша Рейт уже не вселяет в своих детишек того благоговейного ужаса, как раньше.

– Но какое отношение все это имеет к Геносе? – не сдавалась Мёрфи.

– Независимая деятельность Геносы наносит удар по интересам Рейта, – объяснил я. – Артуро говорил мне, что кто-то потихоньку скупает компании по производству фильмов для взрослых, манипулируя делами откуда-то из-за кулис. Достаточно проследить денежные потоки, и бьюсь об заклад, ты обнаружишь, что этот кто-то – Рейт и что это он владеет «Силверлайт». Уйдя от «Силверлайт», да еще ломая своими фильмами сложившиеся стереотипы, Артуро подрывает власть Рейта, к тому же в демонстративной форме.

– То есть ты утверждаешь, что индустрию эротики контролирует Белая Коллегия?

– Или по меньшей мере изрядную ее часть, – подтвердил я. – Ты только подумай! Они могут влиять на людские мнения по целому ряду вещей: скажем, что считать физической красотой, что такое секс, как реагировать на искушения, какое поведение допустимо в интимных отношениях. Господи, Мёрф, да это сродни тому, как оленя приучают приходить в определенное место за кормом, чтобы потом легче застрелить его.

На мгновение она разинула рот, потом спохватилась и закрыла.

– Бог мой, да это… Жуть, да и только. И серьезнее некуда.

– И коварнее. А я даже не догадывался о том, что такое может произойти. Или, правильнее сказать, происходит. Это ведь не сегодня и не вчера началось. Возможно, Рейт просто перенял бизнес от кого-то другого из Коллегии.

– И когда Геноса показал нос «Силверлайту», это ослабило лорда Рейта еще больше.

– Угу, – кивнул я. – Какой-то смертный бросает вызов Белому Королю! И Рейт не может послать Лару, чтобы та его контролировала, потому что Геноса влюблен.

– В смысле?

– Белая Коллегия не может подступиться к тем, кто влюблен, – пояснил я. – По-настоящему влюблен. Если они пытаются кормиться такими, это причиняет им физические муки. Ну… это для них как святая вода. Можно сказать так. Или как серебряные пули. В общем, они этого боятся как огня.

Глаза Мёрфи возбужденно вспыхнули, и она кивнула:

– Рейт не мог контролировать Геносу, поэтому ему пришлось искать другой способ торпедировать этого парня, чтобы не потерять лица окончательно.

– И не лишиться основного источника сил и власти. Вот именно.

– А почему он просто не убил Геносу? Я покачал головой:

– Такое впечатление, что Белая Коллегия гордится тем, как элегантно они ведут свои игры за власть. Томас говорил мне, что, когда Белые воюют друг с другом, они делают это не напрямую. Чем сложнее проследить след – тем лучше. Они полагают, что интеллект и ловкость важнее грубой силы. Если бы Рейт просто прихлопнул Артуро, это означало бы очередную потерю лица. Поэтому…

– Поэтому, – перебила Мёрфи, – он нашел кого-то, кого в состоянии контролировать. И подстроил все так, чтобы они увидели в новой жене угрозу своему положению и чтобы они реагировали это наихудшим образом. Он даже оружием их снабдил – здоровым таким, жутким, гадким ритуалом. Он не знает точно, кто это, поэтому приказал им избавиться от всех, с кем Геноса мог бы тайно обручиться. То есть у них есть средство, есть мотив и возможность. Черт, да я сомневаюсь, чтобы даже в твоих магических кругах кто-либо смог бы легко доказать, что это Рейт отвечает за смерть женщины, с которой обвенчан Артуро.

– И которую он любит, – добавил я. – Для лорда Рейта ситуация беспроигрышная. Если они убьют невесту, это вышибет Геносу из колеи и подорвет его возможности завершить фильм. Блин, возможно, Рейт планировал подождать, пока тот впадет в депрессию, а потом подослать к нему одну из бывших жен, чтобы та типа утешила его – соблазнила и сделала тем самым уязвимым для Лары. Но даже если им не удастся убить невесту, они посеют достаточно хаоса, чтобы сорвать Геносе работу.