Альдов выбор - Дарья Быкова

Мне снится обычный снег в самом обычном сне, пусть это и немного странно посреди лета. В снегу играют и валяются дети. Дети людей и дети альдов. Играют вместе, весело и мирно, насколько игру в снежки можно назвать мирной. Мне хочется к ним и хочется улыбаться.

Открываю глаза. Йар… Смотрит. Молчит. И тоже чуть улыбается. И мне кажется таким странным, что я убила вчера человека, а снилось мне вовсе не это, и я могу лежать и улыбаться альду, и нет у меня никакого чувства вины. По крайней мере, я его не нахожу. Лишь огромное облегчение и пустота. Может быть, потом… а может, уже и никогда. Найдётся ли хоть кто-то, кто о нём пожалеет? Наверное, да, но…

– Мне надо во дворец, – говорит Йар. – Ты со мной?

Я с ним, конечно, я с ним, тем более раз сам берёт, но сначала бегу навестить Иннаси. Она всё ещё бледная, но в сознании, и даже силится улыбаться. Я делаю вид, что не вижу слёзы, стоящие в её глазах, осторожно обнимаю. Шепчу:

– Спасибо!

Это так мало, но можно ли не сказать? У альдов – я помню – не принято благодарить за спасение жизни, но я человек, и Иннаси и вправду спасла и Йара, и меня и многих, многих, многих. Я бы даже не поняла, что надо сделать, а она, видимо, что-то всё-таки слышала, пока была с магом…

– Не надо, – говорит она и заливается слезами. – Не делай из меня героя. Я просто не могла, не хотела больше жить так. Я сделала это от трусости и боли…

– Глупая, – глотая собственные мгновенно выступившие слёзы, обнимаю её чуть крепче. Кажется, перед королевой Катариной я вновь предстану не в самом лучшем виде, да и альд бы с ней! – Настоящие поступки никто не делает во имя славы или теоретического человеколюбия. Только потому, что иначе невозможно. Ты спасла очень многих.

– Асия, ты расстраиваешь мою пациентку, – укоризненно говорит неслышно возникшая в дверях магистр Алисия. – Иди-ка ты… к Йару. И раньше завтрашнего вечера не приходи!

– Утром, – прошу я. Но магистр непреклонна. Зато Иннаси начинает улыбаться чуть веселей.

– Спасибо! – ещё раз говорю я от дверей.

– Принц Александр, – вдруг произносит она, отводя взгляд, и я замираю, несмотря на ощутимые подталкивания со стороны Алисии, – сказал перед допросом, что я останусь в своём уме исключительно благодаря тебе. Что ты была готова жизнью пожертвовать ради этого.

Я возвращаюсь, склоняюсь к Иннаси и шепчу:

– Я тоже сделала это от трусости и боли.

А ещё я её потом бросила, пусть и под давлением малозависящих от меня обстоятельств, но из песни слов не выкинешь, да и нечестно это – выкидывать…

– Я рада, что оказалась хоть в чём-то похожей на тебя, – отзывается она.

– Ты – лучше меня, – говорю я, и мы обе снова ревём. Но магистр Алисия меня всё-таки выпроваживает. Мне кажется, чтобы самой не расплакаться.

– Я рада, что Вы живы, Йар, – говорит Её Величество Катарина. Сейчас, в кабинете, в мужской одежде за ней видятся сталь и огонь ещё больше, чем на балу. Там она старалась быть женственной и милой. Здесь – как есть. – И что мы мирно беседуем. Не буду скрывать – ещё недавно мне предрекали смерть от Вашего ножа.

Я вздрагиваю. Да, я тоже это ещё не так давно видела…

Александра нет, вероятно, они ещё не добрались до столицы – чудеса альдов с пространством и временем людям всё-таки не по плечу.

– Рассказ получится довольно долгий, Ваше Величество, – чуть склоняет голову альд. Мне кажется, он её дразнит или испытывает. И, честно признаться, я тоже сгораю от любопытства.

– У меня достаточно времени на действительно важные дела, – отрезает Катарина. И пытается смягчить улыбкой. – Рассказывайте, Ваше Величество.

– Вильберт Ширьяр, – говорит альд, и мне кажется, что королева чуть вздрагивает. – Вы его помните, не так ли? Вроде, Вы были с ним помолвлены двадцать три-двадцать четыре года назад…