Любовь до гроба - Анна Орлова

Удобно расположившись в просторной и светлой гостиной, господин Рельский вежливо, но настойчиво предложил дракону начать рассказ.

Мировой судья сидел в кресле и потягивал коньяк, стараясь не замечать, что дракон устроился на софе рядом с гадалкой и его руки то и дело подозрительно порхали то у талии, то у плеч молодой женщины. Шеранн наслаждался, открыто показывая господину Рельскому, сколь близкие отношения связывали его с госпожой Черновой, и, выказывая ей знаки внимания, исподтишка поглядывал на бесстрастное лицо соперника.

София лишь краснела и осторожно отодвигалась, смущенная столь беспардонной демонстрацией, но не решаясь дать отпор бесстыдному возлюбленному. Последние события окончательно выбили землю у нее из-под ног, и теперь в мыслях гадалки царил полный сумбур. Легенды уверяют, что даме весьма лестно быть предметом притязаний сразу нескольких джентльменов, однако госпожа Чернова не находила решительно ничего приятного в том, что она сделалась предметом спора, будто корова, из-за которой бранились крестьяне.

Наконец молодая женщина не выдержала: убрала со своего колена бесцеремонную руку и бросила на Шеранна строгий взгляд, без слов призывая к соблюдению благопристойности.

Вполне удовлетворившись показом, дракон перенес внимание на злополучную книгу, которая лежала у него на коленях, ласково провел пальцами по обложке и начал будто выученный наизусть урок:

— Все драконы делятся на пять Семей, по числу стихий, которые они воплощают. У каждой Семьи есть глава — Владыка, этот титул передается по наследству. Но в основном делами занимаются два его помощника: Защитник, в ведении которого все внешние вопросы, и Правитель, на которого возложено управление внутренними проблемами. Они выбираются в каждом поколении из самых способных в этих сферах, причем их определяют не сами драконы, а стихии, с помощью особого обряда. Так было испокон веков, но однажды один амбициозный огненный решил добиться власти, хотя по праву она должна была принадлежать другому. Он сумел с помощью двоих сообщников устранить настоящего Правителя и подделать результаты. Мой дядя, Защитник, давно это подозревал, но никаких доказательств у него не было, тем более, что обманщик был давним другом Владыки Огненных. Но однажды один из соучастников оказался при смерти и в бреду много чего наговорил. Наша знахарка тайком послала за Защитником. Оказалось, что умирающий с самого детства вел записки, куда педантично заносил все обстоятельства. Предатель сказал: "Дневник спрятан у "раидо радуги!"… В конце концов дядя вспомнил, что руну "раидо" еще называют краем моста… Дальше уже было несложно догадаться, что речь о Бивхейме, который построен на месте разрушенного Биврёста — радужного моста… Дядя отправил меня сюда якобы для контроля строительства парохода, а на самом деле с тайным поручением разыскать мемуары Шезарра, и я очень обрадовался, когда выяснил, что их нашли и поместили в библиотеку. К сожалению, обманщик тоже как-то об этом дознался и, видимо, отправил Шейлитта меня перехватить. Остальное вам известно.

Несколько минут они молчали, думая каждый о своем. Люди пытались осмыслить новые обстоятельства, дракон же смаковал свой триумф.

— Сдается мне, что вы что-то недоговариваете, — наконец заметил господин Рельский и пояснил: — Вы ведь утверждали, что приехали в Бивхейм ради каких-то таинственных дел касательно автономии, теперь же выясняется, что ваша миссия затрагивает лишь внутренние дела…

Он вперил острый взгляд в дракона, который раздраженно передернул плечами и буркнул:

— Одно другому не мешает. Шейленн возглавляет радикальную группировку, которая полагает, что драконы должны захватить власть в Мидгарде. Большинство детей стихии хочет жить спокойно, так что если убрать Правителя, все заглохнет.

— Почему тогда вы не сообщили, что среди вас есть такая клика? — воскликнула госпожа Чернова.

Шеранн посмотрел на нее уничижительно и едко ответил:

— Замечательное предложение! Мы так долго убеждали эльфов, что не претендуем на власть и хотим жить обособленно. Если бы теперь они дознались обо всем, то вынудили бы нас убраться из страны или начать войну. И вы полагаете, что мне нужно было обо всем доложить властям?