Король механизмов - Артемис Мантикор

Металлолом по просьбе Сайны доставлялся в её мастерскую, а лут частично переходил на склад, а частично — под корни терминалу для анализа. Исследование механической цепи было близко к завершению, а это значит, что я смогу шагнуть на качественно новый уровень ассимиляции механизмов.

Сам я не механист, но в терминале смогу создать существ, которые будут решать вопросы вроде техноцита и без нашего с Сайной участия. Это будет первое созданное мной существо с четырьмя цепями.

Но пока что это был лишь один из многих перспективных проектов для роста.

Глядя на всё это я вздохнул и с чувством удовлетворения от хорошо проделанной чужими руками работы, отдал следующий приказ.

— Ну что, лифт на восемнадцатый готов. Отдыхаем и готовимся. Тумор, начинай копать на девятнадцатый.

Уже завтра мы узнаем тайну двадцатого этажа.

Интерлюдия

Ангедония

— Принцесса, король не любит ждать, — проскрежетал зомби в низком поклоне.

Нежить она не любила. Зачем и по чьей прихоти оживает мебель она понимала с трудом. Всё, что не являлось живым, не представляло для неё никакого интереса.

А ещё лучше — чтобы это было разумным. А ещё — осознанным!

Куда больше она любила рабов. Рабы могут испытывать эмоции, а эмоции — её пища. Иных путей для принцессы безумия не могло быть. Порой она заглядывала в покров в поисках столь редких для неё удовольствий. Впрочем, она была благодарна даже за это.

Рабы слишком привыкли к подобному, и порой ей казалось, что они реагируют лишь по привычке. Эмоций же там было чуть. Хотя и это во много раз лучше, чем ничего.

Зомби же…

— Ненавижу зомби, — скривилась девушка. — Скажи, мертвец. Летит к тебе двуглавый дракон. Что будешь делать?

Принцесса подняла руку и начала активно шевелить средним и указательным пальцами.

— А-а…? — тупо переспросило существо.

Два пальца с чавканьем вошли в глазницы зомби.

— Сожалею, что разгневал вас, госпожа, — с сожалением и усталостью проговорил мертвец. Боли он, впрочем, не чувствовал. Зрение же ему и вовсе давали совсем не глаза.

В пустых глазницах мертвеца показались горящие некротической зеленью магические окуляры. Впрочем, это тоже мана, хоть и не родная её цепям.

Принцесса выпила без остатка всё, что было в покойнике и без каких либо чувств впитала в себя. Некротизм выжег часть кожи, но ей было плевать. Сердце забилось чуточку чаще, вырывая её из беспросветной, бесконечной, абсолютной, безграничной, космически-необъятной и дальше по её списку, скуки.

Но реагировать было нужно.

Принцесса Аселла по прозвищу Ангедония, растянулась в фальшивой улыбке, и нырнула в Океан Трав. Так она называла свои владения, пожалованные Королём.

Обратившись сгустком чёрно-фиолетовой дымки, она полетела между колыхавшимя травами к невидимым глазу, крохотным дырам в земле. Они уходили вниз, к Престолу и окружавшим его рабочим.

В таком виде она могла пересекать большие расстояния за короткий срок. Когда-то давно, ещё в другом мире, её первым классом был егерь. Впрочем, об этом она помнила крайне мало, как и все здесь. Хорошо помнил их прошлое разве что Всеединый Король-под-Дорогой.

— Ваше величество. Я здесь по вашему зову, что един со мной в порыве моего сердца…

— Довольно, Аси! — пророкотал Голос.

Тело настоящего короля она не видела безмерные десятки тысяч дней, с времени Воцарения короля под Дорогой. Но и одного только голоса хватало, чтобы девушку пронзило дрожью.

Эмоции! Эмоции!! Эмоции!!! Даже тень от них делала Ангедонию самым верным и преданным слугой Короля.

По её мнению, разумеется.

— Я сделаю всё, мой король! — с вожделение ответила она королевскому Голосу.

— Дитя воли моей, Ангедония, благословенное дитя Стены Хостер, был подло убит негодяем, зовущим себя корректором твоего сектора, Аси. И воля моя для тебя такова, что и в момент твоего назначения Наместником.

Девушка окончательно собралась из мрака. Перед ней был стержень узла сектора, единый с образом Всеединого Короля-под-Дорогой.

Призрак гигантского стального скелета с алыми механичекими глазами прошёлся по ней, автоматически проводя сканирование.

— Как только подлец переступит Границу, — продолжил Он, — повелеваю убить и сотворить всё, что пожелает твой дух! Не справишься, и гнев мой великий на негодяя, будет лежать и на тебе. Ты — мой наместник, воля от воли моей.

— Да, Король! Я сделаю всё! — в голосе девушки было восхищение и фанатизм.

— Не заставляй меня приходить лично, дочь воли моей, — пророкотал Голос. — Ибо тогда моя Воля может обратиться к другому. Тебе ведомо, что стало с наместником семьдесят третьего, пропустившего прорыв композита.

Ангедония продолжала улыбаться счастливой улыбкой на всё лицо. Один из страшнейших создателей цепей за последние сколько-то циклов. Она не помнила и не вела счёт дням. Зачем, если все они одинаковы.

— Я буду счастлива принять наказание, — улыбнулась она.

Имя наместника, не сумевшего остановить создавшее композит чудовище она тоже забыла. А что с ним случилось — помнила. Его отдали тому, что обитает за двадцать первым этажом. По своей воле Ангедония никогда бы не ступила в земли аномалий на корм обитавшей в её сердце Мёртвой Мечте.

— Ты помнишь. Это хорошее напоминание о том, почему нарушение Кодекса ведёт к смерти. Создатель цепи должен быть сурово наказан, иначе таких мест в Стене станет больше.

— Всё бессмысленно. — отозвалась Ангедония. — Ничто не имеет значения. Я приму наказание с радостью, если так пожелает мой король!

Как и десятки тысяч дней до этого, Король оставался таким же мудрым и полным сил. Он не оставлял без внимания ничего во владениях за дорогой и знал то, чего не знала она.

Ей было слишком скучно интересоваться.

Но её кумир и король никогда не знал слова «скука».

— Дитя Стены Хостер с санкционированной плановой чисткой не