Период полураспада. В ядерном аду - Алексей Махров

– Вася! А ну-ка, помоги! – скомандовал Скорострел Панкратову и, взявшись за край плиты, попытался сдвинуть ее в сторону.

– Ты, солдатик, вконец охуел?! – Катя, в шоке от увиденного кощунства, попыталась оттащить Скорострела за рукав. Он отмахнулся. Ее брат, подумав пару секунд, чью сторону принять, бросился на подмогу лейтенанту.

Их усилия быстро увенчались успехом – собственно, плиту держала только скопившаяся по краям земля. Под плитой открылась глубокая яма – три вкопанных бетонных колодезных кольца. А вот на ее дне… На дне ямы виднелась крышка люка с кремальерой.

– Что это? – в один голос вскричали Панкратовы.

– Это, друзья, прямая дорога в подземную Москву! – ответил Пашка. – Помните на складе заваленный тоннель? Так вот за этим люком колодец аварийного выхода, который ведет прямо за завал!

– А что там, в Москве? – спросил Василий.

– Есть там кое-что ценное… – задумчиво сказал Павел, решая, стоит ли продолжить.

– Более ценное, чем десятки тонн продовольствия? Ух ты! – восхитилась Катя. – Боеприпасы?

– Нет, но имеющее военное значение, – неопределенно пояснил Паша. Наконец, решившись сказать правду, Скорострел продолжил: – Валера Истомин, сын полковника Истомина, сказал мне перед смертью, что тоннель ведет в подземные укрытия одного «ящика», и там, в специальном закрытом боксе стоит «Изделие 712-24».

– В ящике? – удивился Вася.

– Так до Войны называли закрытые НИИ, разрабатывающие военную технику. Впрочем, так же называли и производящие ее заводы. Почему именно «ящиком» – не знаю! – пожал плечами Павел.

– А что такое НИИ? – спросила Катя.

– Научно-исследовательский институт. И, предваряя ваш следующий вопрос, – я не знаю точно, что такое «Изделие 712-24». Валера сказал – это типа волновой пушки. Очень страшная штука. Он узнал про нее от отца, тот в свое время военпредом в том «ящике» работал. Полковник рассказал, что успешные испытания прошли перед самой Войной – чуть ли не за месяц до начала. Прототип после испытаний поставили на консервацию и приступили к разработке серийного образца.

– Солдатик, а можно, я с тобой? – робко спросила Катя. – Ты ведь знаешь, как я всякие стреляющие железки люблю! Даже больше, чем кувыркания на койке!

Вася тоже кивнул, обозначая и свою заявку на участие в походе.

– Хорошо, но делиться с тобой, Катерина Матвеевна, я не буду! – после минутного раздумья сказал Пашка.

– Да и хрен с тобой, солдатик! – Катя скорчила жалостливую гримаску, должную обозначать «Все так и норовят обидеть бедную девушку!».

– И слушать меня как господа бога! – на всякий случай добавил Павел.

Сразу после похорон красноармейцев Павла позвал к себе сержант Котов. Он, как выяснилось, исполнял в отряде функции контрразведчика. Разместилась «кровавая гэбня» в «намоленном» месте – уцелевшем здании полицейского участка. Кот и парни из его взвода, занятые фильтрацией горожан и взятых в плен бредунов и «подземных», просто сбивались с ног (беспредельщиков быстренько прислоняли к стенке, а остальных изолировали для более вдумчивого разговора), но время для разговора с Пашей сержант нашел. Они вышли в коридор и уселись на подоконник.

– Мне уже доложили, Паша, что ты на кладбище какой-то подземный ход нашел! – сразу взял быка за рога Котов. – Куда он ведет, знаешь?

– В Москву!

– В Москву?! – удивился сержант. – Но там же…

– Да сказки все это, Кот, сказки! – махнул рукой Пашка. – И про радиацию, и про мутантов-людоедов… Я лично чуть ли не до Садового кольца доходил.

– Ну, уж ты и скажешь! – рассмеялся сержант. – Придумали тоже: «мутанты-людоеды»! А вот радиация – реально опасная штука!

– Знаю, Кот, знаю! Сколько я друзей и знакомых похоронил, которые по глупости и жадности в «горячую» зону влетели. Но сейчас я напролом не полезу – большую часть пути намереваюсь проделать под землей!

– Ты так уверен, что раскопанный тобой на кладбище ход до самой Москвы ведет? – спросил сержант.

– Валера Истомин сказал, что ведет. Ты извини, но я тебе сразу говорить не стал, хотел сперва сам проверить.

– А я все гадал: чего это ты так горячо рвешься почтить память совершенно неизвестного тебе человека? – хмыкнул Кот. – И что там – нечто интересное?

– Возможно! – пожал плечами Павел. – Истомин говорил про какую-то «волновую» пушку.

– Угу… – Котов задумался. – Можешь оказать мне одну услугу?

Пашка кивнул.

– Я так мыслю, что Виссарион тебе в подземной прогулке не откажет. Как только с бредунами Мартына и Корявого договоритесь, у вас и дел-то никаких не будет. Это у меня только-только работа начинается. Возьми с собой одного из моих людей! Ну, хотя бы Степу Рогозина, ты его уже знаешь, он парень надежный. Пускай он с тобой по Москве пошарится – нам ведь тоже интересно знать обстановку.

Скорострел прикинул: лишний ствол помехой не будет. Соглядатай от контриков? И пусть – у него никаких секретов нет. Если честно, то в реальность существования «волновой пушки» Паша не верил. Просто ему нужен был некий предлог для себя самого, чтобы посетить Москву.

– Заметано, Кот! – Они пожали друг другу руки, и сержант ушел заниматься своими очень важными делами.

К счастью, Мартына не пришлось искать по лесам – к вечеру того же дня к предполью в районе главных ворот Электрогорска, где красноармейцы уже начали устанавливать новые минные поля, подъехал знакомый раздолбанный «уазик». Из него вышел бородатый мужик и несколько раз махнул условно белой тряпкой. Ему пришлось подождать – сначала наблюдатели доложили о появлении гостя майору Сапожникову, а уж тот, сообразив по описанию, кто именно приехал на переговоры, вызвал лейтенанта Скорострелова.

Паша вышел за ворота, взглянул в бинокль на одинокую фигуру, топчущуюся у ржавой развалюхи, и призывно махнул рукой.

– Здорово, Скорострел! – приветствовал лейтенанта Мартын. – Отстояли, стало быть, городок? Спасли толстожопых?

– Не для них старались, Мартын! – усмехнулся Пашка. – Ты за своей долей приехал?

– Ну, не так, чтобы прямо сразу, – растерялся бредун. – А уже можно получить?

– Конечно! – кивнул Паша. – Приводи своих людей, и мы выдадим каждому по банке варенья и коробке печенья! За ваше доблестное невмешательство во время штурма…

– Издеваешься, Скорострел? – скривился Мартын. – Я к тебе со всем почтением, а ты…

– А чего ты ожидал, Мартын? – сделал удивленное лицо Паша. – Что тебя по первому требованию халявным тушняком завалят? Нет, дорогой друг, так просто не выйдет… Конечно, отрабатывать жратву я тебя не заставлю, но все-таки определенные условия выдвину.

– Какие? Не нападать на вас? – хмуро усмехнулся бредун.

– Неужели среди вас остались желающие попробовать на зубок «Стальное кольцо»? – хихикнул Паша. – Сейчас, когда оно значительно усилено и его контролируют не толстожопые, а красноармейцы?