Врата трех миров - Ян Ирвин

— Она спит, — сказал Мендарк и проследовал дальше по коридору.

Вернувшись в свои покои, Мендарк улегся в постель с Зеркалом в руке. Мансеры и целители столпились вокруг него. Таллия хлопотала у кровати, вид у нее был напряженный.

— Начинайте! — приказал Мендарк.

Уже месяц, как наступила весна, но погода не изменилась. Казалось, что зима — самая долгая на их памяти — не собирается сдавать свои позиции.

Магрета не знала, что Зеркало трогали: когда она проснулась на следующее утро, совсем выздоровевшая, оно снова лежало под подушкой.

Она сидела за завтраком вместе с Караной и Лианом в одном из кабаков крепости. За соседним столом сидел Иггур и читал за едой. Снаружи донесся шум. Дверь отворилась, и на пороге появился человек с молодым лицом, которого с одной стороны поддерживала Таллия, а с другой — Оссейон. Помощники отступили в сторону, и человек сделал осторожный шаг вперед. Он покачнулся, как новорожденный жеребенок. Еще один шаг, и он снова пошатнулся. Но с каждым шагом его походка становилась все увереннее.

— Кто это? — услышала Магрета шепот Лиана. — Лицо знакомое.

Этот молодой стройный человек со щеками мягкими и розовыми, как у ребенка, стремительно одолел последние несколько шагов до их стола. Тяжело дыша, он сел на свободное место, откинув голову, и разразился громовым хохотом.

— Сработало! — воскликнул он. — Какое пари со смертью!

— Мендарк! — выдохнула Магрета.

Это действительно был Мендарк, наверно, так он выглядел, когда был молодым человеком. Он был красив, хотя румяные щеки, широкий нос и полные губы придавали ему слишком чувственный вид. Но в то же время было в нем что-то совсем новое. Магрета не могла понять, что именно.

— Спасибо тебе, Магрета, — сказал Мендарк.

— За что?

— Я одолжил у тебя ночью Зеркало для своих чар обновления.

— Мне следовало догадаться! — воскликнула она. Сейчас черты лица Мендарка были как бы отражены в Зеркале. Как если бы говорящие с Магистром стояли у него за спиной и смотрели на его отражение в Зеркале.

— Это недолго продлится, — кисло заметил Иггур, и в голосе его прозвучала легкая зависть. — Тебе повезет, если чар хватит на год.

— А мне все равно, — отмахнулся Мендарк — ничто не могло испортить его прекрасного настроения. — Я прожил свою жизнь, и другая мне не нужна!

— Тогда зачем же ты это сделал? — с горечью спросил Иггур.

— Просто ради азартной игры! — воскликнул Мендарк. — И ради задачи, которую ты не в состоянии выполнить: нужно покончить с Рульком и Феламорой.

Днем, как всегда, целая процессия отправилась к мастерской Тензора. Они ушли оттуда после встречи с Тензором, и его ругань зазвенела у них в ушах — так происходило каждый день.

— Я скажу вам, когда она будет готова! — орал он им вслед. Мендарк с Иггуром переглянулись.

— Ну что, Мендарк, ты все еще считаешь, что Тензор — самый удачный вариант? — спросил Иггур.

— Это был единственный вариант, — бодро ответил Мендарк.

Магрета молча шла за ними. С тех пор как она отдала свое золото на изготовление флейты, она отдалилась ото всех — даже от Шанда. Это было мучительно.

На следующий день один из шпионов Иггура вернулся из Эллюдора.

— Что ты узнал? — сразу же поинтересовался Лиан.

— Немного, летописец, — ответил Иггур. — Сотни феллемов собрались в Эллюдоре, и все подходы к долине запечатаны. Наверно, их предупредили, потому что мы никого из них не поймали по пути.

— Она не сможет заставить свой инструмент работать, — сказала Малиена. — Феллемы никогда не умели управлять такими устройствами.

— После нашего недавнего опыта, — вмешался Шанд, — нам не следует недооценивать Феламору.

— Тогда нам лучше бы выяснить, откуда взялось то золото, — заявила Малиена.

— Есть какие-нибудь новости из Шазмака?

— Ни один из моих шпионов не вернулся оттуда. Но это еще не все, — сказал Иггур. — Хуже то, что слухи о катастрофе в Эллюдоре быстро распространились. Половина моей империи восстала. Жители Мельдорина увидели тут возможность поквитаться со мной. Они знают, что я слаб и нахожусь в сложном положении.

Вид у него действительно был неважный.

— Доходят слухи и о том, что за морем снова зашевелился Тиллан, — сообщил Мендарк. — Уж скорее я подружусь с тобой, Иггур, чем с ним.

Сняв шляпу, Иггур поклонился ему в пояс.

— К вашим услугам, — произнес он с иронией.

— Я серьезно! Давайте используем флейту и нападем на Шазмак, прежде чем Рульк будет готов.

— Думаю, она едва ли сработает, — апатично проговорил Иггур.

Магрета уже час сидела у незажженного камина, размышляя и не находя ответов на свои вопросы. Кажется, Мендарк снова берет все под контроль. Ей вовсе не нравилась мысль, что он стал обладателем флейты. И вдруг девушка почувствовала чье-то присутствие у себя за спиной. Это была Карана.

— Горячий чай, — прошептала Карана. В руках у нее были чайник и чашка. — Тут так холодно.

— Я не боюсь холода, — ответила Магрета. — Я к нему привыкла.

— У тебя усталый вид, — заметила Карана. — Ты уверена, что оправилась после лихорадки?

— О да! Просто я… — Магрета запнулась. — Я экпериментировала с вратами.

— И как обстоят дела?

— Хорошо, мне уже не нужны для этого реальные предметы, чтобы их построить, — я могу их создать с помощью своего сознания.

— Разве это не опасно?

— Может стать опасным, особенно если врата заблудятся. Может быть… трудно отыскать дорогу назад. Но в то же время это дает мне большую свободу.

— А часто они сбиваются с пути?

— Пока что так случалось лишь один раз. Врата открылись в вихрь кошмара, и мне пришлось немедленно отправляться домой. Это чуть не убило меня. Целый день я была прикована к кровати.

— Значит, у тебя была совсем не лихорадка?

— Лихорадка была, но недолго. А в основном это была дурнота вследствие использования врат. Я теперь всегда устаю. Недостаточно сильна.

— Для чего?

— Меня охватывает паника всякий раз, как подумаю о том, что предстоит. Как мне сломать Непреодолимую Преграду и восстановить равновесие между мирами, не уничтожив все живое? Я понятия не имею, а спросить не у кого.

Несколько дней спустя Лиан ворвался в облюбованный ими кабачок.

— Скорее! — закричал он Каране и Магрете. — Возле мастерской что-то происходит! — И он тут же выскочил наружу.

— Что такое? — допытывалась Магрета, несясь за ним.