Именем Горна? - Юрий Погуляй

Как-то странно вел себя чародей в последние дни. Да и вообще, куда подевался тот наивный мальчуган, которого он повстречал тогда в Ниране? Неужели так сказались на маге южные для него королевства? Навидался, похоже, только плохого… Повзрослел так быстро… Дурной путь достался?

Ведь не так уж и плохи эти земли.

Ладомар улыбнулся своим мыслям. Надо же, как рассуждать начал. Тоже меняется.

С гор подул ветер, зашумели сосенки, и паладин с удовольствием подставил лицо холодному дыханию природы. Старр как-то сказал, что все проблемы воин Горна создавал себе сам. Что от отношения к миру зависит то, как ты проживешь эту жизнь. Невероятно мудр оказался бывший король. Видел то, что усиленно не хотел замечать Ладомар.

Вернувшись к отдыхающим товарищам, паладин кивнул в сторону перевала:

– Сыро будет. И холодно очень.

Старр не ответил. Он с восторгом любовался каменными склонами. Да, красиво. А для того, кто никогда не видел гор, – вдвойне. Ладомару уже приходилось бывать в подобных местах. Вместе с горными егерями Эймора он не одну неделю бродил по перевалам да долинам. Но там все иначе было. Теплее как-то.

Завет бывалого горца, имени которого Ладомар вспомнить не мог, сейчас лишь тревожил воина.

«Когда небо сходит на землю – не стой между ними», – говорил он. Как бы хотелось его послушаться…

– Эйдор, чего такой мрачный? – Паладин сел рядом с волшебником.

Юноша перевел задумчивый взгляд на товарища, минуту испытующе смотрел в глаза Ладомару, будто решаясь, и наконец ответил:

– Я доведу вас до перевала, а дальше сами. На седловине расстанемся.

Паладин удивился. Старр многозначительно повел левой бровью, и только Лемилла никак не отреагировала, но Ладомар на это внимания не обратил.

– Почему?

– Меня там ждут… – Эйдор кивнул на горы. – В Анхоре меня ждут! Двое магов-убийц гораздо сильнее меня. И то, что они замышляют, мне понятно. Я не вернусь туда.

– Я не понимаю… – неуверенно улыбнулся Ладомар.

– И не поймешь, – зло ответил юноша. – Я сбиваю ноги, теряю друзей, брожу по диким странам, чтобы привести им эту дуреху, а меня встречают убийцы?! Или они думают, что я настолько туп и не почувствую их намерений?

– Чего? – подал голос Старр. – Какую дуреху?!

Эйдор с раздраженным видом посмотрел на альбиноса, затем взмахнул рукой, и маска сползла с лица рыцаря.

– Ты чего делаешь? – забеспокоился тот.

– Она пустышка. Кукла, я заблокировал ее почти полностью, – равнодушно ответил юноша. – Даже если она и узнает тебя, ничего сделать не сможет. Раньше я хоть давал ей немного воли, а теперь все. Без команды ничего делать не станет. И не надо мне про обеты говорить, ладно? Знаю я их… Я много знаю…

– Ты заблокировал женщину Халда?! – вытянулось порядком подзабытое Ладомаром лицо Старра.

– Да, – пожал плечами Эйдор. – Я устал от нее и от ее характера. Пришлось заблокировать.

– То-то она молчит, – хмыкнул Ладомар, ни капли не удивившись новости. Он догадывался, что с девушкой что-то не так, но его это устраивало.

– Не о том думаешь, брат. – Старр поднялся на ноги. – Он, получается, выкрал ее перед осадой. Ослабил город, и вообще, благодаря ему вся идущая на юге война оказывается напрасной! Это как родовое знамя выкрасть перед битвой! Я-то думал, что мы волю Халда выполняем!

– Спокойней, брат! – встревожился паладин.

– Ладомар, он враг!

– Спокойней! – рявкнул воин Горна.

– Она нужна в Анхоре. Там найдут достойное применение той мощи, которая в ней заключается. – Юноша даже не повернулся к возвышающемуся над ним рыцарю. – И только так они смогут победить в этой войне.

– Кто «они»? Анхорцы? Да сколько веков они не вылезают из своих земель и никого туда не пускают?! А здесь льется кровь!

– Она ничего не может, Старр! Она не может управлять силой Халда. Просто ее содержит. Как обычный кувшин. У нее нет дара! Уж поверь, я выспросил ее, а она мне отказать никак не может.

– Почему? – нахмурился Ладомар.

– Кольцо, – кивнул на сидящую рядом Лемиллу чародей. Девушка с отсутствующим видом смотрела на горы, будто не слыша, о чем идет речь. На указательном пальце правой руки поблескивало колечко. Старр шагнул было к красавице, и юноша добавил:

– Не снимешь. Оно не снимается, я проверял. Можно попробовать отрубить палец, но я не уверен, что поможет. Насколько я разобрался в этой магии, она действует, пока девчонка жива.

– Какие-то ты недобрые вещи говоришь. – Ладомар изучающее оглядел Лемиллу. – И непонятные.

– Я выполнял миссию. Я почти ее выполнил. В принципе мне все равно уже, что с ней будет дальше. Я иду только по той причине, что без меня тебе, Ладомар, в Анхор не попасть. Или ты уже расхотел?

Паладин нервно хлопнул по поясному кошелю, где лежал наконечник стрелы, вспомнил про Элинду и решительно кивнул:

– Нет… Я пойду…

– Ладомар, там гибнут люди! – изумился Старр. – Гибнут в войне за Халда!

– Она не Халд! – воскликнул Эйдор. – Как ты не понимаешь! Не Халд! Ты вообще знаешь, кто она?

– Кто?

– Любовница Агона. Бывшая!

– Агона? – наконец изумился Ладомар.

– Да, Агона. Слушай, там столько всего намешано – дня не хватит рассказывать. Впрочем, может, и стоит потратить денек, чтобы праведный гнев Старра утихомирить. – Эйдор бросил на рыцаря недовольный взгляд. – Она плохой человек.

– Даже если так, ты это узнал уже в дороге! Ты не мог знать этого раньше! – рыкнул Старр.

– Я и не знал. Тогда я был дураком, теперь поумнел. Чего вы взвились? Делайте, что хотите, в конце концов. Можете взять ее и идти обратно, но без меня. Пусть она и дальше служит бесполезным знаменем против тварей Усмия. Дети Халда ее слушать4 не станут.

– Откуда ты знаешь?

– Она не может управлять мощью Халда, – устало проговорил Эйдор. – Да и Дети Небесного все в Анхоре.

– Освободи ее. Разблокируй. Сними все запреты! Пусть она будет собой! Она же человек! – едва сдерживаясь, протараторил Старр.

– Эй… – Ладомар напрягся. – Может, не надо?

– Ты паладин или как? – Друг прищурился. – Он сделал из нее куклу! Ты бы видел, что он с ней вытворял… Я вот видел… Он чудовище, Ладомар!

– Она заслужила! – зло ощерился Эйдор, а в памяти возникли мертвые глаза бородача с проклятой поляны. Может быть, он действительно чудовище?

Воин Горна задумчиво кусал свои тонкие губы, отстранение наблюдая за девушкой. В спор товарищей он вмешиваться не собирался.