Серая эльфийка - Владимир Кучеренко

«Представь нас с Базирогом», – ущипнула с другой стороны темная.

– Кстати, дядь Борь, познакомьтесь, это моя девушка Теона и ее дядя Василий Игоревич.

После этих слов коротышка кинул на меня такой странный взгляд, что я аж заерзал и поинтересовался у длинноухих:

«Красавицы, а вы не в курсе, почему наш маленький друг так зыркнул на меня? Посмотрите, пожалуйста, что у него на уме? А то, боюсь, опять по незнанию обижу».

«Его мимика красноречиво все показывает и без чтения мыслей», – ответила Теона.

«Гнома интересует, почему ты представил его именно этим именем?»

«А что такого? Имя как имя. Первое, что на ум пришло».

«Возможно, это что-то значит для Базирога».

«А как бы уточнить? Просто у меня с ним не удается наладить телепатическую связь».

Блондинка и брюнетка тут же переглянулись и заулыбались.

«Вотар, одной из особенностей расы гномов является полное отсутствие магических способностей. По этой причине с ними невозможно общаться ментально», – пояснила голубоглазая.

«Обидно».

«Но с другой стороны, узнать их мысли тоже весьма проблематично. Я вообще удивляюсь, как Цветаниэль умудрилась что-то прочесть. Мне, например, это не под силу. Кроме того, не стоит забывать, что никто не способен тягаться с маленький народцем в ремесленном умении, в том числе и в создании зачарованных предметов», – добавила кареглазая.

«Нива» прыжком преодолела очередной снежный перемет, и все, кроме гнома, стукнулась головами о крышу. «Вот еще одно достоинство их расы», – подумал я, потирая ушибленное место.

– Борис Никитич, – протянул руку полицейский.

– Василий Игоревич, – пожал руку гном.

– На смотрины везете? – пошутил участковый.

– На кастинг, – усмехнулась «сестренка».

«Напрасно я переживал. Думаю, даже родная мать не отличит тебя от Светки. Ты такая же несносная девчонка, как и она», – зыркнул я на Цветаниэль, а потом спросил у участкового:

– Ну а в хуторе как дела? Есть новости?

– Да какие там новости. Разве что бабки, дуры, стали меня полицаем величать.

– А новых жителей не добавилось?

– О чем ты говоришь, Серенька? Откуда? Бежит народ из деревни, – вздохнул Никитич, – молодежи почти не осталось. Одни старики доживают свой век.

– Странно, тут такая природа красивая и воздух чистый, – удивилась Цветаниэль, и лично мне сообщила: «Я заметила, что скорость восстановления маны увеличилась на порядок и пополняется так же быстро, как на Пангее. Не то что в городе».

– Хотя брешу, вспомнил, на днях приехали двое иностранцев. Из Америки. Орнитологи вроде. Говорят, в этот период времени в наши края какая-то редкая сойка залетает. Так эти горе-ученые целыми днями с видеокамерами и фотоаппаратами шастают. Даже мороз им нипочем. Они, между прочим, у бабы Зины поселились, как раз напротив вашего двора.

Ого! Эта информация сразу насторожила.

– А почему именно у нее? – поинтересовался я.

– Так у нас в деревне все английский или французский язык в школе изучали. А старуха еще с фрицами шпрехала.

– Так они что, немцы? Вы же сказали – из Америки?

– Балакают они, как в Германии. Но откуда в Берлине негры? Ясно дело – штатовские.

– А почему тогда не из Африки? – улыбнулся я.

– Так морды их дюже откормленные – такие негры токмо в Америке.

– Дядь Борь, вы же грамотный человек. И прекрасно знаете, что говорите ерунду. Все ваши доводы беспочвенны. И в Европе полно чернокожих, и на Черном континенте толстяки встречаются.

– Я тебе докладывал, что бабки гутарят. А сам кумекаю, что слишком уж странные эти ученые.

– А в чем странность?

– Из района позвонил сам полковник, велел оказать содействие. И «не мешать ученым работать», – возмутился участковый. – Ведь к нам и раньше то археологи, то еще какие-нибудь доценты с профессорами приезжали. Но всегда по теплу, и за них особо никто не пекся.

– Хм. Действительно, подозрительно все это.

– А вот и приехали, – остановил Никитич «Ниву» прямо у родительского двора.

– Огромное спасибо, дядь Борь.

– Да не за что. О, пока помню, Серенька, заскочишь к нам участок, вирусов в компьютере погонять? А то что-то совсем виснет.

– Конечно.

– Ну давайте. Счастливо отпраздновать Новый год, – пожелал всем Никитич.

Мы выгрузились и подошли к калитке.

– И все-таки почему Василий Игоревич? – полюбопытствовал гном.

– Просто мы что-то не обговаривали, как тебя представить. А это имя – первое пришедшее в голову созвучное с твоим настоящим, – объяснил я. – А что, не нравится?

– Ха, наоборот, в который раз дивлюсь твоей прозорливости, – стукнул меня по плечу (вернее, хотел по плечу, но ударил чуть выше локтя) гном и извлек из внутреннего кармана бумажник, порылся в нем и показал один из своих паспортов на имя… Кузнецова Василия Игоревича!

– Надо же какое совпадение! – хмыкнул я.

– А совпадение ли? – прищурился Базирог. – Твои бы способности да пропустить через Академию магии, причем через все три: человеческую, эльфийскую и дроу.

– А что, я не против! Стану каким-нибудь супер-пупер-архи-колдуном. Когда там у вас вступительные экзамены? – обратился я к дамам.

– Сначала нужно тебя основательно подготовить, а то начнешь решать все в джоулях да ньютонах, – усмехнулась Цветаниэль.

Вдруг отъехавший полицейский автомобиль остановился, а затем сдал задним ходом. Похоже, участковый опять что-то вспомнил и поманил меня пальцем. Оставив друзей на улице, я сел в машину.

– Не хотел при всех говорить, Серый, но насчет тебя пришло указание. Как появишься, должен сообщить в район. Не знаю, что вы там натворили, но верю, что парень ты хороший. Поэтому если что – я тебя пока не видел. Но числа третьего вынужден буду доложить, сам понимаешь.

– Спасибо еще раз, дядь Борь.

– Мы своих не сдаем. Насчет паспорта тоже не беспокойся: заявление от тебя принято и проведено тем числом, каким ты просил. И еще один момент: к соседу вашему, Гришке-слепому, сын приехал с Севера, в отпуск, что ли.

– Витек?

– Представился так. Сам-то я его плохо помню. Григорий как ослеп после сварки, так жинка от него и ушла с пацаненком, еще малым тогда. И четырнадцать лет ни слуху ни духу. А тут вдруг приехал отца проведать. С одной стороны, парень работящий: и дров бате наколол, и забор подправил, и шифер на крыше лопнувший заменил. Но все равно странный он какой-то. Так вот просьба: сходи проведай старого приятеля. Вы же в детстве неразлейвода ходили. Лучше тебя Витьку никто не знал. Проверь, он ли это? Вспомните что-нибудь из шалостей своих. Например, как велосипедные камеры из шланга нарезали. А потом нагоняй получили. Такое должно на долгие годы запомниться.