Цвет моих крыльев - Екатерина Шашкова

Вдохновленная шальной идеей, я взялась за приготовления.

Нашла три витые свечки, прилепила их к блюдцам (не хватало еще ковролин парафином закапать) и расставила на полу, пытаясь изобразить равносторонний треугольник. Линейку, чтоб выровнять фигуру, не нашла, а с глазомером у меня всегда были проблемы… Ну да ничего, должно сойти. Теперь бы еще граничные линии как-нибудь изобразить…

Покопавшись пару минут в кладовке, я извлекла оттуда длинный моток атласной ленты и расстелила ее на полу, соединяя свечи. А затем с чувством глубокого морального удовлетворения плюхнулась на задницу внутри получившегося треугольника и приготовилась… К чему?

Я не имела ни малейшего понятия, как и что делать дальше. Осталось только закрыть глаза, расслабиться и ждать ниспосланного мне свыше озарения.

Но озарение, как назло, не спешило. Я просидела в одной позе почти полчаса, старательно отгоняя навязчивые мысли о том, что надо купить новую застежку для рюкзака, высушить шмотки и умыться… Потом у меня затекли ноги…

Вскоре я вспомнила, что забыла зажечь свечи!

От души чертыхнувшись, я исправила эту оплошность и решила повторно испытать судьбу. То есть снова устроилась внутри треугольника и попыталась погрузиться в атмосферу таинственности.

Свечные огоньки мерно трепетали на сквозняке, но в комнате, залитой полуденным солнцем, они смотрелись несколько неуместно. Пришлось снова вставать, задергивать шторы…

Решаясь на третью попытку, я уже чувствовала себя полной дурой. Утешало одно – подсмотреть за моей глупостью, чтобы затем растрезвонить о ней по всему свету, было некому. Кошка, дремавшая на диване, в расчет, понятное дело, не принималась.

Устроившись поудобнее, я уставилась на ближайшую свечу и попыталась разглядеть в огне… ну, хоть что-нибудь необычное. Но пламя, к сожалению, было совершенно банальным – алая капля, временами меняющая очертания. Капля пульсировала в каком-то своем ритме, то разрастаясь, то сжимаясь до маленькой искорки, наклонялась и вправо, и влево, пригибалась к самой свече, а затем резко взлетала ввысь…

Я завороженно следила за странным танцем, боясь спугнуть наваждение неловким движением. Даже дышать, кажется, забыла. И уж, конечно, пропустила момент, когда метла, спокойно стоявшая в углу за моей спиной, неожиданно вздрогнула и шелестнула прутьями. Мутный темный камень, вделанный в древко, стал медленно наливаться глубоким синим цветом.

А между мной и свечой вдруг соткалась из воздуха и начала медленно разрастаться серебристая паутинка. Постепенно в нее добавлялись все новые и новые нити, и вот в плетении уже ясно угадывались очертания какой-то пещеры, людские силуэты, курносый профиль моей остроухой знакомой…

За моей спиной скрипнул диван, и почти сразу же раздался грохот, сопровождаемый диким мявом. Пламя резко взметнулось вверх и тотчас же погасло.

Я подскочила, почти физически ощущая, как рвутся серебристые нити, связующие меня с «прекрасным далеко». Обернулась.

Крупная черная кошка прижимала к полу трепыхающуюся метлу, умудряясь при этом буравить меня по-человечески свирепым взглядом.

– Ну что? Доэкспериментировалась?

– Э-э-э? – невразумительно промычала я, протирая глаза.

– Ой, ну и странные же вы существа, люди! В другие миры верите, а говорящим кошкам удивляетесь.

– Я не удивляюсь… – поспешно подбирая с пола упавшую челюсть, запротестовала я. – То есть не удивляюсь кошкам как таковым… но ты… Ты же всегда была просто кошкой! Со странностями, конечно…

– А ты всегда была просто девушкой, хоть и со странностями, – парировала Багира. – Я же не удивляюсь, что ты вдруг решила выпустить на волю всех своих тараканов. Что ты без подручных средств почти пробила портал… И пробила бы, если бы я тебя не остановила! Вся в прабабку, такая же сумасшедшая. Вообразила себе черт знает что, а попутно еще и метлу разбудила.

– А она что, спала? – До этого я была свято уверена, что помело, пылящееся в углу, – просто сувенир. А по совместительству еще и показатель чувства юмора моих подруг, однажды подаривших мне на день рождения вот такое… хм, орудие труда.

– Не спала, а… скажем так, дремала. Ждала, когда ты наберешься сил, чтоб с ней совладать.

– А я набралась? Так я что, правда ведьма? И я это не придумала, это на самом деле так? А я и летать теперь смогу, да? Так я же самый счастливый человек на свете!

Я чувствовала себя как вездесущий мальчик со шрамом, которому сообщили, что он волшебник. И выглядела, надо полагать, так же глупо. Но кошку это, по всей видимости, забавляло. Некоторое время она просто следила за моим лицом, на котором одно выражение сменяло другое, как на анимированной аватарке. А потом…

– Нет!

– Э-э-э? – протянула я, чувствуя, что начинаю повторяться.

– Летать тебе еще рано. Это во-первых. Сознательно колдовать тоже пока не позволю – это во-вторых. Ну а в-третьих, ты не человек.

– Э-э-э?..