Тень ночи - Дебора Харкнесс

Я пробежала глазами по строчкам и облегченно вздохнула. Петер Пень жил в далекой Германии. Но тревога тут же вернулась, стоило мне прочесть, что дядя одной из жертв жил в Лондоне и имел пивоварню, находившуюся на полпути между нашим домом и замком Байнард. Меня в одинаковой степени шокировали ужасающие подробности убийств и то, как далеко заходили люди, чтобы защищаться от существ нечеловеческой природы, живущих среди них. Петер Пень фигурировал в памфлете как ведьмак, заключивший сделку с дьяволом, что позволяло ему менять обличье и удовлетворять свою неестественную жажду крови. Хотя этот Петер более походил на вампира. Я сунула памфлет под книгу и пошла к прилавку.

– Госпожа Ройдон хочет кое-что купить у вас, – пояснил Джордж.

Мое имя словно выдуло все мысли из мозга Чандлера.

– Да, – подтвердила я. – Красные чернила, если они у вас есть. И душистое мыло для умывания.

– Конечно.

Ведьмак поискал среди оловянных бутылочек и, найдя нужную, выставил ее на прилавок.

– Вам, наверное, понадобится и воск под цвет чернил?

– Мне подойдет любой воск, какой у вас есть, мастер Чандлер.

– Я тут нашел у вас одну из книг мастера Хестера, – сказал Джордж, касаясь переплета книги. – Я рассказывал госпоже Ройдон, что ваши чернила ничуть не хуже его чернил, зато вдвое дешевле.

Комплимент Джорджа вызвал у аптекаря вялую улыбку. Он достал несколько красно-розовых брусков воска и два шарика пахучего мыла, добавив все это к чернилам. Я выложила на прилавок памфлет о немецком вампире и руководство по борьбе с крысами. В глазах Чандлера появилась настороженность.

– А что до этой книги… мне сосед-печатник принес несколько экземпляров. Подумал, раз трактат по медицине, у меня скорее купят, – пояснил Чандлер.

– Госпоже Ройдон тоже будет интересно, – решил за меня Джордж, кладя книгу поверх моих двух.

Уже не в первый раз я удивлялась, как люди могут совершенно не замечать того, что происходит у них под самым носом.

– Сомневаюсь, что этот трактат подойдет для леди…

Чандлер не договорил, многозначительно посмотрев на мое обручальное кольцо. Я хотела ему мысленно ответить, но Джордж меня опередил:

– Муж госпожи Ройдон не станет возражать. И потом, она изучает алхимию.

– Я возьму эту книгу, – решительно заявила я.

Пока Чандлер заворачивал наши покупки, Джордж спросил, не порекомендует ли он мастера по изготовлению очков.

– Господин Понсонби – мой издатель – опасается, что глаза подведут меня раньше, чем я успею завершить свой перевод Гомера, – с важным видом сообщил Джордж. – Мать слуги снабдила меня рецептом одного снадобья, но оно не помогло.

Аптекарь пожал плечами:

– Бывает, эти доморощенные средства помогают, но мое надежнее. Я весьма успешно продаю припарку из яичного белка и розовой воды. Будете смачивать ею тряпочки и прикладывать к глазам.

Пока Джордж и Чандлер торговались о стоимости припарки и сроках доставки, Пьер забрал наши пакеты и застыл возле двери.

– Всего вам доброго, госпожа Ройдон, – произнес аптекарь, поклонившись мне.

– А вам, господин Чандлер, спасибо за помощь, – ответила я.

Я в Лондоне совсем недавно. Ищу ведьму, способную мне помочь.

– Всегда рад вас видеть, – учтиво ответил Чандлер, – хотя и в Блэкфрайерсе есть прекрасные аптеки.

Лондон – опасное место. Будьте осторожны с теми, у кого просите помощи.

Откуда аптекарь узнал, где я живу? Раньше чем я успела задать ему вопрос, Джордж пафосно распрощался с Чандлером и чуть ли не за руку вывел меня на улицу. Пьер держался так близко, что мой затылок ловил его холодное дыхание.

На обратном пути я спиной чувствовала: за нами следят. Пока я находилась в аптеке Чандлера, по окрестностям разнеслась весть о появлении ведьмы. Что ж, сегодня я наконец-то достигла поставленной цели. Две ведьмы даже вышли на крыльцо своего дома. Они стояли, сложив руки на груди, и со сверлящей враждебностью глазели на меня. Их лица и фигуры были совершенно одинаковыми. Наверное, сестры-близнецы.

– Варг, – пробормотала одна из ведьм, плюнула в сторону Пьера и расставила пальцы, сделав знак, отгоняющий дьявола.

– Идемте, госпожа. Время уже позднее, – сказал Пьер, беря меня за локоть.

Его стремление поскорее увести меня и желание Джорджа выпить вина способствовали тому, что обратный путь мы проделали быстрее. Мы благополучно вернулись в «Оленя и корону». Мэтью до сих пор не возвращался, и Пьер отправился его искать. Вскоре после этого Франсуаза начала делать Чапмену более чем прозрачные намеки о позднем времени и моей потребности в отдыхе. Переводчик Гомера откланялся и ушел.

Франсуаза уселась возле камина шить, то и дело поглядывая на дверь. Я решила испробовать новые чернила. Сначала я вычеркнула из списка все купленные товары, затем добавила к ним «крысоловку», написав это слово по правилам елизаветинской орфографии. Далее настал черед книги Джона Хестера. Аптекарь завернул ее в плотную бумагу, маскируя вполне медицинское, но непристойное с обывательской точки зрения содержание. Книга была посвящена лечению венерических заболеваний. Почти все перечисленные лекарства содержали опасные концентрации ртути. Неудивительно, что Чандлер не хотел продавать этот трактат замужней женщине. Я едва успела прочитать первую главу и взяться за вторую, как из кабинета Мэтью донеслись голоса. Франсуаза поджала губы и покачала головой.

– Сегодня ему понадобится больше вина, чем у нас есть, – проворчала она.

Служанка встала и пошла к лестнице, захватив по пути пустой кувшин.

Я отправилась на звук голоса Мэтью. Муж по-прежнему находился в кабинете, где стаскивал с себя одежду и бросал в разожженный камин.

– Милорд, он злой человек, – угрюмо сказал Пьер, отстегивая хозяйский меч.

– Для такого исчадия ада слово «злой» не годится, а подходящего слова еще не придумали. После сегодняшнего дня я бы сам поклялся перед судьями, что он дьявол во плоти.

Длинные пальцы Мэтью развязывали тесемки облегающих штанов. Штаны тоже упали на пол. Мэтью подхватил их и швырнул в огонь, однако сделал это недостаточно быстро. Я заметила пятна крови, а ноздри уловили заплесневелый запах сырых камней, старинного подземелья и грязи. Все вместе мгновенно пробудило воспоминания о моем пленении в развалинах Ла-Пьера. Горло наполнилось желчью. Почувствовав мое присутствие, Мэтью стремительно обернулся:

– Диана…

Он мгновенно понял, каково мне, и торопливо сбросил рубашку, оставшись в полотняном нижнем белье. Затем, переступив через валявшиеся сапоги, подошел ко мне. Отсветы пламени играли у него на плечах, высвечивая многочисленные шрамы. Шрам над правым плечевым суставом был самым длинным и глубоким. От игры огня казалось, что шрам подмигивает.