Осколки сгоревших звёзд - Морвейн Ветер

Исгерд кивнула.

— Даже не обязательно что-либо доказывать. Достаточно просто поднять скандал.

— Я не уверен…

— Это детали, — Исгерд повернулась к нему. Она уже снова держала чашку у губ и, сделав небольшой глоток, отодвинула её от себя. — Я согласна, что нужно выяснить, кто его покрывал. В чём проблема? Вы не можете расколоть Чокера?

— Я… — Ролан провёл рукой по волосам, нервно кашлянул, — я его убил.

Исгерд молчала. Спокойный взгляд её продолжал буравить Ролана как сверло.

— Я не мог позволить ему…

— Ты пытался отомстить, — констатировала Исгерд.

— Ты явно этому не рада.

Исгерд пожала плечами.

— Месть — глупа. И сейчас мы пожинаем плоды.

— По крайней мере, ты не жалеешь его.

— Жалеть? — Исгерд вскинула брови. — С чего? Этот Чокер — редкостное дерьмо. Но иногда приходится рыться в дерьме. Так что да, я считаю, что ты был неправ, — она помолчала, прежде чем добавить. — Хотя, наверное, могу тебя понять.

Она подошла к Ролану и осторожно поцеловала.

— Спасибо, — лёгкая улыбка коснулась её губ. — Ты… беспокоился обо мне.

Ролан шумно выдохнул и зарылся лицом ей в волосы. Какое-то время царила тишина, и каждый лишь слышал, как бьётся сердце у другого в груди.

— Кто-то из его людей мог видеть, как Чокер выходил на контакт, — сказала Исгерд наконец, — с тем, кто его прикрывал.

Ролан кивнул.

— Их допросят, а так же проверят все звонки и сеть.

— А тот, в чьём доме проходил бой… Это ведь был чей-то дом?

— Одного бизнесмена, который пытался заключить со мной сделку. Он успел покинуть Асторию, но я собираюсь встретиться с ним на Кадмусе завтра. Однако я хотел бы отработать ещё один вариант.

Исгерд оставалось только слушать, внимательно глядя на него. Самой ей в голову ничего больше не пришло.

Ролан замер, словно перед заходом в клетку тигра.

— Я хочу, чтобы ты попробовала посмотреть на тех, у кого есть деньги. А они посмотрели бы на тебя. Так мы можем попытаться понять, узнают они тебя или нет. И узнаешь ли ты кого-нибудь из них.

Исгерд нехотя кивнула. Идея ей не нравилась, но она понимала, что не сможет вечно оставаться взаперти. Ролан предлагал то, о чём ей и самой следовало бы попросить.

«Реган Хинес», — пронеслось у неё в голове. Она видела этого человека в толпе. Или не видела… Теперь, зная, что её накачали наркотиками, Исгерд уже не была уверена ни в чём.

А ещё, тогда, на допросе, Хиннес хвалился тем, что они с Краузом "друзья"… Исгерд посмотрела на Ролана. Казалось, тот ей доверял. Но насколько далеко заходит это доверие, Исгерд не знала. А обвинение в адрес одного из друзей Ролана могло его оттолкнуть. «По крайней мере, пока оно ничем не подкреплено». О том, что даже будучи доказанным, обвинение в адрес Регана может стать между ними стеной, Исгерд думать пока не хотела.

— Хорошо, — сказала она.

— Если ты считаешь, что не готова…

— Я готова.

Ролан откинулся на спинку стула.

— Тогда мы вылетаем на Кадмус через два часа. Мне нужно собрать вещи.

Звездолёт Ролана имел шесть секций: две личных комнаты, камбуз, кают-компанию, машинное отделение и рубку.

Наличие двух спален разочаровало Исгерд особенно, потому что поставило её в тупик: она не знала, в какой из них должна ложиться спать.

Ролан этого, похоже, тоже не знал, потому что, пропустив её вперёд, сам остановился и стал ждать.

«Он не хочет, чтобы я с ним спала», — подумала Исгерд. Она никогда не задумывалась о таких вещах, а теперь они внезапно стали её интересовать. «С другой стороны… Будет время выбраться в сеть».

Последнего Ролан ей не запрещал, хотя и не спешил предлагать. В гостинице вся коммуникационная система была настроена на клиента, а вот насчёт звездолёта Исгерд пока не знала.

— Я выберу эту, — сказала она наконец, наугад ткнув пальцем в одну из спален. — Приму душ и выйду к тебе.

Однако, скрывшись в спальне, Исгерд надолго пропала.

Ролан поднял корабль, настроил автопилот и тоже принял душ. Затем вышел в кают-компанию, заварил чай и поставил модный в последние недели боевичок. Даже звуки выстрелов не смогли выманить Исгерд из каюты, так что у Ролана уже начали мелькать мысли, не утонула ли та.

Досмотрев фильм до конца и отметив про себя, что до Кадмуса лететь ещё шесть часов, он всё-таки постучался в спальню Исгерд, и, не дожидаясь ответа, приказал двери отъехать в сторону.

Он успел заметить, как Исгерд отключает встроенный в настенную панель экран, но ничего не сказал.

— Думал, может, ты хочешь посмотреть на звёзды? — на ходу придумал повод он.

— Я…

Исгерд хотела. Но ещё больше она хотела обрести почву под ногами.

— Видимо, нет.

Исгерд вскинулась, удивлённая тем, что Ролан отступает так легко. А Ролан подумал, что если пристроится к ней и обнимет, то снова будет выглядеть как идиот.

— Ладно, если что, я буду в рубке, — сказал он. И вышел прочь.

Исгерд испытала секундный приступ стыда, но как только за Роланом закрылась дверь, снова включила монитор и принялась разбираться в том, как выбраться в глубокую сеть. Все новости, которые можно было откопать в общедоступных поисковиках, она уже прочла. По всему выходило, что Серая стража самим фактом своего существования оказалась виновата в войне. Сама организация была запрещена, а те, кто в ней состоял, были преданы суду. Списка осуждённых, впрочем, Исгерд не нашла.

«Не могли они вычислить всех», — думала она. «Не могли, а значит, где-то должны были остаться хвосты». Предполагалось, что есть пара точек в сети, где можно было оставить сообщения, чтобы с ней вышли на связь — если знать, где их оставлять. Зарегистрировав новый ящик и не без удовольствия обнаружив, что сделать это предельно легко, причём теперь для этого не требуется оставлять ни регистрационный номер, ни даже фамилию, как это было, когда она выбиралась в сеть в последний раз, Исгерд оставила на паре форумов кодовые посты и стала ждать.

В этом месте Ролан её и прервал, а когда тот вышел, Исгерд решила перейти ко второй части, которая её интересовала — помимо информации ей требовалось оружие. И желательно прямо сейчас. Отпустит ли её Ролан на Кадмусе хотя бы на пару шагов от себя, она не знала. Но попробовать хотела.

В первый день выйти в глубокую сеть так и не удалось, Исгерд позорно уснула.

Снилась Исгерд всякая дрянь — ринг, крики болельщиков, чьи-то ладони на её боках.

Она так и сказала себе:

— Дрянь! — когда открыла глаза и уставилась в потолок.