Край чёрных магнолий - Ольга Вешнева

В садовом центре “Радость феи”, принадлежавший жене мэра Наталье Коньковой, я честно оплатила весь набранный товар и привезла домой множество коробок с рассадой цветов, кустарников и декоративных деревьев. Обновки для сада еле уместились в машине.

По пути из садового центра я заглянула в салон красоты “Кристина”. Его хозяйка в истерике вылила на меня гневную тираду. Я так и не смогла узнать, почему Тихон с восхищением отзывался о СПА-процедурах: получал ли он неземное наслаждение от самих процедур, или от не указанных в прайсе услуг очаровательной бизнес-леди.

– За что вы к нам прицепились?!! – кричала Кристина, выйдя на крыльцо салона Кристина, – Своим делом не занимаетесь! Вампиров не ловите. Зачем вернули память Джанику?! Он сразу вспомнил все мои измены и выставил за дверь своего коттеджа. Только мы собрались официально пожениться, как принесла вас нелегкая в Волочаровск! Да еще покрываете вампира, который меня покусал в прошлом году!

Я не сказала Кристине ни слова. Меня раздирали противоречивые чувства. Извиняться не в моем стиле. Тихон ее укусил? Неприятная новость, но вдруг она попросту врет… мне назло за возвращенную память ее бывшего гражданского мужа.

Вечером фей Тюльпан передал через Надю несколько фейских свитков с перечнем пропавших жителей леса, где последнее исчезновение датировалось пятнадцатым марта.

Тренировки новой команды шли тяжело. Надя и Егор владели простейшими приемами борьбы, которые они усвоили на занятиях в школьной секции самообороны. Егор умел стрелять из духовой винтовки по бутылкам и жестяным банкам. Тихон будто не хотел со мной бороться даже понарошку, слишком часто сдавался почти без сопротивления. Я пыталась стимулировать его боевой пыл обещанием страстной ночи после прикосновения его зубов к моей шее в игровом поединке, но он предпочитал добиваться моего расположения менее рискованными способами ухаживания.

Тихон посвящал мне стихи, которые я не читала, и пел под окном романсы, которые я не слушала. Я бы вовсе запретила ему петь, но у него объявились надежные защитники.

Часа в три ночи я высунулась из окна с криком: “Тишка! Заткнись!” и услышала в ответ скрипучий вопль Клавдии Ефимовны из-за соседского забора: “Пущай Тихон поет! Нам нравится его слушать! У него чудный голос! Ну-ка спой нам, сыночек, колхозную песню”, и вампир с удовольствием затянул “колхозную”, а я плотнее утрамбовала вату в ушах.

Не устраивало меня и то, что друзья относились к Тихону как к живой игрушке. Хорошо, что они приняли его в компанию, но тренировки не могли считаться полноценными, пока они воспринимали его не как чудовище, от которого нужно защищаться, а не как милое забавное существо, которое можно без нежелательных последствий для себя столкнуть с крутого берега в реку, чтобы помочь ему преодолеть природный страх глубины, и сразу прыгнуть туда самим, чтобы отогнать русалок, в родной стихии считающих нападение лучшим способом защиты от вампира.

Следующим вечером я прогуливалась по саду, размышляя о том, вернутся или нет парни в кожанках, и в безопасности ли пока лесные жители.

К участку подъехала машина Егора, и в распахнутую калитку ввалился задыхающийся Тихон.

– Воды! Умираю! – громко простонал он, упав на клумбу из хост, астильб и рудбекий.

– Долго он бегал за машиной? – спросила я, сгоняв домой за кружкой воды.

– Мы не знали, что так выйдет, – виновато оправдывалась Надя, сидевшая рядом с вампиром и считавшая его пульс. – Ты сама просила его потренировать.

– Всего полчасика погоняли на сверхскорости, – пожал плечами расстроенный Егор, стоявший по другую сторону распластанного в цветах, но еще живого тела…