Экипаж - Александр Рудазов

— Зря ты спросил, Петрович, вишь, как его заколбасило? — неодобрительно покачал головой Денисов.

— Да его всегда от лекций колбасит, — безразлично пожал плечами Ежов.

— Ну вот и не спрашивайте у него ничего, — отвесила обоим по отеческому подзатыльнику Джина, уже забывшая, что сама попросила Рудольфа дать справку. — Без механика хотите остаться, придурки?

Через несколько минут экипаж вышел в прямоугольное помещение, из которого в разные стороны расходились четыре совершенно одинаковых коридора. И все глаза привычно обратились к капитану за решением.

Моручи некоторое время молчал, внимательно разглядывая голограмму станции в своем информе. Молчание затягивалось.

— Блин, капитан, ты давай уже, определяйся! — выразил общее мнение Николай. — Ты капитан или хрен собачий?!

— Судя по этой карте, мы сейчас где-то… где-то… где-то… Где-то, — наконец определился окончательно Моручи.

— Не, ну е-мое, ну Сусанин, блин! Слава компартии, просветили нас наконец-то! Да мы и так знаем, что где-то мы есть! А ты вот скажи, где!

— Коленька, дружок… — ласково похлопал его по плечу Койфман.

— Че? — обернулся Денисов, и тут же получил от старикана здоровенный фофан.

— Ниче, — лаконично ответил Аарон Лазаревич, пока Колька-Хорек потирал ушибленный лоб.

— Экипаж, заканчивай клоунаду, — мрачно оглядел вверенных ему людей Святослав. — Начнем сначала. Судя по этой карте, станция источена переходами, как кесанский сыр. Предназначение неизвестно — шайтан его знает, зачем их столько понасверлили… Вот здесь, ближе к центру, находится своего рода «ядро» — жилые помещения, управление аппаратурой и проч.

— Прочь? — переспросил Ежов.

— Сокращенно от «прочее», — раздраженно пояснил Моручи. — Что ж ты такой бестолковый-то, лейтенант? Надо тебя второму пилоту сдать, на воспитание…

Второй пилот часто-часто закивала, заранее радуясь возможности заполучить Ежова в свое полное распоряжение. Тот, в свою очередь, содрогнулся в ужасе.

— Ладно, посмотрим на твое дальнейшее поведение, — пожалел его капитан. — В общем, все коридоры в конечном итоге ведут в это «ядро», так что нам без разницы — по какому идти. Но вот заблудиться можем запросто — тут, похоже, такая путаница… почти что Кюраносо[16]… Поэтому я принимаю решение разделиться — хоть одна группа должна будет успеть вовремя… Путей четыре, нас двенадцать — как раз четыре группы по трое. Вперед!

— А кто с кем? — вежливо уточнил Койфман. — И куда?

— Сейчас решу, — важно кивнул Моручи, незаметно включая генератор случайных чисел. — Так, значит… В самый левый коридор иду я сам. Дальше пойдут первый пилот дир Тогшерре, второй пилот Кроу и связист Койфман. Группа Койфмана — Дитирон и Ежов. Группа Кроу — Кенайберды и Денисов. Группа дир Тогшерре — Сиреневый Бархат и Лсэнд… ндсас… ссас… ас… сменил бы ты фамилию, а? Ни разу еще не смог выговорить… Со мной Фрида и ван ден Хейнекен. Вопросы будут?

— А чего я опять к этой злюке?!

— А чего ко мне опять этого жирного?!

Голоса Джины и Остапа слились в один. Но, похоже, они единственные остались недовольны распределением.

— Ну, если вопросов нет… — осмотрел взглядом отца-командира свое небольшое войско Моручи.

— У меня есть! — поднял руку Денисов. — Слышь, шеф, а тебя че, в честь пива назвали?

— То есть как?.. — удивился Рудольф, к которому был обращен вопрос. — Какого еще пива?

— Пиво? — оживился Остап. — Где? Я бы сейчас принял ма-а-аленькую кружечку… литра три, не больше.

— Моя люби пиво, — сложил губы ромбиком Дитирон. — Моя тоже будь пиво.

— [Черно-оранжевые круги, серые крапинки] .

— Правда? — удивилась Джина. — А мне вот «Деребель» больше нравится, он не горчит…

— Так где пиво-то, капитан? — вежливо напомнил Остап.

— Ну, если вопросовнет… — куда более жестким тоном повторил Святослав. — Тогда вперед. В спорных ситуациях держать связь со мной — буду вами руководить.