Лесные твари - Андрей Плеханов

Владелец «ауди» со стуком захлопнул свою пасть и полез за руль.

– Погодь маненько! – Кикимора открыл дверцу багажника, вытащил полку, кинул ее в сторону и жестом показал Демиду – добро, мол, пожаловать. Дема влез в багажник, свернулся клубком. Кикимора накинул на него сверху резиновый плащ. – Порядок, – сказал он, шлепнувшись на переднее сиденье. – Трогай, савраска!

– Гражданин, вы не бойтесь, – гнусавым голосом сказал из багажника Демид. – Мы вам ничего плохого не сделаем. Мы не преступники. Вы нас только аккуратненько довезите – тут недалеко. И никому ничего не рассказывайте. Договорились?

– Д-д-д-д-д-да, – ответил водитель, стуча зубами.

* * *

Они высадились в квартале от своей девятиэтажки. Дема вытащил из багажника свой резиновый плащ и запихнул его в мусорный контейнер. Сунул водителю хорошую купюру.

– Д-да что вы, ребята. Глаза мужика были вытаращены, он еще не верил, что так легко отделался. – Н-не надо денег. Вы же от преступ-пни-ков нас...

– Берите. – Дема улыбнулся. – Купите себе какую-нибудь запчасть. Тормозные колодки. Задние. Они у вас совсем ни к черту не годятся. И соблюдайте правила уличного движения, товарищ.

Демид даже отдал честь. Играл свою роль. Хотя и непонятно зачем. Принять Кикимору за сотрудника спецназа мог только шизофреник.

– Ага! – Дядя юркнул в машину и понесся галопом, нарушив за минуту все правила движения, которые только существовали на свете.

– Дема! – Кикимора поманил Демида пальцем. – Домой не спеши. Позвонить нужно домой. Узнать надоть, нет ли стрема какого.

Демид зашел в телефонную будку, набрал номер.

– Але! – Голос Леки, такой близкий и родной. – Кто это?

– Это я. – сказал Демид.

– Ой, как хорошо! Я уж заждалась тебя. Как добрался из Москвы?

– Хорошо добрался. – Демид настороженно сдвинул брови. – Слушай, дома все в порядке?

– Да, все нормально, – сказала Лека бодрым голосом. – Да, вот еще что. Купи «Амаретто». Ну тот самый, мой любимый. Отметим твой приезд.

– Хорошо. Жди.

Демид повесил трубку и прислонился лбом к телефону. Лицо его пылало.

– Чего там? – поинтересовался Кикимора.

– Хреново там.

Лека пила редко. Могла иногда выпить фужерчик сухого вина. Или даже водки, в случае необходимости. Но она никогда не пила «Амаретто». Она не переносила даже запаха этого ликера. И она знала, что Дема знает это.

– Засада там, наверное, – сказал Демид. – Нас с тобой дожидаются.

– Леку надо выручать...

– Козе понятно. – Демид тяжело вздохнул. – Пойдем. брат. Нас приглашают на белый танец.

* * *

Лека сидела в кресле, около телефона. Ее не связали, даже наручники не надели. Только сделать хоть что-нибудь не было у нее ни малейшей возможности. Потому что два здоровенных типа сидели с двух сторон от нее и держали ее под прицелом.

– Позвонил-таки, – произнесла женщина. – Наверное, заподозрил что-то, стервец. Он хитрый, этот Коробов. Хитрый, сволочь. Но он придет. Деваться ему некуда. Слышишь, ты?! – Она схватила Леку за воротник и приподняла, сдавив горло. – Он придет? Ты ничего такого ему лишнего не сказала?

– Ничего! – прохрипела Лека.

– Он придет!

Она впервые в жизни видела эту женщину, эту красивую стерву с ледяными глазами. Но она узнала ее. Демид рассказывал про нее. Это Фоминых. Черт его знает, за что она так невзлюбила Демида. Все это было связано с Королем Крыс. Лека не помнила подробностей. Душа ее была слишком измучена, ослаблена событиями последнего месяца, Лека с трудом осознавала, что с ней происходит. Только Кикимора приносил ей некоторое успокоение. Плохая она была помощница для Демида. Ей не дали ВЕРНУТЬСЯ ДОМОЙ. Ее наказали. И теперь она застряла между двумя мирами, не в состоянии думать, действовать и просто жить.

Ей хотелось вернуться домой.

Она, конечно, читала газеты. То, о чем Демид шутил в поезде, сбылось. Только это не было похоже, на шутку. Люди в городе пропадали. Это был настоящий кровавый террор – с принесением человеческих жертв, со следами жутких, отвратительных ритуалов. И во главе всего этого, если верить газетам, стоял Демид Коробов – беглый преступник, сумасшедший ученый, зверь в человеческом обличье. Город находился на осадном положении. Отряды ОМОНа были стянуты сюда из всех соседних регионов. После десяти вечера милиции на улицах было больше, чем прохожих. А люди все равно исчезали. Каждый день. И только кровавые обрывки оставались от тех, кому не повезло.

– Дема тут ни при чем, – произнесла Лека. – Товарищ следователь, я вам клянусь, что он совершенно не виноват. Это Король Крыс...

– Я знаю, милочка. – Холодная улыбка появилась на лице Фоминых. – Все я знаю, лапочка моя. Я знаю гораздо больше, чем знаете ты и твой чертов Демид, вместе взятые. Только это не имеет значения. Все идет своим путем, воробушек ты мой. И не мы решаем, как тому быть. Не мы...

Телефон неожиданно затренькал. Лека схватила трубку, и глаза ее изумленно расширились. Что-то она услышала не такое, что ожидала услышать.

– Это вас... – Она протянула трубку Фоминых.

– Меня?!! – Фоминых цапнула трубку. – Какого черта?!

Она сидела и слушала, напряженно сжав губы. Выражение крайней злобы на лице ее постепенно сменялось удивлением и даже удовлетворенностью.

– Да? Это ты? Да?!! Нет, ты серьезно? А где? Понятно. Жди, сейчас будут. Не вздумай упустить, башку оторву твою уродскую! Да!!! Жди!!!

Она бросила трубку. Огонек сумасшедшей радости светился в ее глазах.

– Порядок, – сказала она. – Кикимора зацапал его. Скрутил Коробова, черт возьми!

– Кикимора?! – взвизгнула Лека.

– Он самый. – Фоминых скалилась насмешливо. – Приятель твой Федя. Наш человек.

* * *

– Погодь маненько, – сказал Кикимора. – Мысль у меня есть...

– Какая еще мысль?

– Щас увидишь. – Кикимора полез в телефонную будку и набрал тот же номер, по которому только что разговаривал Демид. – Але, Лека, – сказал он. – Ну-ка, дай трубочку тетке, которая рядом с тобой стоит.

– Ты что, – заорал Демид, – сдурел совсем?! – Он бросился в будку, но Кикимора успел въехать ему ногой в пах, и Дема вывалился наружу, свалился, скрючившись, на землю.

– Привет, – проскрипел Кикимора. – Здорово, Волчица. Слушай, у меня тут сюрпризец для вас есть. Я тут Коробова вашего провел чуть не до самого дома. Глядь, а он по телефончику звонит. И дошло до меня, что там засада, дома-то у него. И он про это догадался, видать, девка-то ваша по телефону чегой-то ляпнула. Ну, смозговал я моментом, что Дема домой не пойдет. Исчезнет опять надолго. Я к нему сзади и фомкой по кумполу! Да живой он, живой! Связал я его как следовает. Пока не отчухался. Ты там орлов своих вышли сюда. И поживее, а то тут народец, бывает, шляется. Вопросы могут быть. Сама не ходи. Девку стереги. Она знаешь какая шустрая, даром что тощая. Все. Давай. Жду!