Герой высшего качества - Дмитрий Казаков

Сюрпризы начались где-то через полчаса, когда над болотом пронесся заунывный тоскливый вой, а ветер вместо запаха трав и сырости принес вонь растревоженной могилы.

— Ну, ваще… Это что? — Егор поежился.

— Похоже, что охрана, причем мертвая, — сказал советчик.

— Я чувствую внимание… — рахива замер, поднял шест, словно магический посох. — Оно направлено на нас… идет почему-то снизу… оно неестественное, неправильное… некромантия?

— Всем головы отрубим, — заявил Яхирон. — Только возьми меня в руку.

Сидевшая на кочке лягушка, большая и зеленая, с истошным кваканьем сиганула в воду, а прямо из ее «насеста» принялось выдавливаться нечто белесое, клубящееся, не имеющее четкой формы и вместе с тем вызывающее страх.

— Смерть Злу! — пафосно воскликнул Аэрозэль, и тренькнула тетива его лука.

Меткая эльфийская стрела пробила белесому призраку верхнюю часть, и тот с гнусным воем растаял. Но болото забурлило со всех сторон, из него полезли выглядевшие предельно разгневанными сородичи развеянной твари.

— Они только пугать и могут, — сказал Ганди-Ла, — но лучше не допускать, чтобы хоть один подошел вплотную.

Егор вытащил меч, и откованное более пяти тысячелетий назад лезвие вспыхнуло.

Рахива швырнул в подступавших призраков голубоватую молнию, и та развеяла с десяток врагов. Но ряды бесплотного воинства мгновенно затянулись, и оно двинулось в атаку, завывая и устрашающе колыхаясь.

— Мы поразим их! — пообещал Аэрозэль и принялся стрелять, размеренно и без промаха.

Если признать честно, то схватка выходила довольно скучной — Ганди-Ла бросал заклинания, эльф спускал тетиву, Егор протыкал тех тварей, что подбирались поближе, и Яхирон резал призраков не хуже, чем живых. Помело ругался так мощно и изощренно, что обладай стражи Серого замка хотя бы зачатками разума и слуха, они бы немедленно провалились сквозь трясину.

Наблюдавший над боем сверху Аладдин деликатно позевывал.

— Ну вот, кажется, все, мы справились, — сказал Ганди-Ла, когда последнее привидение оказалось разрублено напополам и с замогильным стоном превратилось в безвредный туман.

— Интересно, а что будет дальше? — спросил Егор, глянув на советчика, а затем понял, что сам может ответить на этот вопрос. — Хотя все очевидно — чудовища, мерзкие дядьки с мечами или черной магией, а под конец — сам хозяин, злобно хохочущий и вещающий о том, что пришла мне погибель.

— Очень рад, что ты сам все понимаешь, — Аладдин заулыбался.

Новая опасность встретила их довольно быстро, и на этот раз заметил ее, как ни странно, Аэрозэль.

— Стоять! — воскликнул он неожиданно. — А лучше — лечь!

Меч в руке Егора дернулся, и обломки разрубленной надвое стрелы полетели в стороны. Еще одна стрела застряла в бороде гнома, а от третьей сам эльф грациозно увернулся.

Что да почему, недавний студент спрашивать не стал, он просто шлепнулся в неаппетитную грязь. Тот же маневр повторили сподвижники, и очень вовремя, поскольку стрелы засвистели над их головами.

— Кто это? — раздраженно воскликнул Ганди-Ла. — Я никого не чувствую!

— Неудивительно, — гордость прозвучала в голосе Аэрозэля, который даже валяться в болоте ухитрялся изящно. — Это кто-то из моего народа, и их, судя по всему… — он сделал паузу, — двое.

Егор ранее никогда не думал, что можно лежа стрелять из лука, но эльф показал, что такой фокус ему по плечу. Немыслимым образом извернувшись, он выпустил несколько стрел, не целясь в спрятавшихся непонятно где врагов, а сбивая их собственные летучие снаряды, а затем прокричал:

— Кто вы такие, братья? Почему вы служите Тьме?

Слова звучали странно, и Егор сообразил, что Аэрозэль перешел на собственное наречие, но и оно, благодаря присутствию советчика, оказалось понятным для гостя из другого мира.

— Какой такой Тьме? — отозвался мелодичный голос из-за низкорослой осины, за которой не укрылся бы и страдающий истощением дождевой червяк. — Мы просто работаем за деньги.

— Нечего с ним разговаривать, — произнес другой, но очень похожий голос из зарослей осоки, где вроде бы нельзя и шевельнуться без того, чтобы не зашелестели листья. — Это один из тех дуболомов, благодаря которым нас считают тупыми красавчиками.

Егор краем глаза заметил, что Помело ухмыляется.

— О братья, горестно мне видеть, что столь доблестные воители… — с тоской затянул Аэрозэль, а сам пополз вперед, стремительно и ловко, точно змея, не колыхнув не единой травинки.

Ганди-Ла восхищенно прицокнул языком и швырнул клуб пламени в ту сторону, где прятался один из врагов. Судя по замаху, рахива и не надеялся попасть, он рассчитывал лишь привлечь внимание.

Стрела чиркнула ему по макушке, сковырнув одну из чешуек, и Ганди-Ла спешно вжался лицом в землю.

— Неплохо садят, уроды, — оценил Помело.

— …стыд и позор тому, кто деньги ставит вперед чести, — Аэрозэль продолжал непонятным образом вещать так, словно находился рядом с соратниками, а сам вплотную подобрался к осине.

Эльф, укрывавшийся за ней, похоже, попытался сменить позицию, поскольку дерево заколыхалось, и Егор увидел, как за стволом мелькнуло нечто зеленое. Но Аэрозэль с невероятной скоростью вскочил, прыгнул в сторону и несколько раз ухитрился выстрелить, находясь в воздухе.

Затем он плюхнулся в грязь, и все стихло.

— Брат? Что там случилось, брат? — обеспокоенно позвал голос из осоки.

— Он умер, — печально и вместе с тем непреклонно отозвался Аэрозэль, — а сейчас умрешь и ты, если не раскаешься и не сдашься. Боги не помогают тому, кто перешел на сторону Тьмы!

Невидимый эльф разразился ругательствами, каких не устыдился бы и Помело.

А Аэрозэль вновь пополз, на этот раз к осоке, огибая кочки, хитрым образом пролезая под кувшинками и временами совершенно исчезая из виду. Ганди-Ла кинул в сторону зарослей еще пару огненных шаров, но один прошел слишком высоко, а другой — с шипением врезался в воду.

Приподняться и прицелиться как следует рахива побаивался.

— Может, ринемся в достойную героя атаку? — предложил Яхирон. — Со мной наголо и громким криком!

— По-твоему, достойная героя — то же, что и смертоубийственная? — вопросом ответил Егор. — Вот уж нет. Если наш остроухий друг не справится, тогда и будем думать, что делать, а пока мне и тут хорошо.

Меч презрительно звякнул, а Аладдин оставил реплику подопечного без ответа лишь потому, что находился довольно высоко и увлеченно наблюдал за эволюциями Аэрозэля.

Тот тем временем исчез в осоке, и там началось бурное шевеление, шелестение и бормотание. Завершилось оно довольно быстро коротким всхлипом, и Аэрозэль после небольшой паузы негромко сообщил: