И маятник качнулся... - Вероника Иванова

— Mo-Garrud!

Земля. Север. Скала. Покой. Постоянство... Антрацитовый бутон осыпался пылью. Песок в Чаше Северного Предела всколыхнулся волной...

— Mo-Cеyani!

Воздух. Восток. Небо. Нежность. Мечта... Белое облачко растаяло утренним туманом. Струны Лютни Восточного Предела тронул свежий ветерок...

— Mo-Tyekka!

Вода. Запад. Бездна. Движение. Вечность... Лазурная лилия растаяла сверкающими брызгами. Рябь пробежала по глади Колодца Западного Предела...

Четыре Источника получили назад часть самих себя. Мир стал чуточку равновеснее, чем прежде. Я могу собой гордиться, но эта колючая пустота в груди...

— Дар — принят...

Последний вздох Силы растаял под сумрачными сводами, и я почувствовал, что осиротел. Пока снова не прикоснусь к Источникам — то есть почти навсегда.

Заблудшие дети нашли дорогу домой. Но крупинки праха их мимолётных воплощений всё ещё кружились в моих ладонях весёлым хороводом, сливаясь в кольцо. Кольцо?..

На считанные мгновения мир поплыл перед глазами, и я не заметил, как Сила изменила свою Форму.

Витой ободок, сплетённый из четырёх полосок, похожих на сталь. Сизую, бурую, пепельную и ржавую. То ещё украшение... А чего ты, собственно, хотел? Знаешь ведь, что рядом с тобой магия умирает — вот и то, что оставили малыши, не выдержало общения с Мантией...

Я натянул кольцо на средний палец левой руки, повернулся и...

На пороге залы стоял мальчишка, прижимая к груди ворох какого-то тряпья и во все глаза пялясь на статую, некогда бывшую представительницей славного сословия магов, а заодно — на мою чахлую фигуру. Любопытно, сколько времени он здесь находится? Видел ли он...

Я не успел додумать сию занимательную мысль.

— Меня ты тоже... убьёшь? — дрожащим голоском поинтересовалось хрупкое создание.

С места в карьер? Нет, дружок, я тебя ещё помучаю!

— Твоё предположение не лишено смысла. Принимая во внимание все факты по данному делу, избавление от лишних свидетелей будет не только самым разумным, но и самым простым решением проблем, текущих и будущих.

Глаза ребёнка расширились до предела. Страшно? Знаю, что страшно. Временами я сам себя боюсь.

— Впрочем, есть обстоятельства, которые я должен учесть при определении твоей участи. И они, прямо скажем, мешают мне поступить так, как хочется. Поэтому спешу огорчить: сегодня ты не умрёшь. И завтра — тоже. Если это будет зависеть от меня, твоя персона останется в полной сохранности и неприкосновенности.

И что же я услышал в ответ? Благодарность? Ничего подобного!

— А... что это за обстоятельства?

Непозволительная наглость! Я, можно сказать, сделал ему королевский подарок, а меня заставляют объяснять, почему всё произошло так, а не иначе!

— Хочешь знать?

— Да! — Ответ с вызовом. Уважаю.

— В том, что я скажу, не будет ничего приятного.

— Я переживу! — Ого, да ничегошеньки мы не боимся... Впрочем, понимаю, почему не произвожу на него сильного впечатления: трудно испугаться человека, которого видел с утра до вечера на протяжении... нескольких недель. Да и ночью...

«Вы тоже не расставались...»

Я поперхнулся.

Не расставались?! Что ты хочешь этим сказать?

«Ребёнок спал, прижавшись к тебе...»

Зачем?!

«Наверное, ему было одиноко... И холодно...»

Одиноко... Спать, прижавшись к трупу? Тьфу!

«Ты же не умирал... И благодаря ему — тоже...»

Это что за новость?

«Я использовала его Кружево для того, чтобы подпитывать тебя Силой...»

Подпитывать... Ты хочешь сказать, что он тоже — Мост?

«Да... Но ещё не инициированный...»

Пусть подольше таким и остаётся!

«Рано или поздно ему придётся принять свою Судьбу... Как и тебе, впрочем...»

Лучше поздно, чем рано! И, кстати, что там насчёт МОЕЙ Судьбы?

«Умолкаю...»

Как всегда, на самом интересном месте. Будем разговаривать с другим собеседником, тем более что он начинает проявлять нетерпение.

— Во-первых, примечательная особенность твоего организма делает тебя слишком большой ценностью, чтобы допустить безвременную и нелепую смерть. — Мальчик чуть побледнел, и я понял, что он осведомлён на сей счёт. — И, во-вторых, зная о недуге, постигшем старшего из наследников престола Западного Шема, я не беру на себя смелость оставить королевскую семью без дееспособных отпрысков. Даже учитывая надежду на выздоровление...

— Ты видел Дэриена? — не выдержав, прервал он мою глубокомысленную тираду. Как же у него горят глаза! Сколько эмоций... Вот бы за меня кто-нибудь так переживал...

— Видел.

— Как он?

— Я же сказал: есть надежда, что...

— Он поправится? — Голос дрожит. Любопытно почему. Что-то я не замечал раньше за этим мальчишкой склонности к проявлению заботы...

— Если всё пошло так, как нужно... Да. Возможно, он уже совершенно здоров.

— Правда? — Теперь во взгляде ребёнка сияет искренняя радость. Что-то здесь не так... Какая-то несуразность... Впрочем, не время задумываться над неясными предчувствиями, поскольку опасности они не пророчат. Как мне кажется.

— Что за барахло ты притащил?

— Это... Одежда. Или ты предпочитаешь оставаться голым? — В том, что касается ехидства, наследнички престола Западного Шема могли бы дать фору друг другу.

— Лично мне всё равно, но подозреваю, что другим людям совсем не обязательно смотреть на мою покрытую мурашками кожу.

Я принял ворох ткани из рук мальчишки и посвятил несколько минут приведению себя в пристойный вид. Получилось не так чтобы симпатично, но, по крайней мере, тепло и достаточно удобно. Главное, обувка пришлась почти по ноге, только в подъёме была тесновата, а к простору в других частях одежды я успел привыкнуть. Единственная неприятность заключалась в том, что приволоченное принцем тряпьё не отличалось чистотой. Проще говоря, его совсем недавно кто-то носил — куртка пропахла дымом, штаны были усыпаны свежими пятнами от травяного сока, а рубашка отчаянно нуждалась в стирке. Ну, ничего, будет возможность, наведу порядок. Лето ещё не кончилось, можно и в озерце каком поплескаться... Так, никаких отличительных знаков на одежде нет, и это просто замечательно: неприятности случайного опознания можно не опасаться...

«Время подходит к концу...»

Что случилось?

«Портал активирован...»

Да? А я не вижу...

«С другой стороны кто-то отправляется сюда...»