Холмы Фэйри: Дэстини - Светлана Суббота

Я моргнула. В воздухе закружилась золотистая пыль. И в искрах сверкающих точек проявились две крохотные, с указательный палец фигурки. Паренек и девушка. Оба с прозрачными быстро машущими крылышками, в еле прикрывающих тела кусочках ткани. Они злобно щерились острыми зубками и размахивали палочками, напоминающими зубочистки.

Именно эта парочка, судя по диалогу с попугаем, управляли амбалами словно гипнотизеры. Захотели — и те увидели во мне разыскиваемую шлюху, приказали другое — и бандиты сразу потеряли интерес.

— Пикси, — сказала я с невольным восхищением, — красивые какие.

— Ой, наааа, — провизжала девчушка, — она нас видит!

— Тада чо церемонии разводить, — важно сказал паренек, подбочениваясь и пытаясь выглядеть серьезно, при этом кося на меня любопытным блестящим взглядом. — Сэр Йовильрух приказал доставить тебя как можно быстрее в «Фобию», у его есть дело на тыщу денежек.

— Подождите, — наконец, успокаиваясь, и отодвигаясь от стены, сказала я хмурясь,

— а разве воздействие фэйри разрешено в Мире Людей? Это же нарушение закона.

— Уууу, на! — высказался паренек.

— Она хорошая! — заявил Кортик, добравшись до плеча и уютно там устраиваясь, подергивая хвостом. — Добрая только. И наивная.

Пикси-девчушка широко открыла рот в детском изумлении, потом резко подлетела ко мне, хлопая огромными глазами и вглядываясь.

— Э, — вдруг сообразила я, — что предлагаете в обмен на услугу? Чтобы я пошла в клуб.

— Наивная, но не дура и учится быстро, — довольно затопал какаду, — вы же ее не смогли тушкой сделать? Вот так-то. Так что вы нам предложите за услугу?

Два крошечных крылатых человечка отлетели за угол дома, чтобы обсудить ситуацию. Издалека звучало как комариный писк. Я восхищенно покачала головой.

— Пикси. Настоящие! Фэйри говорят правду, значит, им можно верить.

— Ооо, — вдруг всполошился попугай. — Вспомнил. Правду говорят только высшие. А пикси — малый народец, этим палец в рот не клади. Они с тобой считаться будут, только если ты договор с ними заключишь. Только на взаимных обязательствах держится мир в Холмах.

Я знала, что есть высшие фэйри, а есть малый народец — гоблины, лепреконы, пикси. Но не знала, что они так принципиально отличаются. Интересно, откуда Кортесу все это известно. И как фэйри относятся к людям?

— Кортик, а людей совсем не уважают?

Попугай изогнул шею, близко заглядывая мне в глаза, как маленькая пикси недавно.

— Ты серьезно? Хм. Серьезно. Да они других фэйри не уважают, куда уж людям. Дэс, ты вот что, откажись, а? Я с тобой пока останусь, помогать буду. Механизмы там под столом крутить, будто свечи сами собой двигаются. Не связывайся с Холмами, дурное это дело. Обманут тебя, горемычную. Фэйри никогда в накладе не остаются.

Я погладила его по коготку. Хороший Кортик.

— Я один раз, просто спрошу что ему нужно. Вдруг мелочь какая, а деньги сейчас очень нужны.

Попугай щелкнул клювом и начал перебирать мои волосы за ухом.

— Ой, на. Смотри, нежнюльки, ласкуньки, — заверещал вернувшийся паренек.

Девочка порхала и хихикала, держась за живот. Попугай растерянно замер, а я доброжелательно улыбнулась малышам.

— Ласковость и забота нужна каждому, это значит я Кортесу буду помогать, поддерживать и защищать его, кто бы ни противостоял нам.

— Да кому ты нужна, слабая человечка, помогать она будет, на! — вдруг зло заверещал пикси.

— Да Йовилю тому же нужна, например. У нас уже было соглашение, сейчас опять спрашивает. Значит, именно я и нужна. Или мистер Йовиль для вас не пример? — твердо сказала я.

Пикси переглянулись. Привереда в шортах так и остался чем-то недовольным, а вот девчушке я понравилась.

— Ты за денюшки зовешься? Мы тебе лепрекона сдадим, противного, на, но богатенького. Он клады прячет как белка сумасшедшая. Везде-везде. Ты в клуб сейчас с нами к Йовильруху пойдешь, а лепрекон потом тебе про клад расскажет. Хорошая сделка, на, бери, ласкуша.

В клуб мне все-равно нужно было пойти. С лепреконом я понятия не имела что делать, но Кортик молчал. Поэтому я согласно кивнула.

Мне протянули маленькую ладошку и торжественно проговорили условия. Вроде бы все правильно. О мой палец невесомо хлопнули, и его окружило золотистой пыльцой.

— Лепрекона зовут Махоуни, он живет на вокзале, под левой зеленой лестницей, на. У нас все честно, мы — деловые, — важно сообщил мне паренек. И махнул зубочисткой, отгоняя вьющуюся вокруг меня подружку. — Теперь, вперед, человечка! Нас ждут.

Я одернула платье, поправила тюрбан. Надеюсь, что выгляжу хоть чуть-чуть солидно. И зашагала за полетевшим вперед пикси. Попугай так и не слез с моего плеча, он на удивление устойчиво держался, даже перестал сильно сжимать когтями. С другой стороны неуверенно спустилась девочка-пикси, несколько минут ерзала, но молчала, а, успокоившись, что ее не гонят, осведомилась.

— А зачем, на, Йовильрух вас к себе зовет? Вы его тоже ласкаете?

Задремавший Кортик упал с плеча, еле успев зацепиться лапами за ткань. И ошарашенно кряхтя, повис на мне головой вниз, как летучая мышь.

— Соглашения между мной и другими персонами — строго конфиденциальны, — весомо сказала я, помогая птице забраться обратно.

Девочка поскребла голову двумя руками, остервенело дергая себя за волосы и выпуская целый фонтан золотых искорок.

— Ага, — сказала она, — конфиден… Чо это?

Пока попугай пытался объяснить ей суть сохранения тайны, я пыталась предположить, что именно от меня требуется фэйри. И окупит ли его предложение потерю сегодняшнего заработка. Хорошо, что клиент по записи был только один и на глубокий вечер, а то получилось бы отличное начало бизнеса — невыполнение обязательств.

Улица за улицей мы двигались на юг Барлингтона. Прохожих встречалось все больше, на домах красовались небольшие балкончики с выставленными кадками с цветами. Вокруг звучал смех и даже музыка.

Мне пришлось резко останавливаться перед входной дверью, обрамленной, несмотря на ранее утро, сверкающей подсветкой из мелких и крупных лампочек.

— Нельзя так жечь электричество, — осуждающе сказала я. — Представляю какие счета приходят, если целый день лампы горят.

— Они и ночью горят, на — заметила девочка на моем плече, — и не ты за них платишь, ласкуша.

— Нельзя осуждать правила чужого дома, — неожиданно поддержал ее попугай, — если что-то не нравится, промолчи. Иначе однажды не сносить тебе головы.

— Все зубы выбьют, на — поддакнула ему пикси и ощерила острые как иголки резцы.