Давай поиграем, дракон! - Даха Тараторина

Мерно шелестящие листья щекотали нос тоскливым обещанием осени. Всё вокруг счастливо зеленело, наполненное жизнью и влагой, и только слишком крепкое, чтобы пережить давешний шторм, дерево треснуло вдоль ствола и навсегда склонилось пред властью ветра. Иные, тонкие, гибкие, молодые деревца быстро приспособились: полегли, пока буря не затихла, и теперь выпрямились, готовые встретить ещё много-много рассветов. Но не это. Это дерево считало, что мощный ствол ничто не сломит, что оно выстоит в одиночку, не опираясь ни на кого, что не нуждается ни в чьей помощи. Нет, конечно, Пижма обо всём этом не думала. Она лишь пожалела, что крепкий и сильный исполин ныне годился только на перегной или в буржуйку, и точно не проводила никаких аналогий. Как-никак она была бойцом, а бойцам не свойственно выдумывать красивые метафоры. Для этого есть романтики, фантазёры, учёные, в конце концов, как тот Леонард. Но дерево всё равно жалко.

— Смотри, — Лео бесшумно отодвинул, не отрывая, мешающий обзору листик и указал на дальний край овражка, на чуть активнее других шевелящийся клочок тумана.

— Ура! Туман! — саркастично выразила восторг девушка.

— Не туда. Смотри не на туман, а сквозь него.

— В этом есть смысл?

— Во всём есть смысл.

Пижма прищурилась, попробовала закрыть то один, то другой глаз, но разницы не заметила и шутку не оценила.

— Издеваешься?

— Да, но к делу это не относится.

— Учти, приятель, — предупредила агент, недобро показывая зубы, — мне очень не нравится чувствовать себя глупо.

Дракон ухмыльнулся, не рискнув уточнить, что пора бы уже привыкнуть, а туман, взревновав, видимо, что внимание достаётся кому-то ещё, вытянулся в тонкую любопытную полосу и подполз поближе. Если бы дракон и его телохранитель не были так заняты перебрасыванием ехидными комментариями, они бы успели заметить, как белёсая дымка, оценив серьёзность намерений охотников, пришла к неутешительному выводу, что лучшая защита — это нападение, и принялась раздуваться.

— Не дракон, а название одно. Ты не на болоте сидеть должен, а поливать огненным дождём близлежащие города!

— Сказала женщина, которая добровольно, попрошу заметить, потащилась на это болото вместе со мной.

— Я думала, у тебя тут клад! Или, на худой конец, кладбище безвинно убиенных.

— Пока нет, но всегда бывает первый раз.

— Это уж точно, — прошипела Пижма, припоминая, что пока ещё ей не доводилось придушить ни одного из клиентов. Но тоже только пока.

Ногу агента пощекотало прохладой. Она сердито топнула, бездумно отгоняя назойливого комара, и добавила:

— Я, чёрт возьми, в другой мир попадала не для того, чтобы шастать по болотам! Этого мне и в моём хватало! Где приключения? Где монстры? Где эпичные битвы и страстные влюблённые?

Леонард медленно шумно сглотнул слюну, глядя через плечо агенту:

— Не уверен, что смогу обеспечить прямо-таки эпичную битву, но, кажется, проблем на свои хвосты мы уже нашли.

Пижма мгновенно стихла, осознав, что расшумелась напрасно и явно привлекла внимание хищника:

— И эта проблема стоит у меня за спиной?

Лео, не делая резких движений, кивнул и процитировал один из заученных наизусть учебников:

— Укусы зелёного перебегунчика ядовиты для человека и способны превратиться в язвы с куриное яйцо за два дня. Если не предпринять соответствующего лечения у специалиста, то заражённый покинет бренный мир не позже чем через неделю с момента заражения.

— И этот зелёный бегунчик стоит позади меня? — Пижма не рисковала оборачиваться, признав непререкаемый авторитет учёного и, копируя его, старалась не двигаться.

Лео медленно покачал головой:

— У тебя за спиной красный перебегунчик.

— И на что же способен красный? — тоже шёпотом поинтересовалась она. Ноги подрагивали, готовясь к прыжку в сторону. Но поможет ли это?

— Красный не кусается. Он сразу жрёт. Объест труп до костей за восемнадцать минут.

— Для этого ему ещё понадобится этот труп добыть, — доказывая, насколько это нелёгкое занятие, Пижма ухватила поперёк пояса дракона и метнулась под ствол поваленного дуба.

Красный перебегунчик схватил призрачными туманными лапками пустое место и обиженно взвизгнул, завертевшись на месте.

Едва агент решила, что настал подходящий момент, чтобы выругаться, Лео навалился на неё всем телом, вжимая в траву, и отпустил только когда клок тумана, посверкивая многочисленными алыми бусинами глаз, припав к земле, как ищейка, ушёл на широкий круг почёта по склону оврага.

— И эту тварь вы назвали перебегунчиком?

— А как ещё? Он же не летает, а бегает, — лаконично возразил Лео. — А теперь тихо! Он слеп, но слух лучше, чем у секретаря совета магов.

— Тогда нахрена ж ему столько глаз?! — едва слышно булькнула агент.

— Это не глаза, — дракон, кажется, пытался утопить её в натёкшую во вмятину от их тел лужу. — Это органы размножения. И, собственно, за ними я и пришёл.

— А твои вкусы весьма специфичны, — от смеха Пижма едва не нырнула в вонючую жижу добровольно, но дракон помог ускорить сей процесс, когда перебегунчик обнаружил, что вверх по склону никто из «охотников» не поднимался и не решил оперативно сменить роли.

— Это мне… Для дела…

— О, я не сомневаюсь!

— Всё ради науки!

— Разумеется!

— Ложись!

Куда больше походящий на дикое животное, чем на милый цветочек, перебегунчик настроился крайне серьёзно. Органов размножения у него и без того водилось весьма ограниченное количество — всего триста восемьдесят две потусторонне светящиеся в темноте точки — и делиться ими во имя науки и просвещения он не собирался. Более того, справедливо считал, насколько, конечно, чуть более интеллектуально развитое существо, тыква с мозгами саранчи, может считать, что люди — самая что ни на есть подходящая пища. Не зря же они с таким завидным постоянством пропадали на болотах, выискивая источник призывно мерцающих огоньков. Поэтому перебегунчик, сноровисто вырастив из тумана ложноножки, улиткой пополз на звук.

— Это же всего лишь туман, — не сумев убедить даже саму себя, предположила Пижма. — Что он нам сделает?

— Сожрёт, — лаконично ответил более подкованный в вопросах био-зоологии дракон, но решил уточнить: — Разъест все мягкие ткани, растворив их в подобии слюны, которое выделяют эм… точки.

— Та-а-ак, — подобный исход в планы агента никак не входил. — И как же с ним стоит себя вести?

— Не злить, не шуметь, подкрадываться, когда он засыпает после кормёжки, — заученно оттарабанил ответственный ученик.

— А если для этого уже поздно?

— Бежать? — предположил дракон.