Вор и проклятые души - Сергей Куц

— Помолюсь сначала, — огрызнулся Велдон, получив в ответ порцию смеха вперемешку с насмешками. Впрочем, безобидными: они не помешали инквизитору молиться.

К середине дня Ирменгрет еще не выяснила, что преследователи догоняют нас, но спустя всего три часа это стало очевидным. Милость вампирши к инквизитору, который заметно устал и замедлял наш ход, сменилась на гнев. Ничуть не стесняясь Велдона, ступавшего всего в трех футах, Ирма сказала, что церковника нужно прикончить.

— Я унесу тело далеко вперед. Слуги Низверженного не найдут его.

Вампирша сузила глаза и посмотрела на монаха. Она не против убить церковника самолично.

— Нет! — отрезал я.

Томас Велдон тяжелым взглядом смотрел на женщину, чей облик столь обманчив, и казалось, что еще миг — и выудит из складок рясы нож, окропленный святой водой, дабы вонзить его в шею нечисти. Усталость, что отягощала каждый шаг инквизитора, растворилась во вспышке ненависти.

— Нет! — повторил я и поспешил встать между церковником и Ирмой.

Почти осязаемое напряжение повисло над небольшой прогалиной. Вампирша косилась то на меня, то на Велдона и перебирала пальцами с длинными ногтями, подняв правую ладонь к груди. Монах не шевелился, будто даже не дышал, и не сводил взор с Ирмы. Бран подобрался. Предвестник тоже заметил, что церковник на волоске оттого, чтоб вцепиться в вампиршу. Чью сторону он возьмет в драке?

— Хватит! — Я почти крикнул. — Отойдите друг от друга! Ну же!

Я метал взор то на Ирму, то на Велдона. Нервы — как натянутая струна! У всех! Даже у вампирши.

— Ладно. — Она сдалась и отошла на полдюжины шагов.

Могу ошибаться, но Ирма, кажется, вздохнула с облегчением. Инквизитор просто опустил голову и руки. Бран кивнул мне: хорошо, мол, что все закончилось. Однако эта стычка до конца не исчерпана. У меня есть что спросить у Ирмы!

Я подошел к вампирше, которая задумчиво оглядывала верхушки деревьев, пытаясь разглядеть в них нечто видимое только ей.

— Где они? — начал не с того, что собирался выяснить.

— Через пару часов будут здесь, — не оборачиваясь, ответила Ирма. Каким-то образом она чувствовала, насколько далеки преследователи. — Самое большее, через три.

Мой решительный настрой вдруг пропал. Я вздохнул, оттягивая жалкие мгновения, лишь бы не спрашивать то, что собирался вызнать какие-то секунды назад. Что за наваждение? Говорить-то придется.

— Ты сказала, что можешь унести Велдона.

Какие замечательные то ли рожки, то ли ушки на прекрасных рыжих волосах Ирмы…

— Могу.

— Тогда перенеси нас всех. По очереди, если это трудно.

— Нет!

Я с усилием воли отвел взгляд в сторону. В голове тут же прояснилось. Кровь и песок! В самом деле наваждение… Стиснув зубы, вновь посмотрел на вампиршу. Нет, сейчас взор не поплыл, хотя внутри вновь появилась слабость, но теперь я был начеку.

— Почему?

Ирменгрет по-прежнему не оборачивалась. От нее пахло дорогими духами. Приятно просто стоять рядом, когда можешь дотянуться до столь красивой женщины… Проклятый пепел! Опять!

Я отступил на шаг и вновь спросил:

— Почему?

— Если мы исчезнем, приспешники Низверженного лишь укрепятся в своих подозрениях. Сейчас за нами идет небольшой отряд, но через порталы легко перекинуть гораздо больше охотников за вашими головами.

Вампирша говорила с явной досадой в голосе: ей приходилось объяснять очевидное и отвлекаться от действительно важного. Ирма все так же пытливо разглядывала деревья. Что она нашла?

— Ты что-то видишь?

Она кивнула и наконец посмотрела на меня. Сблизилась со мной почти вплотную. Она столь недалеко, что нужно лишь наклониться, чтобы прикоснуться к ее губам. Во мне вскипела кровь. Разумом понимал, что Ирма играет магией, которая влечет в ее тенета новые жертвы, только зачем она делает это сейчас?

Кровь и песок!

Я сделал два шага назад и встряхнул головой. Наваждение ушло.

— Не делай так больше. — Я посмотрел в карие глаза вампирши.

Она моргнула несколько раз, взмахнув длинными ресницами, но чары прекрасной женщины и одновременно нежити не завладели мной. Я был собран и не поддался на обольстительную магию Ирмы.

— Как скажешь, — произнесла она, и в глубине ее глаз мелькнуло сожаление. — Мы должны что-то предпринять, иначе от погони не уйти.

— Что ты предлагаешь?

— Я уже предложила.

— И я снова говорю «нет».

Ирма, полуобернувшись, посмотрела на деревья, которые только что внимательно разглядывала.

— Что там?

— Место, которое поможет разобраться с погоней и не выдать Низверженному твое имя или магию церковника.

— Как? — во мне появилась подозрительность.

— Там развалины эльфийского замка. Лес не берет его себе, потому что место чересчур гиблое даже для Запустения.

— Прекрасное место, чтоб укрыться от погони, — едким тоном произнес Велдон.

Монах и Бран подошли к нам, услышав последнюю часть разговора. Вампирша смерила инквизитора высокомерным взглядом, ее пальцы сомкнулись на поясе в замок. Кровь и песок! Погоня все ближе, а мы обмениваемся любезностями.

— Продолжай, Ирма. Времени нет!

— Место называется Волчий дом. Это небольшой замок. Когда армии людей вторглись в эльфийские леса, громя и заливая кровью все на своем пути, добрались и до Волчьего дома. Его название на языке перворожденных — Наур Адаб.

— Припоминаю. — произнес инквизитор, задумчиво уставившись в пустоту. — Здесь размещался один из отрядов эльфийских разведчиков, вместе с семьями. Наур Адаб не смогли взять штурмом.

— Нет, туда вошли, — возразила вампирша, — лекантийцы быстро взломали укрепления, но никто из захватчиков не вышел.

— Покамест вспоминаем лекантийцев и эльфов из давно минувших веков, — мрачно заметил я, — приспешники Низверженного все ближе. Ирма! Ты говоришь, что сможем укрыться там от погони?

— Не укрыться, но…

— Так идем же! — рыкнул я.

Злило, что топчемся на месте. Вампирша и церковник тоже раздражают: то схватиться готовы друг с другом, то многозначительно переглядываются. С каждой минутой преследователи все ближе, а они надумали о прошлом поговорить.

— Глянь-ка, — предвестник ухмыльнулся, ему все нипочем, — они спелись!

Бран как хлыстом ударил. Инквизитор и вампирша дернулись и покосились каждый на другого. Да зашипели бы вместе на предвестника, но перепалка — это роскошь, которую не можем себе позволить.

— Веди, Ирма, — сказал я. — Далеко до Волчьего дома?