Мадемуазель травница - Наталья Алексина

Я удивленно подняла брови. Первый раз слышала, чтобы у кого-то не получалось попасть в лес.

— Дорожки путаются, и я могу только повернуть назад.

— Простите, но как вы так умудрились прогневать друида?

— О, это касается не только меня. А всех, кто пользуется травами в работе. Всех целителей и алхимиков.

— Как же друид узнает, кто из людей алхимик, а кто нет? — с сомнением уточнила я.

— Ну о целителях обычно знают все в городе. Как работать, если о тебе не слышали? Еще есть у меня догадка, что виной всему запах. Мои руки, к примеру, навсегда пропитались смолой гавакума. Я столько раз за день готовлю из нее лекарство, что уже не помню дня, когда бы меня не сопровождал дух гавакума.

В комнате действительно витал тягучий древесный запах с горчинкой, характерный для этой смолы. Но я сомневалась, что он играл роль. Если подумать, от половины жителей города тянуло тем же самым. Ото всех, кто пытался излечиться от сифилиса.

Но, возможно, друиды и правда могут не пускать в свой лес избранных и отличают людей по запаху.

— Слышал, рядом с вашим домом нашли тело, — продолжил целитель. — Я мог бы вам помочь. У меня есть знакомый стражник. Сообразительный малый.

Не удивлюсь, если он говорит о Брюне.

— Знаете, такой хваткий молодой человек.

Точно Брюн.

— Он бы мог вам посодействовать. — Целитель заглянул мне в глаза. — Только поговорите с друидом, пожалуйста.

— Тело уже увезли, и вроде бы все хорошо. А с друидом поговорю, если встречу.

Мы с Фламелем по-деловому пожали друг другу руки, и он даже не удивился хрусту суставов. Лишь криво усмехнулся и в ответ тоже крепко стиснул мои пальцы.

На том и распрощались. Я наконец-то могла ехать домой. За утро я устала от этого места. Лигос, как и все города, немного попахивал сточными водами. Среди всех улиц чистотой могла похвастаться только широкая авеню Пренсипель. На нее не выбрасывали тухлые овощи, не выливали помои и даже соскребали навоз с мостовой. Хотя сновавшие туда-сюда лошади, запряженные в повозки и кареты, все же оставляли узнаваемый запах.

После города воздух в родной Ансули показался почти вкусным. От самого въезда меня окружили запахи леса, скошенной травы, цветов и свежей выпечки. Почему-то здесь всегда пахло хлебом.

Я быстро распрощалась с мужчиной, который согласился отвезти меня в город и обратно, да вошла в домик. Не стала задерживаться в комнате, а прошмыгнула в заднюю дверь и остановилась только за частоколом.

Лес приятно шуршал, мило стрекотали цикады, а звезды уже четко блестели в темнеющем небе. Я вдохнула полной грудью свежий воздух. Все же пригородом деревенька Ансуль точно не была. Пахло здесь совершенно по-другому, что меня искренне радовало.

Под звездами я прошла несколько шагов, даже не побоялась ступить на землю друида! И с удовольствием остановилась, разглядывая небо. Оно висело сегодня как-то по-новому низко. Не иначе Великое древо подросло и приблизило нас к небесным светилам.

Я шагнула еще дальше и зацепилась за что-то.

Сначала увидела сапог со странно загнутым носом, потом ногу…

Выше поднимать взгляд отчаянно не хотелось. Я уже знала, что увижу, но еще надеялась на ошибку. После недолгой борьбы с собой я все же наклонилась чуть-чуть вперед.

«Ан-Мари, поздравляю», — сказал учтивый голос мадам Тома, с той же интонацией, с какой она хвалила за правильно высушенные травы.

Точно за моим забором лежал труп.