Песнь экстаза - Лора Таласса

Некоторое время мой собеседник молчит – это не предвещает ничего хорошего. Наконец, Эли говорит:

– Скажи, что это шутка, Каллипсо. – Это даже не голос, а скорее, рычание.

– Я не шучу, – мягко возражаю я.

Снова рычание, на сей раз настоящее, волчье.

– Этот человек – разыскиваемый преступник.

Как будто я не в курсе этой маленькой подробности.

– Это произошло очень давно. – Я пытаюсь оправдаться перед Эли, сама не зная, зачем.

– И почему ты рассказываешь мне об этом именно сейчас? – Из-за звериного рычания почти невозможно разобрать слова.

Я делаю глубокий вдох и говорю:

– Потому что он приходил ко мне вчера вечером.

– Он… приходил к тебе? Вчера вечером? Куда приходил? – возмущенно рычит оборотень.

Я закрываю глаза. Все пошло совершенно не так, как надо, и я знаю, что дальше будет только хуже.

– Ко мне домой.

– Расскажи, что произошло. – Слушая голос Эли, я сомневаюсь, что он выдержит этот телефонный разговор еще хотя бы несколько минут.

Я пристально разглядываю облупившийся лак на ногтях.

«Просто скажи это, и все».

Кроме меня и Деса, о моих долгах знает только Темпер.

– Я заключила с ним триста двадцать две сделки. За одну услугу я уже расплатилась. За остальные мне придется расплачиваться начиная с сегодняшнего вечера.

– Триста двадцать две сделки? – ошарашенно повторяет Эли. – Калли, но Торговец никогда так не…

– Никогда так не делает? Ошибаешься, и вот результат, – перебиваю я.

Очередная зловещая пауза. Должно быть, Эли размышляет о том, что заставило Торговца отступить от своих правил. И я догадываюсь, в какой момент он приходит к своим собственным выводам.

Я убираю телефон подальше от уха, чтобы рычание Эли не оглушило меня, и слышу, как что-то разбивается вдребезги.

– Чем ты думала, когда заключала сделки с Королем Ночи?

С Королем Ночи. Для Деса улаживание чужих проблем – всего лишь побочный заработок. Я не отвечаю. Я не могу ничего объяснить, не открывая других секретов, еще более опасных.

– И о чем же он попросил тебя? – различаю я сквозь волчий рык.

Мне становится по-настоящему страшно. Моя жизнь за одну ночь перевернулась с ног на голову. Я прекрасно знаю, кто такой Торговец, и знаю, что чего бы он ни потребовал в качестве расплаты, это наверняка будет связано с нарушением закона.

Эли ни за что не потерпит подобного.

Я должна сказать, должна.

– Эли, я не могу больше с тобой встречаться, – шепчу я. Эта фраза маячила где-то у меня в подсознании с самого начала наших отношений. Просто до сегодняшнего дня у меня было множество причин не произносить ее вслух, и я упорно отказывалась слушать свой внутренний голос.

И вот теперь, когда роковые слова, наконец, произнесены, волна облегчения захлестывает меня. Это неправильная реакция. Расставание с бойфрендом – печальное событие; я должна сейчас грустить, а не чувствовать… освобождение. Но я чувствую именно неимоверное облегчение от вновь обретенной свободы. Все это время я играла с несчастным, отчаянно пытаясь заглушить боль в израненном, страдающем сердце в объятиях того, кто не был мне предназначен.

– Калли, ты же это не серьезно? – На сей раз волк не рычит, он воет.

Я закрываю глаза. Нетрудно понять чувства Эли; его вой полон боли и сердечной тоски.

Так будет лучше для нас обоих.

– Эли, – продолжаю я, – я не знаю, о чем хочет попросить меня Торговец, и я должна ему за триста оказанных услуг. – Мой голос прерывается.

Я бросаю Эли. Ради чего? Ради кого? Ради воспоминаний и обломков прошлого. Ради мужчины, который семь лет назад разбил мне сердце, который собирается командовать мной, отдавать приказы. И все это время мне придется напоминать себе о том, что в происходящем виновата только я, и никто иной.

Тогда, в юности, я считала его своим спасителем; отчаянно желая удержать его рядом с собой, я, как дурочка, заключала с ним бесконечные сделки, одну за другой. И с каждым днем влюблялась все сильнее.

Ради любви я продала Торговцу свою жизнь и свободу, а взамен не получила ничего, кроме зыбких иллюзий и несбывшихся надежд.

– Калли, я не хочу бросать тебя только потому, что…

– Он поцеловал меня, – перебиваю я. – Вчера вечером Торговец поцеловал меня. Так я расплатилась с первым долгом.

Я собираюсь по возможности щадить чувства Эли, потому что он хороший человек, но кроме того, мне необходимо, чтобы в дальнейшем он держался от меня подальше. Я понимаю, что вожак стаи хочет защитить меня – спасти меня. А если он будет считать, что я тоже этого хочу, он начнет охоту на Деса и отыщет его на краю земли; эта охота закончится только после смерти одного из них.

Но я не могу допустить войны между ними. Ведь, в конце концов, в сложившейся ситуации виновата только я, эти долги – мое бремя, и нести его мне.

Я из последних сил заставляю себя продолжить разговор.

– Я не знаю, чего он захочет от меня сегодня ночью, но, чем бы это ни было, я обязана буду выполнить его просьбу. Мне очень жаль, – с трудом заканчиваю я. – Я не хотела.

Я слышу в трубке тоскливый волчий вой. Эли до сих пор не ответил мне ни слова, и у меня складывается впечатление, что он просто не может говорить.

Я сжимаю пальцами переносицу. Настало время перейти к самой неприятной части разговора.

– Эли, – неуверенно говорю я, – если он заставит меня совершить что-нибудь незаконное, причинить кому-то вред, тебе, возможно, придется… – Я замолкаю и яростно тру лоб.

Частью работы Эли как «охотника за головами» сверхъестественного мира является выслеживание и уничтожение паранормальных преступников. Возможно, скоро я стану одним из его «объектов».

– Не думаю, что тебе стоит беспокоиться насчет причинения вреда невинным жертвам, – грозно рычит Эли. – У этого подонка кое-что другое на уме.