Королевская Академия Магии. Четвертый факультет - Наталья Самсонова

— Да, госпожа декан.

— До свидания, девочки. И да, Доркас, пока ты не стала официальной частью нашего факультета, тебе нельзя читать учебники и присутствовать на занятиях. Займи себя чем-нибудь.

— Да, госпожа декан, — я, как и Тиана, прижала руку к груди и склонила голову.

За деканом закрылась дверь и в мою сторону тут же полетело обвинение:

— Ты — дракон!

— Чем докажешь? — с интересом спросила я.

Девчонка сердито сверкнула взглядом и выпалила:

— Твоя фамилия говорит сама за себя.

— Моя фамилия говорит о том, что моя мать не была замужем за моим отцом, — я усмехнулась. — Впрочем, не только ты недовольна. Неужели полукровки такая редкость?

Тиана нахмурилась и неуверенно пожала плечами:

— Да нет. Мы больше не воюем, драконы берут в жены человеческих женщин.

— И куда деваются дети от таких браков?

— Н-никуда, живут.

— А где они учатся?

— Да мне-то откуда знать? На третьем факультете, где еще им учиться? — Тиана подхватила с кресла учебник и бросила его на стол. — Это мой стол и на нем заклятье приватности. Не советую пытаться взломать.

— У тебя есть что-то настолько ценное, что мне стоит рискнуть репутацией, м?

Ответом мне стал хлопок двери — Тиана Релье ушла в свою спальню. Да, судя по всему, мои социальные навыки перешли в новый мир вместе со мной. Пять минут диалога и собеседница, а так же потенциальный источник информации, уходит хлопнув дверью. Блеск.

Зато есть время осмотреться. Все те же нежно-голубые тона, два стола, два стула, один низкий столик и подле него такие же низкие кресла. И два абсолютно идентичных книжных шкафа, один из которых пуст, а второй заполнен книгами и тетрадями. Что ж, я свою вышку получала в совсем других условиях.

А вот спальня подкачала. Во-первых, вместо нормального окна было нечто крохотное и зарешечённое. А во-вторых, тут в принципе было тесно. Узкий шкаф, узкая койка, тумбочка, на которой стоит графин и стакан. И все. Если драконы и оборотни реально живут в таких спальнях по двое… То у меня возникают серьезные вопросы к тому, где именно и в каких позах они спят.

«Если только здесь не изобрели двухярусные кровати», подумала я и села на постель. Весь вопрос в том, что теперь делать. И есть ужасно хочется.

— Ссерша, — позвала я.

Через мгновение передо мной появилась змейка. Которая тут же испуганно зашипела:

— Госпоже надо бежать! Это общежитие четвертого факультета! Нельзя заходить в чужие общежития, Ссерша знает, Ссерша видела, как наказывают нарушителей!

— Спокойно. Меня сюда привела декан Айнара.

Ши-тари успокоилась и принялась оглядываться:

— Тесновато. Хозяйке будет тяжело. Дракону нужен простор, нужно небо, ветер и свобода.

Вот. Вот свобода мне очень-очень нужна.

— Ссерша, скажи, а человек мог бы заключить с тобой договор? Ну, не именно с тобой, а вообще с ши-тари.

— Ссерша служит тому, кто дает вкусную магию. Первый хозяин был человеком, но он был стар и умер. Ссерша едва не умерла, но ее нашел другой хозяин. И он тоже умер. И снова. И снова. Теперь у Ссерши есть дракон. Дракон будет жить долго.

— Я — человек, — мягко произнесла я.

Склонив голову на бок, змейка скептически посмотрела на меня и прошипела:

— Хозяйка — дракон. А дракон, который называет себя человеком — это глупый дракон.

— Моя мама — дракон, мой папа — человек. Я — полукровка. И я хочу получить право пользоваться своей магией. Потому что мне нужна свобода, — принялась объяснять я.

— Ссерша понимает. Если хозяйка вернется в большой дом, она больше не сможет давать вкусную магию и Ссерша умрет от голода. Ссерша уже дала обещание служить и защищать, а значит Ссерша не сможет уйти к другой хозяйке.

— Поэтому я буду доказывать, что я человек. Тогда я буду учиться здесь, а потом…

Тут я замолчала, потому что… Ну потому что я даже близко не представляю, что потом.

— Ссерша поняла. Умный дракон притворится глупым и докажет всем, что он человек в шкуре дракона. Ссерша поможет.

— Интересно, тут кормят? — спросила я и вздохнула, — есть хочется ужасно.

Ссерша исчезла, а через мгновение вернулась обратно с подносом.

— Умная хозяйка не спросит откуда Ссерша взяла еду и тогда Ссерше не придется лгать.

Оп-па.

— А…

— Ссерша знает, что делает. Дракон Ссерши будет жить долго.

— И давать вкусную магию, — хмыкнула я.

Кажется, я знаю, что чувствует любимая корова фермера. Что ж, с этим можно смириться.

И не просто смириться, а порадоваться! Именно к такому выводу я пришла, когда смолотила все смешные, но вкуснючие бутербродики и выпила полкувшина морса. Если Ссерша будет меня так кормить, то я раз и навсегда отучусь задавать глупые вопросы. Одно бы только знать — не нуждается ли та семья, у которой она это все экспроприировала?

На эту мысль меня навел внешний вид подноса, кувшина и тарелки — потертая глина со сколами. В богатой семье с такого даже слуг не кормят. Наверное.

— Как ты думаешь, — начала я осторожно, — никто не остался сегодня голодным?

Змейка, стоявшая передо мной на хвосте, подняла глаза и тихо ответила:

— Ссерша знает тайну. Большие дома могут сами решать, что выпустить, а что нет. Если помочь дому, то можно взять плату. Ссерша уничтожила мелкого паразита и взяла то, что отдал дом.

Я сидела на постели, примерно по центру, а поднос стоял рядом. После слов змейки я переставила поднос на пол и похлопала ладонью по покрывалу, предлагая ей забраться ко мне. И, когда она устроилась рядом, я негромко, но уверенно произнесла:

— Я — твой дракон, который человек, а ты — моя ши-тари. Как часто тебе нужна моя магия?

Змейка прикрыла глаза полупрозрачными веками и надолго замолчала. А после, шелестнув язычком, ответила:

— Ссерша будет говорить правду. Госпожа уже дала столько, чтобы Ссерша могла жить полгода. Но…

— Но жить можно по-разному, — вместо нее договорила я.

— Да.

Протянув к ней руку, я представила, что кончики пальцев теплеют, что сила скользит внутри меня и вырывается на свободу. Ссерша тут же обхватила мою ладонь и прижмурилась.

— Добрая госпожа, — прошелестела она через минуту.

А я почувствовала в себе некоторое опустошение. Или нет, не так. Было такое ощущение, как будто я проглотила льдинку и она растаяла внутри меня, оставив после себя неприятный холодок. Терпимое, но неприятное чувство. Вот только к нему начало примешиваться тянущее ощущение в груди. Мерзость.