Сказания пыльных миров. Том 2. Гладиатор - Ярослав Кожедуб

Не до нуля, но до тех величин, когда я уже не хотел рисковать и пытаться их выяснить на практике. Блондин, видимо, тоже это понимал, хотя и навряд ли подозревал объемы моих параметров и количество заклинаний у меня в загашнике. Все же хорошо прокачанная «Оценка» — явление редкое, обычно встречающееся только у ремесленников. А у блондинчика она хоть и есть, но явно не превышает пятерку. Почему я так решил? Потому что моя «Оценка» при взгляде на него выдавала следующее:

Имя:???

Возраст: 22–48 лет

Ступень:???

* * *

Базовые характеристики:

???

Суммарно: 102–190

* * *

Вторичные характеристики:

Харизма:???

Сопротивление тьме:???

Магия света:???

???

Суммарно:???

* * *

Навыки:

Оценка:???

Кинжалы:???

Ночное зрение:???

Суммарно:???

* * *

Профессии:

???

Суммарно:???

* * *

Заклинания:???

«Оценка» работала по довольно запутанным правилам, принимая во внимание и ступени (как мои, так и противника), и наличие вспомогательных характеристик вроде «Наблюдательности», и еще тысячи факторов. Но в базовом варианте это работало так: если я пытаюсь оценить противника и мой навык «Оценки» меньше пяти, то максимум, что я увижу — его крайне примерный возраст и еще более примерную сумму базовых характеристик. И то, последнее — только если разница в ступенях весьма существенна и в мою пользу.

Если «Оценка» поднимается выше пятерки — начинают отображаться и другие параметры, но лишь самые неразвитые — только если они и сами находятся в пределах пяти единиц, а то и меньше. После десяти единиц в «Оценке» можно увидеть слаборазвитые заклинания и параметры в пределах примерно той же десятки. Дальнейшее развитие навыка было малоизвестно по банальной причине — не так уж много разумных, переваливших в этом навыке за десятку. И те — в основном, ремесленники. Те же горняки, травники, алхимики… Уж очень медленно он растет, требуется постоянное и разнообразное его использование. У меня, например, он едва перевалил за девять единиц и почти застыл, несмотря на все мои бонусы.

Собственно, благодаря тому, что я увидел у Ингура, а потом и у его напарника «Оценку», я слегка расслабился — она у них явно меньше пятерки, а значит, они не смогут увидеть… лишнего. А то мало ли. После гномов я уже никому не доверяю. Большую часть моих заклинаний, конечно, не увидеть — они довольно высокоранговые. Но и меньшей части более чем достаточно для соответствующих вопросов — откуда, как, и не хочу ли я ими поделиться. Особенно последнее. Учитывая, что вокруг никого нет, я сомнительный преступник, а их двое, они с оружием и примерно равны мне по параметрам — не хочу вводить добрых людей в искушение.

* * *

Парня со странной маскировкой звали Юстом. Оценка, несмотря на молодой вид, показала у него не только наличие сразу двух магических навыков (огня и металла), во вторичных характеристиках, но еще и неплохой диапазон суммарных базовых: 146–229. Заметно больше, чем у Ингура, да и у того, вдобавок, была лишь «Магия света» во вторичных. Весельчак Юст явно был в разы опаснее. Но при этом изо всех сил старался этого не показывать, отдавая всю инициативу Ингуру, который связал мне руки и конвоировал через лес, пока Юст проверял путь и разведывал лес вокруг нас. Периодически он настолько сливался в своей одежде с деревьями, что я на какое-то время его терял. Пока он вновь не вылезал из густых зарослей на тропинку перед нами.

Путь затянулся на пару часов. Мне повезло попасть в самый центр относительно небольшой рощи — поэтому я и не увидел из озера ничего, кроме леса. А так-то буквально в десятке километров к западу раскинулся на холмах огромный Эндевис. Столица великой империи Леварис. И, стоило нам выйти из леса, как он разом предстал перед нами — величественный, слегка сумбурный и крайне, крайне шумный. Рокот людей мы услышали буквально сразу, еще до того, как пересекли городскую черту: возле ближайших ворот бурлила шумная людская масса, разделенная на два примерно одинаковых потока — тех, кто входил в город, и тех, кто выходил. Юст и Ингур во входной очереди стоять не стали, молча провели меня по обочине, минуя удивленные взгляды всех вокруг. В основном, конечно, направленные на меня, потому как я все еще был почти голый, в одном нижнем белье. Хорошо, что я не стал раздеваться полностью, когда устроил свой заплыв.

Измученному стражнику у ворот Юст показал какую-то бляху и нас пропустили без очереди и без входной пошлины. И я, наконец, оказался в столице. Не совсем так, как я хотел когда-то. Не как абитуриент Академии, не как будущий великий маг, а как мелкий преступник, посмевший залезть в личную императорскую рощу, да еще и собирать там хворост.

Что же это за роща такая? Красные Ясени — довольно редкий вид магических деревьев, который конкретно в Леварисе растет лишь в одном месте. Да, именно в этой демоновой роще. И, помимо своей редкости, их семена и, в меньшей степени, кора и листья, используются во множестве алхимических рецептов. А значит что? Верно, их бережно охраняют и они являются личной собственностью императорской семьи. Столичная Гильдия Алхимиков ежегодно стонет и платит тысячи золотых за возможность провести жалкие пару дней в этой роще, в период, когда на деревьях появляются семена, и собрать как можно больше ценных ингредиентов. Были, конечно, ингредиенты-аналоги, но зачастую они стоили еще дороже, поскольку водились либо значительно севернее, либо на самом юге материка.

Увы, все, что я знал о роще, я подчерпнул от отца именно в рамках разговоров об алхимии, и на этом мои знания ограничивались. Я понимал, что навряд ли меня казнят за такую мелочь, как сбор хвороста, но какое именно наказание мне светит? Штраф? Каторга? И главное — что мне им говорить? Правду? Или пытаться соврать? Увы, если я скажу правду — меня раскрутят под заклинанием правды, после чего сумку с камнями, оставшуюся в гроте, явно найдут и конфискуют. А так остается иллюзорный шанс, что я когда-нибудь за ней вернусь… Да и чистосердечное признание неизбежно приведет к вопросам о том, каким образом я выжил в подземельях, а значит — к моему Дару, который я откровенно не хочу пока светить. Значит, нужно пытаться сформулировать такую ложь, чтобы она не вызывала лишних вопросов. Я поморщился, вспомнив карьер Судри. У него был шар-артефакт, распознающий вранье. Такой же или аналогичный просто обязан быть на любом допросе. Значит, мне нужна формальная правда, полная