Гнездо Сарыча - Рони Ротэр

— Если бы я знал… Если бы я знал, кто это с ней сделал!

— И что тогда? — испытующе взглянул на него полуэльф.

— Я убил бы его. Или их. Неважно, скольких.

Астид удивленно покосился на Ригестайна, впервые проявившего в общении слабое подобие агрессии.

— Ригги! — округлив глаза, попеняла племяннику Ануэльда. — Тебе ли встревать в драки?

— А почему нет? — взглянул на неё Гилэстэл. — Это нормально — хотеть отомстить за свою семью.

— Ваша светлость! — осуждающе всплеснула руками Ануэльда. — Ну, хоть вы не подбивайте его на это! Насилие не решает проблем!

— Напротив, — парировал Гилэстэл. — Самый эффективный способ бороться с насилием — само насилие.

Астид усмехнулся, всецело согласный с князем. А Ануэльда, не смея перечить, все же огорченно покачала головой.

Гилэстэл подошел к Касильде, наклонился, заглядывая ей в лицо, и провел ладонью перед её глазами. Никакого отклика. Опустившись в кресло, из которого только что поднялся Ригестайн, Гилэстэл взял в руки пальцы Касильды, легонько сжал их, пристально всматриваясь в её зрачки и тихо что-то шепча. Ануэльда с недоумением наблюдала за ним.

— Ваша светлость, — обеспокоенный Ригестайн сделал шаг в их сторону.

— Тише, — удержал его Астид. — Не мешай.

— Что он делает?

— Решает, можно ли её вылечить.

Ануэльда прижала ладонь к губам. Ригестайн бросил недоверчивый взгляд на князя. В тишине прошло несколько минут. Наконец Гилэстэл вздохнул, повел плечами и отпустил руки Касильды. Сокрушенно покачав головой, он взглянул на Ригестайна и его тетку.

— Увы. Она слишком глубоко затерялась в себе. Я не смогу её вернуть.

Зажегшаяся в глазах Ригестайна надежда угасла.

— Но я могу попытаться выяснить, что же с ней произошло. Если, конечно, вы этого хотите и позволите.

Ануэльда переглянулась с Ригестайном.

— Я, право, не знаю…

— Мы согласны, — решительно прервал её племянник. Его глаза загорелись новой надеждой. И Гилэстэл понял — какой.

— Хорошо. Начнем завтра. Мне нужно подготовиться.

В эту минуту в комнату заглянула служанка и сообщила, что Карусто вернулся из лавки на обед. Касильда, постукивая тростью, покинула комнату сестры.

Поправляя на плечах матери сползший палантин, Ригестайнв волнении воскликнул:

— О, если бы вы смогли сделать это! Узнайте, прошу вас, кто виновен в её несчастье!

— И как ты поступишь, если я смогу? — взглянул на него князь.

— Я воздам стократ за поруганную честь моей матушки, — поднял подбородок Ригестайн.

Астид насмешливо фыркнул. Ригестайн пронзил его взглядом, и со смущенным видом посмотрел на князя.

— Не думайте, Ваша светлость, я не только арфу в руках умею держать. Дворянину пристало уметь обращаться и с мечом. Уж тетушка об этом позаботилась.

— Не она ли сама тебя учила? — тихо усмехнулся Астид, проходя мимо.

Ригестайн возмущенно вспыхнул.

— Я был в числе лучших в вааспуртской фехтовальной школе. Если не боишься, предлагаю тебе оценить усилия моих учителей.

Астид и князь переглянулись. Гилэстэл чуть заметно шевельнул ресницами. Полукровка облизнул тонкие губы.

— Принято. Где и когда?

— В четыре пополудни, на развилке, где начинается дорога в старые каменоломни.

— Я знаю, где это, — кивнул Астид.

— А сейчас прошу вас отобедать с нами. Аша!

Ригестайн выглянул в коридор. На его зов появилась чернокожая служанка. Из всего сказанного Ригестайном на новой васпе Астид разобрал лишь «накормить» и «ухаживать».

За столом темы лечения Касильды не касались. Разговор завязался между Карусто и Гилэстэлом, который, благодаря ему, успешно налаживал торговые связи в Вааспурте. Его доверенные люди открывали в городе лавки с товарами из Маверранума и тех стран, куда дотянулась рука беловолосого полуэльфа. Старался князь, само собой, не для Маверранума. Прекрасно понимая, что одним только оружием и магией не решить поставленную задачу, Гилэстэл делал ставку и на торговлю. К тому же, оружие и преданность людей требовали средств. Для пополнения своей казны не гнушался князь и многими другими методами. Пиратские корабли, построенные на его деньги, с командами отвязных головорезов, наводили страх на суда во многих морях. Оставаясь в тени, Гилэстэл ждал нужного момента. Терпеливо, наращивая силу, знание и богатство. Никто, кроме разве что Астида, не знал о нем и сотой доли всей правды. Лишь ему Гилэстэл доверял безоговорочно, как самому себе.

— Ригестайн, — окликнул Карусто племянника. — Не хочешь помочь мне в лавке?

Ригестайн смешался, опустил глаза.

— Прости, дядя. Я обещал Астиду показать наш театр. Может быть, мы останемся на сегодняшнее представление.

— Вот так всегда, — взглянул Карусто на Гилэстэла. — Молодежь. Театр — все, что его интересует!

Гилэстэл понимающе и сочувственно кивнул.

— О, вы тоже поклонник искусства? — Ануэльда благожелательно взглянула на Астида.

— Я его просто обожаю, — ответил Астид.

— А какой ваш любимый инструмент?

— Пожалуй, флейта.

Гилэстэл едва не подавился, сдержав смешок. Флейтой Астид любовно именовал духовую трубку, из которой весьма ловко стрелял отравленными иглами. Эту диковинку — гордость своей коллекции — он привез из болотистой Гохтлеи.

— О да! Мне она тоже очень нравится, — восторженно закивала Ануэльда. — Особенно, если в ансамбле.

— Это точно. В ансамбле они особенно эффективны, — подтвердил Астид, бросая в рот горсть винограда.

— Что, простите?

— Я имею в виду звучание. Когда их много, все просто падают.

Ануэльда вежливо кивнула в знак согласия, но вид у неё был озадаченный.

Глава 10

Астид, привалившись к нагретому камню, ждал Ригестайна у развилки. В это дневное время дорога была пуста. Солнце палило с безоблачного неба, и над дорогой дрожало зыбкое марево. Астид бросил взгляд на недалекую оливковою рощу, манящую своей тенью. Ко многим вещам в Вааспурте он так и не смог привыкнуть за прошедшие восемь месяцев своего пребывания здесь. На первом месте была жара. На втором — оливки, эти грязно-зеленые плоды, похожие на яйца гохтлейской ящерицы. Астида мутило от одного их вида. А князь ел их как ни в чем ни бывало и посмеивался над воспитанником.

Астид поднялся, намереваясь уйти в тень и дожидаться Ригестайна в роще. Но в этот миг на дороге показалась одинокая фигура, идущая быстрым шагом.

— Наконец-то, — пробормотал Астид.

— Ты раньше, чем я думал, — подойдя, сказал Ригестайн. Оружия при нем не было.

— Хотел осмотреться. Не вижу при тебе оружия.

— Я же в театр ушел, — оправдываясь, развел руки Ригестайн. — Тетушка волнуется, если видит меня вооруженным.

Астид вздел брови.

— Я бы волновался, будучи безоружным. Сказал бы мне, я бы захватил меч и тебе.

— В этом нет необходимости, — отмахнулся Ригестайн. — Ну что, идем?

Он направился в сторону рощи. Астид пожал плечами и последовал за ним. Ригестайн уверенно шел впереди, ведя спутника все дальше в прохладную тень. В глубине рощи деревья были толсты