Краткий курс магического права - Анна Орлова

— Прямо-таки выше! — возмутилась я. — Что это за бред насчет того, что мне не дадут общежитие?!

— Это не бред, — прошипел господин Мандор. — Ты просто идиотка! Не смей так вести себя с профессором Мандельси! Это один из самых уважаемых профессоров нашего мира. Но, как и все домовые, он очень пуглив.

— Э-э-э. — Я растерялась. — Я их по-другому представляла…

— Мало ли, что ты представляла! — отрезал он, вперив в меня тяжелый взгляд. — Послушай, Алевтина, я не желаю тебе зла. Но ты должна понимать, что здесь ты никто. Попаданцы в основном существа бесполезные и даже вредные. Редко когда среди них встречается кто-то более-менее толковый.

Я открыла рот, чтобы возразить, но господин Мандор не дал мне сказать ни слова.

— Молчи! — прикрикнул он. — Так вот, ты поступила в институт. А значит, скоро получишь гражданство и все права. Но не смей вести себя так, как будто тебе все должны! Ты не в своем мире, запомни это.

— Да, не в своем, — согласилась я дрожащим от гнева и обиды голосом. Такой момент испортили! — Но я же не виновата! Чем я хуже остальных?!

Я прикусила губу, стараясь сдержать злые слезы. Но господина Мандора такими мелочами не пронять.

— Ничем. — Он пожал плечами. — Просто в тебе нет ни капли магии. А без нее в общежитии не обойтись. Там тебя живо наградят каким-нибудь проклятием или соблазнят под приворотом.

— Но… но это же противозаконно! — От негодования у меня даже слезы высохли.

— Да, — согласился господин Мандор. — Но ты вряд ли сможешь защититься от мелкого хулиганства. А студенты по пьяни и не такое откалывают.

— И… и что же мне делать? — спросила я растерянно.

В чем-то он был прав. Ужасно быть самой слабой и не похожей на остальных. Таким всегда и ото всех достается.

— Снять комнату, — немного подумав, предложил он. — Если с хозяевами, то это не очень дорого. Тебе положена небольшая сумма на обустройство, выкрутишься.

— А можно… — я с трудом выдавливала из себя слова, — можно, я пока у вас поживу?

— Нет, — резко ответил господин Мандор.

— Ладно. — Я опустила голову, надеясь, что не расклеюсь окончательно.

В его доме я пережила много унижений, но там уже все знакомое и привычное. А снимать комнату у каких-то незнакомых людей (и хорошо, если людей!)… Мне было страшно.

— Дура, — припечатал господин Мандор, но как-то по-доброму. — Ты что, не понимаешь, что о тебе подумают, если ты будешь жить в доме холостяка?

— Но я же и так у вас жила! — Я вскинула на него удивленные глаза.

— Ты была служанкой, — объяснил он спокойно. — Это совсем другое.

— Ясно, — только и сказала я, хотя мало что поняла.

— Разберешься. — Он хмыкнул и приказал: — Иди за мной.

Господин Мандор спешил. Уверенно нырял в какие-то переулки, пересекал дворы, отыскивал почти незаметные калитки в оплетенных виноградом и плющом изгородях.

А я плелась за ним, глазея по сторонам, как ребенок в зоопарке.

Как все необычно и интересно! Прохожие явно привыкли и к деловитым гномам, и к высокомерным эльфам. Даже на кентавра никто не оглядывался!

— Пойдем быстрее! — недовольно велел господин Мандор, отвлекая меня от созерцания получеловека-полулошади.

Наконец мы пришли к чему-то, что ужасно напоминало домик ведьмы: высоченный забор с черепами на кольях, унылое покосившееся строение и обугленные остовы деревьев.

Увидев это великолепие, я так резко затормозила, что господин Мандор обернулся.

— А, — усмехнулся он. Наверное, лицо у меня было потрясенное. — Испугалась?

— Нет, — покачав головой, соврала я.

Над входом висела мрачноватая вывеска с красной надписью «Последний приют».

— Не бойся, это офис моей хорошей знакомой, — заверил он и протянул руку к дверному звонку.

Я неудержимо покраснела: он был очень похож на… В общем, на часть мужского тела.

— Чего изволите? — поинтересовался возникший на пороге туманный сгусток. Смотрел он при этом почему-то поверх наших голов.

— Доложи Ариэль, что я пришел, — приказал господин Мандор.

Видимо, он был здесь частым гостем, и слуги знали его в лицо.

— Да, господин. — Призрак поклонился и просочился сквозь дверь.

Вскоре он появился снова и распахнул перед нами дверь.

— Госпожа Ариэль ожидает вас! — торжественно сообщил он.

— Благодарю. — Мой хозяин (бывший хозяин!) уверенно проследовал за призраком, как будто это было вполне в порядке вещей.

Нас проводили в комнату с занавешенными черными полотнищами стенами, а в углу на треножнике лежал череп, из глазниц которого лился мертвенный голубовато-зеленый свет.

Из кресла почти выпрыгнула женщина в темном платье.

— Мани! — воскликнула она, раскрыв объятия.

— Ари! — Господин Мандор от души обнял ее и впился поцелуем в подкрашенные алой помадой губы.

— М-р-р, — проворковала она, когда они наконец оторвались друг от друга. — Мани, зайчик, ты так давно не заходил!

— Извини, дорогая, — развел руками он. — Дела, заботы…

— Вот еще, — капризно надула губы она и поправила выбившуюся из прически рыжую прядь. — Вижу, ты дела с собой водишь?

Она кивнула на меня.

— Угадала, — вздохнул господин Мандор. — Но поверь, не по собственной инициативе. Наш общий крылатый знакомый попросил.

— О… — Женщина посмотрела на меня более внимательно. Потом нахмурилась, не глядя махнула рукой, отчего в комнате стало заметно светлее. И наконец спросила удивленно: — Попаданка?

Я сжала кулаки. Кажется, я скоро возненавижу это слово!

— Шелитту не повезло, — вздохнул господин Мандор. — Эта девица свалилась прямо ему на голову. Представляешь, оказалась в его тайном логове!

— Шутишь? — переспросила Ариэль, так неуловимо быстро приблизившись ко мне, что я отшатнулась.

— Увы, нет, — вздохнул он. — А теперь это… нужно куда-то пристроить.

Ариэль пальцем с длиннющим зеленым ногтем приподняла мой подбородок, всмотрелась и разочарованно скривилась.

— Я не возьму, — отказалась она. — Пустышка.

— Не в том смысле, — господин Мандор обхватил ее за талию, притянул к себе и попросил: — Ари, ей нужна комната. Недорого. Студентка, сама понимаешь.

— Студентка?! — Вот теперь, кажется, она действительно удивилась. — Попаданка?!

Я насупилась. Да сколько же можно меня этим попрекать?!

— Да! — Я гордо подняла голову. Плевать, пусть господин Мандор ругается. Надоело быть бессловесным существом! — Я буду учиться на юридическом!