Оберег воплощения - Юлия Григорова

не привлекать к себе внимания. Кочерга оказалась против и с присущим ей скрежетом протянулась за мной по полу, вынудив меня вздрогнуть и мысленно выругаться. Развернувшись, я поспешила к двери. Щёки пылали от увиденной сцены, хотелось окунуть лицо в снег целиком. Пока ещё снаружи есть этот самый снег.

Сзади раздалось непонятное шуршание. Затем голос Прая. Он произнёс всего одно слово, но я не разобрала его. В голове в этот момент ревела буря, заглушая всё вокруг. Мне хотелось рыдать или просто открыть рот и орать во всё горло.

Обожжённая рука напомнила о себе, когда я сильнее сжала её, впившись ногтями в повязку на ладони. Лодыжка болела и доставляла дискомфорт. Только из-за неё путь до двери занял слишком много времени.

— Ёль, — окликнули меня из-за спины.

Ноги в один миг приросли к полу. Стук сердца отдавался в ушах, виски пульсировали, это злило. Но ещё больше злило непонимание причин моего поведения и состояния. Всё выглядело вполне логично и ожидаемо.

Они оба ни разу не выглянули в зал, чтобы проверить, там ли я, иначе непременно разбудили бы. Может, они вообще занимались этим всю ночь, пока я дремала сидя…

На что я надеялась, когда шла туда? Что Прай сидит и ждёт моего появления, чтобы поблагодарить за спасение, пока Яра готовит на всех завтрак? Дура. Какая же я дура. Развесила уши и наслаждалась его словами, сказанными в полубреду и наедине.

Ни одной фразе мужчин верить нельзя, особенно если она не была сказана публично.

Мама всегда предупреждала меня, что на балу, в тёмном уголке, когда слышишь только ты, они скажут что угодно, лишь бы получить желаемое. А на следующий день всегда будут это отрицать.

Яра любила Прая. Может, он и не отвечал ей взаимностью, но периодически прежде бывал в её постели. А тут ему в затылок прилетел мой оберег, и он перестал, решив охмурить меня? Или, сама того не подозревая, я как-то внушила что-то мужчине и переключила его внимание на себя? Потому ищейки и заметили странности в его поведении? А тогда, в доме я всё-таки отменила действие приказов, и сейчас он хотел пояснить мне всё это, чтобы между нами не возникло недопонимания? Нет, что-то не сходилось. При первом разговоре с Ярой прошла всего одна ночь после нашего знакомства, я не могла быть причиной их разлада.

— Ёль? С каких пор я для вас Ёль? — усмехнулась я.

Меня переполняла злость, которую я не имела права испытывать и тем более демонстрировать. У меня вообще нет никаких прав на этого мужчину. Были только на Лиама, и те скрывали от общественности. Сейчас до моего дня рождения оставалось шесть дней… Через почти неделю я была бы официально помолвлена и готовилась бы к свадьбе, а вместо этого еду через весь материк в город, где никогда не была, в компании людей, которых почти не знала.

— Я не хотела вам мешать…

— Ёль, это не то, что ты подумала… — прервал меня Прай.

Мужчина сделал шаг ко мне, но пошатнулся и опёрся о стол. Я почти сорвалась с места, чтобы поддержать его, но перед глазами предстала картина того, как его руки касались груди Яры. Мне стали противны воспоминания о тех моментах, когда он дотрагивался ими до меня.

— Прошу, вы не должны передо мной оправдываться. Это ваши отношения, и меня они не касаются. Как я говорила, меня не волнует ваша личная жизнь. Вы можете заниматься чем хотите, и с кем хотите, — мой голос дрогнул, заставив закрыть глаза и вдохнуть. Почему-то меня трясло. Грудь стискивали невидимые руки, причиняя боль и отдавая горечью в горле.

— Я хочу только с тобой… — мужчина запнулся и поднял на меня взгляд, соображая, что сказал не то, что хотел. — Я хочу только тебя. Я думал, что это ты… — он снова запнулся, подбирая слова для оправданий, раз уже ляпнул нечто подобное. — От потери крови моя голова постоянно кружится, я едва могу открыть глаза, а если и открываю, то вижу разноцветные круги и темноту. Я правда думал, что это ты… — неуверенно сказал Прай. — Я думал, ты вернулась, когда все ушли… Что наконец-то решилась на то, чего так и не сделала… Я и подумать не мог, что меня начнёт целовать она!

Не убирая руки от стола, он сделал несколько шагов ко мне и протянул в мою сторону свободную ладонь. В этот момент у него закрылись глаза, и мужчина склонился ниже над столешницей. Очевидно, он ещё не набрался сил. Если бы я подошла к нему, то могла потерять всякое самообладание и оказаться в его объятиях… Ну или он в моих, и потому я сделала шаг назад, поморщившись от стука кочерги о пол. Представив, как этот звук доносился до ушей Прая, я замерла, не желая мучить его слух. Одна из затычек была вынута, вторая оставалась на месте.

— Вы должны были слышать мои шаги в отдалении от себя, и знать, что я не могу там быть… — мой голос продолжал дрожать. Попытки успокоиться не помогали.

Да что со мной не так? Я не злилась так сильно даже на Лиама, когда услышала слухи про него и Элизу Феринели, а ведь он был моим женихом.

Нас с Праем ничего не связывало, никаких обещаний, клятв и договорённостей. Что вообще на него нашло? Это такой хитрый способ как-то избежать смерти после объединения триады? Чем он ему поможет? Я не стану обрекать мир на все озвученные мне ужасы, что ожидали его, в случае если воплощения не объединяться, ради спасения жизни наглого ищейки! От осознания рухнувшей мне на плечи ответственности на груди стало ещё тяжелее.

— Затычка выпала, и тогда я услышал тебя, когда ты уже уходила и… И вот я здесь. Здесь. Перед тобой. Несу какой-то бред, пытаясь оправдаться, вместо того, чем стоило бы продолжить заниматься там, если бы мне была нужна она. Я же говорил тебе… Меня не интересует Яра…

Голос мужчины оторвал меня от размышлений. Он заставил меня вернуться к происходящему и сосредоточиться на его словах. Я стояла, смотрела на Прая и не понимала ровным счётом ничего. Зачем ему так унижаться, тратить последние силы, поддерживая себя в стоячем положении, и пытаться что-то мне объяснить? Что, если моя догадка верна и всё это ради сохранения своей жизни? Но каким образом?

— Ты не должен ничего мне объяснять. Я повторюсь. Мне безразлично, чем и с кем ты занимаешься. Нас ничего не связывает,