Оберег воплощения - Юлия Григорова

В церковь мне пришлось идти с Катой. Её брат заявил, что если переболевший переступит порог собора — у магистра случится инфаркт и разговаривать нам будет не с кем. Потому его кандидатура отпадала. Одну меня, к моему глубочайшему сожалению, не отпустили, а Джеймсу не позволила жена. Потому пришлось вызваться ей самой.

Пока мы шли по улицам города, я начинала скучать по снегу и холоду. Солнце всегда было моим главным врагом. Прежде я старалась не подставлять лицо под его лучи, лишь бы сохранить бледность кожи, оттеняющий черноту моих волос, но эти два дня уничтожили труд нескольких лет жизни. Увидев своё отражение в окне первого попавшегося здания, я обомлела.

Взмокшие волосы липли ко лбу, лицу, шее. Они выглядели жирными, а на ощупь… Ладно, мне было противно к ним прикасаться уже второй день. Единственное, о чём я сейчас мечтала — это вода и мыло, чтобы стереть с себя всё накопившееся на теле за последние дни.

Радовало то, что на фоне Каты, мой внешний вид не имел значения. Русоволосая девушка выглядела ещё хуже и полностью утратила свою красоту (на мой взгляд, её муж так, конечно, не считал). Лицо истерички покраснело от загара, нос начал облезать и покрылся белой облупившейся кожей. Простая льняная рубашка не спасала её от жары, а кожаные штаны просто убивали, но других у девушки не было, и здесь я даже сочувствовала ей. Одежда на мне была такая же, отличалась только цветовой гаммой.

В своём виде мы привлекали излишнее внимание и выделялись из местного населения и тех, кого здесь привыкли видеть. Иначе я не знала, как объяснить, что нас постоянно провожали взглядами, пока мы направлялись к владениям церкви.

И вот, мы прошли через весь город, изнывая от жары и обливаясь потом. Испачкали сапоги и штаны в смеси грязи и растаявшего снега, но добрались до главной площади, распихали людей в стороны и приблизились к зданию. Вот тут я и застыла, любуясь им.

Нет, мне доводилось видеть сооружения церкви святой триады прежде, но в Анцубе одно из них казалось более массивным, чем это. Строение передо мной выглядело ненастоящим. Его словно нарисовали на холсте невероятных размеров и растянули на площади, чтобы все могли полюбоваться.

Толкнув меня в плечо, Ката призывно кивнула на деревянные двустворчатые ворота с металлической окантовкой и петлями. В них упиралась лестница. Переведя взгляд на девушку, я поёжилась и сильнее сжала руки в кулаки, собираясь с силами. Ногти снова напомнили, что один из них не той длины, раздражая этим.

У себя в голове я представляла поход в церковь и разговор с магистром не так, и Каты рядом не должно было быть. Удивительно, что она не оставила меня с Джеймсом и не пошла одна… А, стоп, она и пошла, лишь бы мы с её мужем проводили как можно меньше времени вместе. Он, наверное, сейчас сидит в бочке с водой и отмокает, а мы вместо того, чтобы насладиться удобствами города и его заведений, в первую очередь прямо с телеги, пошли сюда. Моя же идея, чего я ною? Ката, судя по всему, мечтала поскорее покончить с этим и продолжить путь, чтобы добраться до конечной цели — Митла.

— Соборов не видела? — буркнула девушка, вставая на первую ступеньку и оборачиваясь на меня. Переведя взгляд со здания на неё, я утёрла пот со лба ладонью.

— Таких нет, только тот, сто в Анцубе.

— Давай сразу к делу. Зашли, поговорили, вышли. Ты здесь только потому, что как вопло… — она осеклась и осмотрела площадь взглядом.

Люди переносили жару, кто как мог, но больше всего их скопилось возле колодцев, слева и справа. Они находились как раз в тени массивного строения. Среди толпы были те, кто посматривал на собор и на нас, но никакого интереса в их взглядах я не видела. Обычные, измученные, даже скучающие выражения лиц.

— Потому что я могу упустить или не запомнить что-то важное, что сможешь понять и использовать ты. Не факт, что местный магистр что-то знает, но Крейн настоял, и вот мы здесь, — продолжила девушка, когда убедилась, что мы не привлекаем слишком много внимания. — Никаких фокусов, ты поняла?

— Поняла, — согласилась я, раздумывая над собственным планом.

Сделав приглашающий жест в сторону входа, Ката дождалась, пока я последую за ней. Мы вместе поднялись по ступенькам, замерли перед массивной дверью, не зная, что следует сделать. В Анцубе войти мог каждый в любое время суток. Вдруг здесь иные правила? Закатив глаза, истеричка схватилась за кованую металлическую ручку и дёрнула на себя. Дверь поддалась и со скрипом открылась.

Оказавшись внутри, я облегчённо вздохнула. Здесь, в отличие от улицы, была прохлада, но в воздухе витал непонятный аромат. Осматриваясь по сторонам, я заворожённо смотрела на вырезанные из мрамора и поддерживающие потолок колонны и каменный свод над ними. От внутреннего оформления захватывало дух.

Прямо напротив входа, но на другом конце квадратного помещения возвышались три статуи с высеченными на них символами всё тех же солнца, воды и почвы. Они символизировали триаду — божеств.

Мы же — три их воплощения среди людей, рождённые ради связи между ними и всем остальным миром. Быть одной из них — почётно, но это вовсе не радостное бремя, ведь на плечи ляжет ответственность за всё, что нас окружает. Так гласили догматы церкви, что я знала, и эти знания ещё больше убедили меня в верности принятых решений. Я родилась почти уникальной и до встречи с похитителями никогда не задумывалась об этом.

Что, если мои родители знали о моей «магии» и везли меня в Митл, но корабль разбился по дороге? Я должна была оказаться в главном городе святой триады и исполнить свой долг с самого детства, но вместо этого попала в Анцуб, где никто не увидел во мне воплощение триады. Я — творение божеств, и мне следует исполнить свою цель и занять предназначавшееся мне место.

Смотря на статуи перед собой и медленно приближаясь к ним, я неосознанно выпрямила спину и стала пытаться держать осанку. Прежде я замечала за собой подобное стремление, только когда выходила в зал борделя и знала, что этой ночью не могу остаться без клиента, иначе розги обеспечены.

К моему удивлению, мы оказались единственными посетителями. Кроме нас, в довольно просторном помещении больше никого не было. Где-то в недрах здания слышались поспешные приглушённые